158 цитат на тему «легенды»

158 цитат про «легенды»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Some legends are told, Some turn to dust or to gold But you will remember me. Remember me, for cehturies.

   Some legends are told, Some turn to dust or to gold But you will remember me. Remember me, for cehturies.
2. «

   И они отправились в самое опасное путешествие в жизни. На Берег Мам.

   И они отправились в самое опасное путешествие в жизни. На Берег Мам.

   — Наталия Немцова · книга
3. «

   Сегодня всем хочется разрушать мифы – я нахожу это глупым и вульгарным. Куда легче развенчать легенду, чем ее создать, – и что же, интересно, выиграют, развенчав ее? Зато я знаю, что теряют.

   Сегодня всем хочется разрушать мифы – я нахожу это глупым и вульгарным. Куда легче развенчать легенду, чем ее создать, – и что же, интересно, выиграют, развенчав ее? Зато я знаю, что теряют.

   — Амели Нотомб · книга
4. «

   Наука подвластна проверке и подчинена логике, легенды и предания — нет. Отулисса готова была признать, что мифология и наука имеют одинаковую ценность для развития разума и желудка. Только цели у них разные. Наука обогащает нас знаниями о естественной истории земли и населяющих её созданий, а легенды и предания воздействуют на воображение и позволяют развить чувствительность желудка.

   Наука подвластна проверке и подчинена логике, легенды и предания — нет. Отулисса готова была признать, что мифология и наука имеют одинаковую ценность для развития разума и желудка. Только цели у них разные. Наука обогащает нас знаниями о естественной истории земли и населяющих её созданий, а легенды и предания воздействуют на воображение и позволяют развить чувствительность желудка.

   — Кэтрин Ласки · книга
5. «

   Случается, что люди попадают в историю. Собственно говоря – это дело нехитрое. Истории бывают, как известно, разные. Бывают и мировые. Реже люди попадают в легенды, ибо историю можно написать по заказу, но легенду – никогда.

   Случается, что люди попадают в историю. Собственно говоря – это дело нехитрое. Истории бывают, как известно, разные. Бывают и мировые. Реже люди попадают в легенды, ибо историю можно написать по заказу, но легенду – никогда.

   — Вадим Николаевич Делоне
6. «

   Легенды нельзя вскрывать хирургическим скальпелем, они должны открываться сами, как только будут выполнены все нужные условия.

   Легенды нельзя вскрывать хирургическим скальпелем, они должны открываться сами, как только будут выполнены все нужные условия.

   — Сергей Недоруб · книга
7. «

   — Я не могу показать вас людям в таком виде. — Какая вам разница? — Я укротил легенду — тигрицу Форли. Надо одеть вас соответственно.

   — Я не могу показать вас людям в таком виде. — Какая вам разница? — Я укротил легенду — тигрицу Форли. Надо одеть вас соответственно.

   — Чезаре Борджиа · сериал
8. «

   Чем дольше существует легенда, тем больше в ней лжи.

   Чем дольше существует легенда, тем больше в ней лжи.

   — Нара Шикаку · аниме
9. «

   Легенды начинаются с малого.

   Легенды начинаются с малого.

   — Алла Матвеева · книга
10. «

    — Женились большой и малый Арарат, и пошли у них дети — горы по всей земле. Выросли они, некоторые своих родителей переросли. — Красивая легенда... — Это я сейчас придумал.

    — Женились большой и малый Арарат, и пошли у них дети — горы по всей земле. Выросли они, некоторые своих родителей переросли. — Красивая легенда... — Это я сейчас придумал.

    — Катя · фильм
11. «

    — А почему ты не хотел, чтобы ребята знали, где твой дом? — Потому что это их последняя легенда.

    — А почему ты не хотел, чтобы ребята знали, где твой дом? — Потому что это их последняя легенда.

