220 цитат на тему «насилие» для размышлений

Собрали 220 цитат на тему «насилие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Никого не следует заставлять отказаться от своего мнения или сменить его на противоположное, потому что на деле такое насилие не достигает цели.

   Никого не следует заставлять отказаться от своего мнения или сменить его на противоположное, потому что на деле такое насилие не достигает цели.

   — Джон Локк · книга
2. «

   Бог не хочет насиловать, не хочет внешнего торжества правды, хочет свободы человека. <...> Именно Христова правда не может быть насильственно осуществлена. Коммунизм хочет осуществить свою правду путем насилия, отрицает свободу духа, потому что отрицает дух, и потому ему легче осуществить эту правду. Вот почему несостоятелен аргумент против христианства, основанный на неудаче христианства в истории. К Царству Божьему нельзя принудить...

   Бог не хочет насиловать, не хочет внешнего торжества правды, хочет свободы человека. <...> Именно Христова правда не может быть насильственно осуществлена. Коммунизм хочет осуществить свою правду путем насилия, отрицает свободу духа, потому что отрицает дух, и потому ему легче осуществить эту правду. Вот почему несостоятелен аргумент против христианства, основанный на неудаче христианства в истории. К Царству Божьему нельзя принудить...

   — Николай Александрович Бердяев · книга
3. «

   Люди так озабочены тем, что их дети играют с пистолетами, смотрят жестокие фильмы, боятся, что жажда насилия овладеет и ими. Никто из них не обеспокоен тем, что дети слышат тысячи песен: о разбитых сердцах, отвергнутой любви, боли, страданиях и потерях.

   Люди так озабочены тем, что их дети играют с пистолетами, смотрят жестокие фильмы, боятся, что жажда насилия овладеет и ими. Никто из них не обеспокоен тем, что дети слышат тысячи песен: о разбитых сердцах, отвергнутой любви, боли, страданиях и потерях.

   — Роб Гордон · фильм
4. «

   Государство — это репрессивный аппарат, аппарат насилия, и право в государстве — это есть воля господствующего класса, возведённая в закон. Мы — социалистическое государство; мы создаём такую правовую систему; все, кто подрывают основы пролетарского социалистического государства — они есть преступники, преступившие этот закон, поэтому будьте добры — на нары! Нам рассказывают про репрессии коммунистов. Значит, буржуазные репрессии — пожалуйста — всё по закону. А эти — не по закону?!

   Государство — это репрессивный аппарат, аппарат насилия, и право в государстве — это есть воля господствующего класса, возведённая в закон. Мы — социалистическое государство; мы создаём такую правовую систему; все, кто подрывают основы пролетарского социалистического государства — они есть преступники, преступившие этот закон, поэтому будьте добры — на нары! Нам рассказывают про репрессии коммунистов. Значит, буржуазные репрессии — пожалуйста — всё по закону. А эти — не по закону?!

   — Евгений Юрьевич Спицын
5. «

   Мужчины, воспитанные отцом-мизогином, могут впитать отцовское презрение к женщинам еще в раннем детстве. Мальчик усваивает, что мужчины всегда должны контролировать женщин, а чтобы добиться этого контроля, мужчины должны женщин запугивать, делать им больно, унижать их. Одновременно он научается, что есть только один способ завоевать одобрение отца — вести себя так, как этого хочет он.

   Мужчины, воспитанные отцом-мизогином, могут впитать отцовское презрение к женщинам еще в раннем детстве. Мальчик усваивает, что мужчины всегда должны контролировать женщин, а чтобы добиться этого контроля, мужчины должны женщин запугивать, делать им больно, унижать их. Одновременно он научается, что есть только один способ завоевать одобрение отца — вести себя так, как этого хочет он.

