64 глубоких цитаты про «эмиграция»

Тема «эмиграция» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 64 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Вчера изысканные франты, Сегодня — рыцари войны. Они ещё не эмигранты — Они ещё Её сыны!

   Вчера изысканные франты, Сегодня — рыцари войны. Они ещё не эмигранты — Они ещё Её сыны!
2. «

   Не обольщусь и языком родным, Его призывом млечным. Мне безразлично, на каком, Непонимаемой быть, встречным! (Читателем газетных тонн, Глотателем, доильцем сплетен…) Двадцатого столетья — он, А я — до всякого столетья!

   Не обольщусь и языком родным, Его призывом млечным. Мне безразлично, на каком, Непонимаемой быть, встречным! (Читателем газетных тонн, Глотателем, доильцем сплетен…) Двадцатого столетья — он, А я — до всякого столетья!

   — Марина Цветаева
3. «

   – Патриот – это когда родину любишь, врубились? – Родина только и ждет, как бы нам бо́шку за что-нибудь оттяпать, – философски заметил Мотыга. – Поэтому надо иногда от нее в эмиграцию ехать. И оттуда любить её крепко, мля, до обожания.

   – Патриот – это когда родину любишь, врубились? – Родина только и ждет, как бы нам бо́шку за что-нибудь оттяпать, – философски заметил Мотыга. – Поэтому надо иногда от нее в эмиграцию ехать. И оттуда любить её крепко, мля, до обожания.

   — Вадим Панов · книга
4. «

   Все тот же русский хор пел все те же «Очи черные»; он пел их во всех уголках мира вот уже двадцать лет.

   Все тот же русский хор пел все те же «Очи черные»; он пел их во всех уголках мира вот уже двадцать лет.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Слушать наше радио и смотреть наш телевизор надо, чтобы знать, когда убегать!

   Слушать наше радио и смотреть наш телевизор надо, чтобы знать, когда убегать!

   — Роман Андреевич Карцев
6. «

   И деревья наверняка время от времени охотно перемещались бы из одной страны в другую, но и в их сообществе, похоже, господствует придуманный людьми принцип: «Приписан к земле».

   И деревья наверняка время от времени охотно перемещались бы из одной страны в другую, но и в их сообществе, похоже, господствует придуманный людьми принцип: «Приписан к земле».

   — Станислав Ежи Лец · книга
7. «

   Мы выслали этих людей, потому что расстреливать их не было повода, а терпеть не было возможности.

   Мы выслали этих людей, потому что расстреливать их не было повода, а терпеть не было возможности.

   — Лев Давидович Троцкий
8. «

   Судьбы России важнее судеб эмиграции.

   Судьбы России важнее судеб эмиграции.

   — Антон Иванович Деникин
9. «

   Когда приезжаешь на новое место, у тебя появляется шанс начать всё сначала.

   Когда приезжаешь на новое место, у тебя появляется шанс начать всё сначала.

   — Фрэнк Липтон (Frank Lipton) · сериал
10. «

    ... Человек уезжает в другую страну не для того, чтобы стать кем-то другим, а для того, чтобы стать собой. Стать тем, кем не мог быть у себя на родине. Тем, кем всегда хотел.

    ... Человек уезжает в другую страну не для того, чтобы стать кем-то другим, а для того, чтобы стать собой. Стать тем, кем не мог быть у себя на родине. Тем, кем всегда хотел.

    — Тони Парсонс · книга
11. «

    Но разве ты не знаешь, что предельная неуверенность, если она не кончается смертью, может привести в конце концов к спокойствию, которое уже ничем не поколеблешь? - сказал я, смеясь. — Все это, конечно, громкие слова, но они — вывод из бытия, которое можно сравнить с существованием летящего шара.

    Но разве ты не знаешь, что предельная неуверенность, если она не кончается смертью, может привести в конце концов к спокойствию, которое уже ничем не поколеблешь? - сказал я, смеясь. — Все это, конечно, громкие слова, но они — вывод из бытия, которое можно сравнить с существованием летящего шара.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Как и везде, я здесь тоже знакомился главным образом с музеями и соборами — не потому, что любил бога или искусство, а просто потому, что в соборах и музеях не спрашивали документов. Перед распятием и полотнами живописи еще можно было оставаться просто человеком, а не субъектом с сомнительными документами.

    Как и везде, я здесь тоже знакомился главным образом с музеями и соборами — не потому, что любил бога или искусство, а просто потому, что в соборах и музеях не спрашивали документов. Перед распятием и полотнами живописи еще можно было оставаться просто человеком, а не субъектом с сомнительными документами.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    — Иволга... Слово-то какое! Великий народ, великий язык. А мы с вами?... d'emploi étrangers... Эмигранты. — Ну какой же я эмигрант? — Ах, полноте, голубчик, перестаньте. Эмигрантишка паршивый! Это всё происходит незаметно. Сегодня — представитель великой нации, а завтра — шлак, мираж, шелуха истории.

    — Иволга... Слово-то какое! Великий народ, великий язык. А мы с вами?... d'emploi étrangers... Эмигранты. — Ну какой же я эмигрант? — Ах, полноте, голубчик, перестаньте. Эмигрантишка паршивый! Это всё происходит незаметно. Сегодня — представитель великой нации, а завтра — шлак, мираж, шелуха истории.