    — Саша Сергеева · фильм
12. «

    Из глубин веков вся информация передавалась в первую очередь самым надежным и простым способом – через слово. Люди просто рассказывали друг другу, как всё было на самом деле. История обрастала новыми подробностями, присказками и нелепыми дополнениями. Враньем и бахвальством тоже утяжелялась, как водится. Но в глубине каждой сказки, каждой легенды – всегда нечто важное, случившееся на самом деле.

    Из глубин веков вся информация передавалась в первую очередь самым надежным и простым способом – через слово. Люди просто рассказывали друг другу, как всё было на самом деле. История обрастала новыми подробностями, присказками и нелепыми дополнениями. Враньем и бахвальством тоже утяжелялась, как водится. Но в глубине каждой сказки, каждой легенды – всегда нечто важное, случившееся на самом деле.

    — Иван
13. «

    Существует искусство продавать легенды и искусство жить легендой.

    Существует искусство продавать легенды и искусство жить легендой.

    — Брайан Герберт · книга
14. «

    Герой он бесстрашный, он непобедим, Так слушайте, норды, о славе его, Лишь кинешь ты клич — и придёт Довакин. Коль вера сильна, а честь прежде всего, Изгонит он зло и врагов победит, То сквозь адское пекло пройдёт невредим, И доблесть его небеса озарит. Наш герой, наш защитник, о, Довакин!

    Герой он бесстрашный, он непобедим, Так слушайте, норды, о славе его, Лишь кинешь ты клич — и придёт Довакин. Коль вера сильна, а честь прежде всего, Изгонит он зло и врагов победит, То сквозь адское пекло пройдёт невредим, И доблесть его небеса озарит. Наш герой, наш защитник, о, Довакин!

    — Жиман · игра
15. «

    – Однако, я думаю, у каждого мифа, у каждой легенды должны быть какие-то корни. И у этих корней что-то лежит. – Лежит, – согласился Геральт. – Чаще всего мечта, желание, тоска. Уверенность, что нет предела возможному. А иногда – случай.

    – Однако, я думаю, у каждого мифа, у каждой легенды должны быть какие-то корни. И у этих корней что-то лежит. – Лежит, – согласился Геральт. – Чаще всего мечта, желание, тоска. Уверенность, что нет предела возможному. А иногда – случай.

    — Анджей Сапковский · книга
16. «

    Для нас Рорк был легендой. Человек, который в огне не горел и в воде не тонул. Призраки были лучшими из лучших, но боялись нас именно из-за Рорка.

    Для нас Рорк был легендой. Человек, который в огне не горел и в воде не тонул. Призраки были лучшими из лучших, но боялись нас именно из-за Рорка.

    — Томас Меррик · игра
17. «

    Легенды входят в историю не потому, что похожи одна на другую, а потому, что отличаются друг от друга. Мастером становится художник, который делает чужие легенды понятными нам.

    Легенды входят в историю не потому, что похожи одна на другую, а потому, что отличаются друг от друга. Мастером становится художник, который делает чужие легенды понятными нам.

    — Орхан Памук · книга
18. «

    Довакин, Довакин, козни зла пресеки, ты вовек дал в том клятву свою! И враги много бед слышат в кличе побед, Довакин, поддержи нас в бою! О вы, дети снегов, сказ далеких веков вы услышьте о витязе том! Кто и змию, и расам людей был родней, силы в ком, как в светиле златом! Гласом вооружен, к полю славы шел он, в час, когда Тамриэль жгла война! Мощь ту’ума врагов, как мечом, всех секла, Довакина так сила звучна!

    Довакин, Довакин, козни зла пресеки, ты вовек дал в том клятву свою! И враги много бед слышат в кличе побед, Довакин, поддержи нас в бою! О вы, дети снегов, сказ далеких веков вы услышьте о витязе том! Кто и змию, и расам людей был родней, силы в ком, как в светиле златом! Гласом вооружен, к полю славы шел он, в час, когда Тамриэль жгла война! Мощь ту’ума врагов, как мечом, всех секла, Довакина так сила звучна!