   — Сьюзан Форвард · книга
6. «

   Красноречие — сплошной обман. Оно создает больше проблем, чем помогает разрешить. Так же, как и грубая сила. Они считаются противоположностями друг друга, но всегда идут рядом. Ведь на наибольшее насилие способны только те, кто привык жечь глаголом, но исчерпал запас красивых и убедительных слов. И наоборот. Кто не видит иного способа решить свои дела, кроме как размахивать мечом направо и налево, тот рано или поздно оказывается загнанным в угол более сильным противником. И вот тогда, и только тогда, рождается настоящее красноречие.

   Красноречие — сплошной обман. Оно создает больше проблем, чем помогает разрешить. Так же, как и грубая сила. Они считаются противоположностями друг друга, но всегда идут рядом. Ведь на наибольшее насилие способны только те, кто привык жечь глаголом, но исчерпал запас красивых и убедительных слов. И наоборот. Кто не видит иного способа решить свои дела, кроме как размахивать мечом направо и налево, тот рано или поздно оказывается загнанным в угол более сильным противником. И вот тогда, и только тогда, рождается настоящее красноречие.

   — Сергей Недоруб · книга
7. «

   Домашнее насилие причиняет боль, которая гораздо сильнее, чем видимые отметины синяков и шрамов. Это опустошающее чувство — быть оскорбленной тем, кого ты любишь и веришь, что это взаимно.

   Домашнее насилие причиняет боль, которая гораздо сильнее, чем видимые отметины синяков и шрамов. Это опустошающее чувство — быть оскорбленной тем, кого ты любишь и веришь, что это взаимно.

   — Диана Файнстайн
8. «

   ...хотя сила и кажется самым простым и коротким путем к цели, но на самом деле любое насилие вызывает сопротивление. Зачастую силой можно вызвать реакцию прямо противоположную той, на которую надеялся.

   ...хотя сила и кажется самым простым и коротким путем к цели, но на самом деле любое насилие вызывает сопротивление. Зачастую силой можно вызвать реакцию прямо противоположную той, на которую надеялся.

   — Сергей Садов · книга
9. «

   Наконец, последнее средство контроля, которое требует от женщины в качестве доказательства любви отказаться от всех тех вещей, которые делают ее единственной и являются важной частью ее личности: мизогин требует, чтобы его партнерша максимально уменьшила свой мир, дабы сохранить покой в доме. Процесс начинается деликатно, завуалировано, по-доброму, это даже может льстить. Например, допустим, раз в неделю вы ходите на какие-нибудь занятия. Ваш партнер говорит вам, что он считает часы до вашего возвращения и чувствует себя невероятно одиноким и несчастным без вас. Может показаться, что в этом слышится искреннее чувство — он постоянно нуждается в вас! Однако от такой «преданности» рукой подать до контроля над многими сторонами вашей жизни. Конечно же, вы бросите ходить на занятия, однако рано или поздно опять появится какой-то вид деятельности, который будет важным для вас и угрожающим для него. Какой еще частью вашей личности вы можете пожертвовать, чтобы доказать ему свою любовь? Мизогинная любовь — неутолимая, требовательная. Сколько бы вы не давали, сколько бы вы не уступали, всегда будет недостаточно. Мизогин никогда не поверит, что вы любите его так же, как он любит вас. Он будет постоянно подвергать вашу преданность ему проверкам. Все равно что каждую неделю ходить на выпускной экзамен, зная, что вы никогда его не сдадите.

   Наконец, последнее средство контроля, которое требует от женщины в качестве доказательства любви отказаться от всех тех вещей, которые делают ее единственной и являются важной частью ее личности: мизогин требует, чтобы его партнерша максимально уменьшила свой мир, дабы сохранить покой в доме. Процесс начинается деликатно, завуалировано, по-доброму, это даже может льстить. Например, допустим, раз в неделю вы ходите на какие-нибудь занятия. Ваш партнер говорит вам, что он считает часы до вашего возвращения и чувствует себя невероятно одиноким и несчастным без вас. Может показаться, что в этом слышится искреннее чувство — он постоянно нуждается в вас! Однако от такой «преданности» рукой подать до контроля над многими сторонами вашей жизни. Конечно же, вы бросите ходить на занятия, однако рано или поздно опять появится какой-то вид деятельности, который будет важным для вас и угрожающим для него. Какой еще частью вашей личности вы можете пожертвовать, чтобы доказать ему свою любовь? Мизогинная любовь — неутолимая, требовательная. Сколько бы вы не давали, сколько бы вы не уступали, всегда будет недостаточно. Мизогин никогда не поверит, что вы любите его так же, как он любит вас. Он будет постоянно подвергать вашу преданность ему проверкам. Все равно что каждую неделю ходить на выпускной экзамен, зная, что вы никогда его не сдадите.