    — Константин Константинович Львов-Щербацкий · фильм
14. «

    Решивших остаться именно потому, что вскоре они получат возможность вернуться, начало мучить какое-то смутное чувство утраты. Перспектива остаться в Штатах не казалась уже столь радужной, как ранее, хотя, в сущности, ничего не менялось. А те, кто намеревался вернуться и перед кем всегда маячила Европа, старая родина, вдруг почувствовали, что теперь это вовсе не рай, а разоренная земля, где полно самых разных проблем. Это походило на флюгер: то он поворачивался одной стороной, то другой. Трогательные иллюзии, которыми все они жили, лопались. И те, кто хотел вернуться, и те, кто хотел остаться, равно ощущали себя дезертирами. На этот раз они дезертировали от самих себя.

    Решивших остаться именно потому, что вскоре они получат возможность вернуться, начало мучить какое-то смутное чувство утраты. Перспектива остаться в Штатах не казалась уже столь радужной, как ранее, хотя, в сущности, ничего не менялось. А те, кто намеревался вернуться и перед кем всегда маячила Европа, старая родина, вдруг почувствовали, что теперь это вовсе не рай, а разоренная земля, где полно самых разных проблем. Это походило на флюгер: то он поворачивался одной стороной, то другой. Трогательные иллюзии, которыми все они жили, лопались. И те, кто хотел вернуться, и те, кто хотел остаться, равно ощущали себя дезертирами. На этот раз они дезертировали от самих себя.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Я честный человек Я пришел издалека. И прежде чем смерть заберет меня, Я хотел бы спеть песню своей души. Откуда бы я ни пришел и куда бы я ни шел Я — мастер среди мастеров Я — гора среди гор. Все прекрасно и правильно. Все музыкально и разумно. И все мы бриллианты, родившиеся из угля. Я с бедными мира сего, и хочу переломить судьбу. Ручеек в горах радует меня больше, чем море Где бы не застала меня смерть — бездомного но свободного, Пусть на моей могиле лежит букет цветов. Я выращу белую розу в июле или в январе Для верного друга что подаст мне руку И для жестокого врага, что вырвет мое сердце Я не стану растить терны и чертополох - Я рощу белую розу.

    Я честный человек Я пришел издалека. И прежде чем смерть заберет меня, Я хотел бы спеть песню своей души. Откуда бы я ни пришел и куда бы я ни шел Я — мастер среди мастеров Я — гора среди гор. Все прекрасно и правильно. Все музыкально и разумно. И все мы бриллианты, родившиеся из угля. Я с бедными мира сего, и хочу переломить судьбу. Ручеек в горах радует меня больше, чем море Где бы не застала меня смерть — бездомного но свободного, Пусть на моей могиле лежит букет цветов. Я выращу белую розу в июле или в январе Для верного друга что подаст мне руку И для жестокого врага, что вырвет мое сердце Я не стану растить терны и чертополох - Я рощу белую розу.

    — Потерянный город (The Lost City) · фильм
16. «

    Быть в изгнании трудно. Люди чувствуют себя брошенными, чувствуют недостаток понимания, чувствуют недоумение и одиночество.

    Быть в изгнании трудно. Люди чувствуют себя брошенными, чувствуют недостаток понимания, чувствуют недоумение и одиночество.

    — Франц (профессор) · фильм
17. «

    Сны в эмиграции — твой дом, обитель, отрада.

    Сны в эмиграции — твой дом, обитель, отрада.

    — Эфраим Баух · книга
18. «

    Эмиграция — устаревшая концепция. Раньше люди уезжали безвозвратно, со всеми приходилось прощаться, понимая, что это навсегда. Сейчас ты можешь вернуться в любую минуту. Даже само слово «эмиграция» — устаревшее, из советского обихода. Отвратительно, если это все вернется.

    Эмиграция — устаревшая концепция. Раньше люди уезжали безвозвратно, со всеми приходилось прощаться, понимая, что это навсегда. Сейчас ты можешь вернуться в любую минуту. Даже само слово «эмиграция» — устаревшее, из советского обихода. Отвратительно, если это все вернется.

    — Кирилл Серебренников
19. «

    — Я в Израиль уезжаю, навечно. — Ты чего, Галь? Какой Израиль? Ты же русская! — Судьба у меня еврейская, Вов! <...> Я, Вова, взяла и купила себе историческую Родину. Я теперь еврейка по маме! Царствия ей небесного, Пелагее Ивановне...

    — Я в Израиль уезжаю, навечно. — Ты чего, Галь? Какой Израиль? Ты же русская! — Судьба у меня еврейская, Вов! <...> Я, Вова, взяла и купила себе историческую Родину. Я теперь еврейка по маме! Царствия ей небесного, Пелагее Ивановне...

    — Галя (бывшая жена Берёзкина) · фильм
20. «

    — Боже мой!… — тоненько прокричал Вася. Если бы я был «Рабиновичем»!... Только бы вы меня здесь и видели!... И тут вдруг Ривка ссадила Васю со своих колен, поставила прямо перед собой и торжественно произнесла: - «Вы просите песен — их есть у меня!» Ты хочешь быть «Рабиновичем»? Нет вопросов. Мы с тобой женимся, ты берёшь мою фамилию, я устраиваю всем четверым по вызову, и мы отваливаем отсюда в лучшем виде!

    — Боже мой!… — тоненько прокричал Вася. Если бы я был «Рабиновичем»!... Только бы вы меня здесь и видели!... И тут вдруг Ривка ссадила Васю со своих колен, поставила прямо перед собой и торжественно произнесла: - «Вы просите песен — их есть у меня!» Ты хочешь быть «Рабиновичем»? Нет вопросов. Мы с тобой женимся, ты берёшь мою фамилию, я устраиваю всем четверым по вызову, и мы отваливаем отсюда в лучшем виде!

    — Владимир Кунин · книга