54 цитаты про «Красивые цитаты на тему «красота»», которые захочется сохранить

Собрали 54 цитаты на тему «Красивые цитаты на тему «красота»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Как Вы красивы… — Я не красивая, я просто живая, вот и всё. — Вы самая живая…

   — Как Вы красивы… — Я не красивая, я просто живая, вот и всё. — Вы самая живая…

   — Дети Райка (Les Enfants du Paradis) · фильм
2. «

   Ветра это дерево пытаются согнуть с самого рождения, и оно отказывается падать. И это сделало его красивым.

   Ветра это дерево пытаются согнуть с самого рождения, и оно отказывается падать. И это сделало его красивым.

   — Роуз Мэри Уоллс · фильм
3. «

   Она хотела заставить его войти в свою келью, но он заупрямился и остановился у порога. — Нет, нет, — проговорил он, — филину не место в гнезде жаворонка.

   Она хотела заставить его войти в свою келью, но он заупрямился и остановился у порога. — Нет, нет, — проговорил он, — филину не место в гнезде жаворонка.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Красота мимолетна. Но красота духа, красота воображения и красота души — это настоящие достоинства.

   Красота мимолетна. Но красота духа, красота воображения и красота души — это настоящие достоинства.

   — Вивьен Ли
5. «

   Если это время года и не всегда усмиряет нервы, оно все-таки подчиняет их инстинктам: красота при низких температурах — настоящая красота.

   Если это время года и не всегда усмиряет нервы, оно все-таки подчиняет их инстинктам: красота при низких температурах — настоящая красота.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
6. «

   Поверьте, красота — это не длинные волосы, тонкие ноги, загорелая кожа и отличные зубы. Красота — это лицо того, кто только что плакал и вдруг улыбнулся. Красота — это шрам на колене, который остался с тех пор, как ты упал, когда был маленьким. Красота — это круги под глазами, когда ты влюблен и не можешь спать. Красота — это выражение лица, разбуженного звонком будильника; это поплывший макияж, когда ты принимаешь душ; это когда ты улыбаешься шутке, которую только ты и понимаешь. Красота — это морщины, нарисованные временем. Красота — это то, что мы чувствуем внутри, и то, как это меняет нас снаружи. Красота — это все отметины, которые оставляет жизнь; все затрещины и все поцелуи, которые держит память.

   Поверьте, красота — это не длинные волосы, тонкие ноги, загорелая кожа и отличные зубы. Красота — это лицо того, кто только что плакал и вдруг улыбнулся. Красота — это шрам на колене, который остался с тех пор, как ты упал, когда был маленьким. Красота — это круги под глазами, когда ты влюблен и не можешь спать. Красота — это выражение лица, разбуженного звонком будильника; это поплывший макияж, когда ты принимаешь душ; это когда ты улыбаешься шутке, которую только ты и понимаешь. Красота — это морщины, нарисованные временем. Красота — это то, что мы чувствуем внутри, и то, как это меняет нас снаружи. Красота — это все отметины, которые оставляет жизнь; все затрещины и все поцелуи, которые держит память.

   — Эмма Уотсон
7. «

   Красивое платье может красиво выглядеть на вешалке, но это ничего не значит. О платье надо судить, когда оно на женщине, когда женщина двигает руками, ногами, изгибает талию.

   Красивое платье может красиво выглядеть на вешалке, но это ничего не значит. О платье надо судить, когда оно на женщине, когда женщина двигает руками, ногами, изгибает талию.

   — Коко Шанель
8. «

   Если разглядывать Россию издали, отстраненно, она выглядит сумасшедшим домом или свинарником. Но стоит всмотреться в нее взглядом, полным любви и понимания, как видишь за коростой и грязью именно что храм, исполненный скромной, печальной и щемящей красоты, — как Покрова на Нерли.

   Если разглядывать Россию издали, отстраненно, она выглядит сумасшедшим домом или свинарником. Но стоит всмотреться в нее взглядом, полным любви и понимания, как видишь за коростой и грязью именно что храм, исполненный скромной, печальной и щемящей красоты, — как Покрова на Нерли.