   — Сьюзан Форвард · книга
10. «

    Я не люблю насилие, Том. Я бизнесмен. Кровь — непозволительная роскошь. =================================================== Я против кровопролития. Оно приносит лишние расходы.

    Я не люблю насилие, Том. Я бизнесмен. Кровь — непозволительная роскошь. =================================================== Я против кровопролития. Оно приносит лишние расходы.

    — Вирджил Соллоццо · фильм
11. «

    Вечные муки на дьявольском огне — это лишь упрощённый образ переживаемых в аду пыток. Во многих религиях прибывание в преисподней сводится к бесконечному повторению одних и тех же действий, вызывающих страдания. А для Тома ад — это, в первую очередь, нарушение покоя и неприятности со стороны Джерри. И в каждой серии именно это и происходит. Издевательство и насилие. Кроме того, Том не может умереть, как бы его не калечили, что лишь усугубляет его муки. <...> И мышонок Джерри тоже неубиваемый, потому что никакой это не Джерри, а лишь его проекция. Ибо серии, где у Тома получается наконец помириться с мышонком, ни к чему никогда в итоге не приводят. Также постоянно меняется реальность вокруг Тома, являющаяся, по сути, лишь иллюзией. <...> Как ещё объяснить столь частую смену места и временного промежутка? Дикий Запад, Испания, Франция времён мушкетёров... Тома хаотично бросает из эпохи в эпоху, где он вынужден переживать бесконечные мучения. Из эпохи в эпоху, из мультфильма в мультфильм, и мультфильмы с каждым разом всё кошмарнее и кошмарнее...

    Вечные муки на дьявольском огне — это лишь упрощённый образ переживаемых в аду пыток. Во многих религиях прибывание в преисподней сводится к бесконечному повторению одних и тех же действий, вызывающих страдания. А для Тома ад — это, в первую очередь, нарушение покоя и неприятности со стороны Джерри. И в каждой серии именно это и происходит. Издевательство и насилие. Кроме того, Том не может умереть, как бы его не калечили, что лишь усугубляет его муки. <...> И мышонок Джерри тоже неубиваемый, потому что никакой это не Джерри, а лишь его проекция. Ибо серии, где у Тома получается наконец помириться с мышонком, ни к чему никогда в итоге не приводят. Также постоянно меняется реальность вокруг Тома, являющаяся, по сути, лишь иллюзией. <...> Как ещё объяснить столь частую смену места и временного промежутка? Дикий Запад, Испания, Франция времён мушкетёров... Тома хаотично бросает из эпохи в эпоху, где он вынужден переживать бесконечные мучения. Из эпохи в эпоху, из мультфильма в мультфильм, и мультфильмы с каждым разом всё кошмарнее и кошмарнее...

    — Дмитрий Карпов (Сыендук)
12. «

    — К слову, ты не против, если я воспользуюсь дополнительным ходом? — интерпретировав молчание Эндрю в свою пользу, Нил спросил: — Кто говорил пожалуйста, заставив тебя возненавидеть это слово? Эндрю смерил его долгим, испытующим взглядом. — Я. Нил не знал, на какой ответ он рассчитывал, но точно не на этот. В груди неприятно потяжелело, словно от сильного, неожиданного удара. Он открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но что он вообще мог сказать в этой ситуации? Эндрю терпел его поражённый, растерянный взгляд ещё пару секунд, а затем отмахнулся от темы будто от чего-то совсем неважного и незначительного: — Он пообещал, что остановится, если я попрошу. — И ты поверил ему, — догадался Нил. — Мне было семь, — пояснил Эндрю. — Конечно, я поверил ему. — Семь, — глухо и абсолютно тупо повторил за ним Нил.