    — Лизетта · игра
19. «

    Люблю преданность сфинксов. По скандинавским легендам, по китайским, забавно, тоже – хульдры и лисы влюбляются только раз. И только в богов, но это такая любовь. No pressure in the world could break it, not even God himself. И они делают – не болтают, не чахнут, не страдают, но делают. И сфинксы бесстрашны, даже умирая от страха, они будут нырять за вами, умирая даже, они наслаждаются.

    Люблю преданность сфинксов. По скандинавским легендам, по китайским, забавно, тоже – хульдры и лисы влюбляются только раз. И только в богов, но это такая любовь. No pressure in the world could break it, not even God himself. И они делают – не болтают, не чахнут, не страдают, но делают. И сфинксы бесстрашны, даже умирая от страха, они будут нырять за вами, умирая даже, они наслаждаются.

    — Франц Вертфоллен · книга
20. «

    В старом скрипучем доме жил в Бервикшире Томми, Где на холмах зеленых вереск душистый цвёл. Нянькиным глупым сказкам с детства не верил Томми, Верил в ситкомы Томми, в «Рэйнджерс» и рок-н-ролл. Томми не верил в сказки, Томми поехал в Глазго, В пахнущий травкой кампус, чтобы шальной весной Клясться в любви до гроба нежным зеленым глазкам И через год с коляской в парке гулять с женой. Вновь поселился Томми в старом отцовском доме, Осень прошла в заботах, следом за ней зима, А тихой майской ночью песню услышал Томми И убежал в истоме из дому прочь, к холмам. Весело ржали кони, вереск звенел на склоне, Эльфы смеялись: «Томми! Томми, станцуем рил!» Нянькиных глупых сказок Томми, увы, не вспомнил, Он ничего не понял, он в хоровод вступил. В залах, что под холмами, ярко горело пламя, Ритм отбивали ноги, в сердце стучала кровь. Сын и жена казались Томми смешными снами Только к рассвету память к Томми вернулась вновь. Эльфы, смеясь, как дети, вывели на рассвете Из золотых чертогов, из колдовского сна. Томми в лицо ударил пыльный горячий ветер, Мчащийся по планете там, где прошла война. Плачь на руинах, Томми, плачь о погибшем доме, Те, кто тебе был дорог, твой не услышат крик. Всё, что тебе осталось, — нянькины сказки помнить, Плачь на руинах, Томми, глупый смешной старик.

    В старом скрипучем доме жил в Бервикшире Томми, Где на холмах зеленых вереск душистый цвёл. Нянькиным глупым сказкам с детства не верил Томми, Верил в ситкомы Томми, в «Рэйнджерс» и рок-н-ролл. Томми не верил в сказки, Томми поехал в Глазго, В пахнущий травкой кампус, чтобы шальной весной Клясться в любви до гроба нежным зеленым глазкам И через год с коляской в парке гулять с женой. Вновь поселился Томми в старом отцовском доме, Осень прошла в заботах, следом за ней зима, А тихой майской ночью песню услышал Томми И убежал в истоме из дому прочь, к холмам. Весело ржали кони, вереск звенел на склоне, Эльфы смеялись: «Томми! Томми, станцуем рил!» Нянькиных глупых сказок Томми, увы, не вспомнил, Он ничего не понял, он в хоровод вступил. В залах, что под холмами, ярко горело пламя, Ритм отбивали ноги, в сердце стучала кровь. Сын и жена казались Томми смешными снами Только к рассвету память к Томми вернулась вновь. Эльфы, смеясь, как дети, вывели на рассвете Из золотых чертогов, из колдовского сна. Томми в лицо ударил пыльный горячий ветер, Мчащийся по планете там, где прошла война. Плачь на руинах, Томми, плачь о погибшем доме, Те, кто тебе был дорог, твой не услышат крик. Всё, что тебе осталось, — нянькины сказки помнить, Плачь на руинах, Томми, глупый смешной старик.

    — Томми