   — Борис Акунин · книга
9. «

   Когда она подносит чашку к губам, он склоняется над нею и касается ее щеки. — Вы очень красивы, — говорит он. — Надо будет подбить вас на какой-нибудь опрометчивый поступок. — Он снова прикасается к ее щеке. — Оставайтесь. Проведите со мной ночь. Поверх чашки она бросает на него твердый взгляд. — Зачем? — Затем, что это ваш долг. — Почему долг? — Почему? Потому что красота женщины не может принадлежать только ей одной. Это часть дара, который она приносит в мир. Так что она обязана этим даром делиться.

   Когда она подносит чашку к губам, он склоняется над нею и касается ее щеки. — Вы очень красивы, — говорит он. — Надо будет подбить вас на какой-нибудь опрометчивый поступок. — Он снова прикасается к ее щеке. — Оставайтесь. Проведите со мной ночь. Поверх чашки она бросает на него твердый взгляд. — Зачем? — Затем, что это ваш долг. — Почему долг? — Почему? Потому что красота женщины не может принадлежать только ей одной. Это часть дара, который она приносит в мир. Так что она обязана этим даром делиться.

   — Дж. М. Кутзее · книга
10. «

    Кто не изведал, как слабы, пусты Слова перед величьем красоты? Чей разум был достаточно силён, Чтобы, восторгом дивным ослеплён, Не затуманился и не признал хоть раз Могущество и власть прекрасных глаз?

    Кто не изведал, как слабы, пусты Слова перед величьем красоты? Чей разум был достаточно силён, Чтобы, восторгом дивным ослеплён, Не затуманился и не признал хоть раз Могущество и власть прекрасных глаз?

    — Джордж Гордон Байрон
11. «

    Она такая красивая! Такая чудесная! Иногда она похожа на высокое дерево в цвету, а иногда на белый нарцисс, маленький и хрупкий. Тверже алмаза и мягче лунного света – вот она какая. Теплая, как солнечный луч, и холодная, как звездный мороз. Гордая и далекая, как ледник в горах, и веселая, как обыкновенная девчонка, у которой по весне маргаритки в косах...

    Она такая красивая! Такая чудесная! Иногда она похожа на высокое дерево в цвету, а иногда на белый нарцисс, маленький и хрупкий. Тверже алмаза и мягче лунного света – вот она какая. Теплая, как солнечный луч, и холодная, как звездный мороз. Гордая и далекая, как ледник в горах, и веселая, как обыкновенная девчонка, у которой по весне маргаритки в косах...

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
12. «

    Красивый... Красивый настолько, что его голову я согласилась бы держать у себя на коленях, даже будь она отрублена.

    Красивый... Красивый настолько, что его голову я согласилась бы держать у себя на коленях, даже будь она отрублена.

    — Марта Кетро · книга
13. «

    Can't stop staring at those oceans eyes. Burning cities and napalm skies - Fifteen flares inside your ocean eyes those ocean eyes.

    Can't stop staring at those oceans eyes. Burning cities and napalm skies - Fifteen flares inside your ocean eyes those ocean eyes.
14. «

    Женщина, впервые давшая жизнь, свет и форму нашему туманному представлению о красоте, заполнит в нашей душе пустоту, о которой мы и не подозревали до появления ее.

    Женщина, впервые давшая жизнь, свет и форму нашему туманному представлению о красоте, заполнит в нашей душе пустоту, о которой мы и не подозревали до появления ее.

    — Уилки Коллинз · книга
15. «

    Здесь нельзя было ощутить движение времени, все словно застыло в своей первозданной красоте.

    Здесь нельзя было ощутить движение времени, все словно застыло в своей первозданной красоте.
16. «

    Если вы поняли и оценили прелесть лесных колокольчиков, повторённую сотни раз, если розы, музыка, румянные рассветы и закаты когда-либо заставляли сильнее забиться ваше сердце; если вся эта красота мимолётна — и вот она дана вам в руки, прежде чем мир от вас ускользнул, — откажетесь ли вы от неё?