    — К слову, ты не против, если я воспользуюсь дополнительным ходом? — интерпретировав молчание Эндрю в свою пользу, Нил спросил: — Кто говорил пожалуйста, заставив тебя возненавидеть это слово? Эндрю смерил его долгим, испытующим взглядом. — Я. Нил не знал, на какой ответ он рассчитывал, но точно не на этот. В груди неприятно потяжелело, словно от сильного, неожиданного удара. Он открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но что он вообще мог сказать в этой ситуации? Эндрю терпел его поражённый, растерянный взгляд ещё пару секунд, а затем отмахнулся от темы будто от чего-то совсем неважного и незначительного: — Он пообещал, что остановится, если я попрошу. — И ты поверил ему, — догадался Нил. — Мне было семь, — пояснил Эндрю. — Конечно, я поверил ему. — Семь, — глухо и абсолютно тупо повторил за ним Нил.

    — Нора Сакавич · книга
13. «

    Разве любовь — это обязанность? Нет, это чувство, и чувство свободное, оно не терпит насилия над собой.

    Разве любовь — это обязанность? Нет, это чувство, и чувство свободное, оно не терпит насилия над собой.

    — Александра Девиль · книга
14. «

    Я питаю абсолютную веру в принципы ненасилия и верю в них, не только как в метод или преходящую стратегию, но как в образ жизни.

    Я питаю абсолютную веру в принципы ненасилия и верю в них, не только как в метод или преходящую стратегию, но как в образ жизни.

    — Мартин Лютер Кинг
15. «

    Бить женщину — это исключительное скотство!

    Бить женщину — это исключительное скотство!

    — Андрей Васильев (напарник Алексея) · сериал
16. «

    В тот день, когда я открыл для себя насилие, я почувствовал себя раз в пятьдесят сильнее. Когда над тобой издеваются, когда тебя толкают к самому краю, начинаешь понимать, что такое насилие. Что такое страх перед насилием. И безумием. Они пугают людей. Сначала я нарочно себя раззадоривал, не сдерживал ярость, но через пол года понял, что уже не могу ее остановить. Я больше не симулировал сумасшествие.

    В тот день, когда я открыл для себя насилие, я почувствовал себя раз в пятьдесят сильнее. Когда над тобой издеваются, когда тебя толкают к самому краю, начинаешь понимать, что такое насилие. Что такое страх перед насилием. И безумием. Они пугают людей. Сначала я нарочно себя раззадоривал, не сдерживал ярость, но через пол года понял, что уже не могу ее остановить. Я больше не симулировал сумасшествие.

    — Стюарт Шотер · фильм
17. «

    Насилие не лечит старых ран, но открывает новые.

    Насилие не лечит старых ран, но открывает новые.

    — Мохаммед эль-Барадеи
18. «

    Всякая насильственная реформа достойна порицания потому, что нимало не исправит зла, пока люди остаются таковы, каковы они есть, и потому, что мудрость не имеет нужды в насилии.

    Всякая насильственная реформа достойна порицания потому, что нимало не исправит зла, пока люди остаются таковы, каковы они есть, и потому, что мудрость не имеет нужды в насилии.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
19. «

    Жизнь — см. Насилие. Насилие — см. Жизнь.

    Жизнь — см. Насилие. Насилие — см. Жизнь.

    — Владимир Леви · книга
20. «

    Ну и кто победил? По мне так – никто. С насилием часто так бывает: каждый пытается хоть на ничью вытянуть, а в итоге проигрывают все.

    Ну и кто победил? По мне так – никто. С насилием часто так бывает: каждый пытается хоть на ничью вытянуть, а в итоге проигрывают все.

    — Ирвин Уэлш · книга