    Если вы поняли и оценили прелесть лесных колокольчиков, повторённую сотни раз, если розы, музыка, румянные рассветы и закаты когда-либо заставляли сильнее забиться ваше сердце; если вся эта красота мимолётна — и вот она дана вам в руки, прежде чем мир от вас ускользнул, — откажетесь ли вы от неё?

    — Теодор Драйзер · книга
17. «

    Она стояла лицом к морю, и ветер развевал её огненные волосы, так что они походили на щупальца огромной медузы. Харри раньше и не подозревал, что медузы бывают такими красивыми.

    Она стояла лицом к морю, и ветер развевал её огненные волосы, так что они походили на щупальца огромной медузы. Харри раньше и не подозревал, что медузы бывают такими красивыми.

    — Ю Несбё · книга
18. «

    ...я — сочинитель, Человек, называющий все по имени, Отнимающий аромат у живого цветка.

    ...я — сочинитель, Человек, называющий все по имени, Отнимающий аромат у живого цветка.

    — Александр Александрович Блок
19. «

    Красивая женщина – это профессия. И если она до сих пор не устроена, ее осуждают и каждая версия имеет своих безусловных сторонников. Ей, с самого детства вскормленной не баснями, остаться одною, а, значит, бессильною, намного страшнее, намного опаснее, чем если б она не считалась красивою. Пусть вдоволь листают романы прошедшие, пусть бредят дурнушки заезжими принцами. А в редкой профессии сказочной женщины есть навыки, тайны, и строгие принципы. Идет она молча по улице трепетной, сидит как на троне с друзьями заклятыми. Приходится жить — ежедневно расстрелянной намеками, слухами, вздохами, взглядами. Подругам она улыбается весело. Подруги ответят и тут же обидятся... Красивая женщина — это профессия, А все остальное — сплошное любительство.

    Красивая женщина – это профессия. И если она до сих пор не устроена, ее осуждают и каждая версия имеет своих безусловных сторонников. Ей, с самого детства вскормленной не баснями, остаться одною, а, значит, бессильною, намного страшнее, намного опаснее, чем если б она не считалась красивою. Пусть вдоволь листают романы прошедшие, пусть бредят дурнушки заезжими принцами. А в редкой профессии сказочной женщины есть навыки, тайны, и строгие принципы. Идет она молча по улице трепетной, сидит как на троне с друзьями заклятыми. Приходится жить — ежедневно расстрелянной намеками, слухами, вздохами, взглядами. Подругам она улыбается весело. Подруги ответят и тут же обидятся... Красивая женщина — это профессия, А все остальное — сплошное любительство.

    — Роберт Рождественский
20. «

    Я шёл, а небо из серого становилось чёрным. Появились первые звёзды. Звёзд становилось всё больше и больше. Точка на горизонте светилась ярче. Но начала теряться на фоне светящегося великолепия неба. Я замер заворожённо, уставившись в небо. Какая красота. Такие ощущения я испытывал далёкие века назад, вырвавшись из города, в котором совсем не видно звезд на далёкий берег теплого моря. Тишина позволяет услышать далекую песню бездонного неба. Бездна, которая манит и ласкает тёплым ветром. Я чувствовал себя хорошо. Прошли года и века, но что-то осталось неизменным. Мало кому я мог признаться в том, что людей я не любил, не любил толпу, и вообще одному мне было хорошо. Но... Загадки. Всегда и везде я видел загадки, а ответы на них могли дать только люди.

    Я шёл, а небо из серого становилось чёрным. Появились первые звёзды. Звёзд становилось всё больше и больше. Точка на горизонте светилась ярче. Но начала теряться на фоне светящегося великолепия неба. Я замер заворожённо, уставившись в небо. Какая красота. Такие ощущения я испытывал далёкие века назад, вырвавшись из города, в котором совсем не видно звезд на далёкий берег теплого моря. Тишина позволяет услышать далекую песню бездонного неба. Бездна, которая манит и ласкает тёплым ветром. Я чувствовал себя хорошо. Прошли года и века, но что-то осталось неизменным. Мало кому я мог признаться в том, что людей я не любил, не любил толпу, и вообще одному мне было хорошо. Но... Загадки. Всегда и везде я видел загадки, а ответы на них могли дать только люди.

    — Тимофей Петрович Царенко · книга