32 мудрых цитаты про «неволя»

Собрали 32 цитаты на тему «неволя» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Now it’s over you are hopeless now, Chained up prisoner, you’re shaking from the chill Paint the walls red now with your life’s blood, I still want to hear you screaming, oh!

   Now it’s over you are hopeless now, Chained up prisoner, you’re shaking from the chill Paint the walls red now with your life’s blood, I still want to hear you screaming, oh!
2. «

   Иногда иллюзия свободы и выбора тягостнее неволи.

   Иногда иллюзия свободы и выбора тягостнее неволи.

   — Дот Хатчисон · книга
3. «

   По моим явно неточным подсчетам, сегодня – 1-ый день моего седьмого года в этой адской яме. Процедура Вечности сделала меня по сути бессмертным – я не постарел с тех пор, как меня наградили этим проклятьем. Хотя, кто знает... Похоже, я совсем забыл, как выглядит мое лицо. 7-ой год начинается грустно. Хотя бы ты понимаешь меня, диктофон. Прочти мне ещё одну поэму о яростной мести, пока я засыпаю. Угу, совсем уже рехнулся.

   По моим явно неточным подсчетам, сегодня – 1-ый день моего седьмого года в этой адской яме. Процедура Вечности сделала меня по сути бессмертным – я не постарел с тех пор, как меня наградили этим проклятьем. Хотя, кто знает... Похоже, я совсем забыл, как выглядит мое лицо. 7-ой год начинается грустно. Хотя бы ты понимаешь меня, диктофон. Прочти мне ещё одну поэму о яростной мести, пока я засыпаю. Угу, совсем уже рехнулся.

   — Кэлдарий (Caldarius) · игра
4. «

   Рабство ужасно. Но если ваше однажды закончится, то моё будет продолжаться до конца моих дней. Обязательства. Перед обществом, перед отцом. Вечное соответствие ожиданиям других людей. И несоответствие себя своим же ожиданиям.

   Рабство ужасно. Но если ваше однажды закончится, то моё будет продолжаться до конца моих дней. Обязательства. Перед обществом, перед отцом. Вечное соответствие ожиданиям других людей. И несоответствие себя своим же ожиданиям.

   — Лабель · игра
5. «

   Птичка, птичка, что летаешь? Участи своей не знаешь. Скоро, скоро под замок - Раз! — глядишь, и вышел срок!..

   Птичка, птичка, что летаешь? Участи своей не знаешь. Скоро, скоро под замок - Раз! — глядишь, и вышел срок!..

   — Екатерина Неволина · книга
6. «

   Браслеты — остатки цепей. И в этом же роде, конечно, на ручке покорной твоей блестит золотое колечко.

   Браслеты — остатки цепей. И в этом же роде, конечно, на ручке покорной твоей блестит золотое колечко.

   — Семён Исаакович Кирсанов
7. «

   Я не герой. Я просто каторжник с молотом.

   Я не герой. Я просто каторжник с молотом.

   — Сайлас (Sylas) · игра
8. «

   Стоял и думал: на воле воздух очень разреженный. Места тут чересчур, плотность населения слишком низкая. На зоне вот по сто пятьдесят человек в бараке, на тюрьме по пятьдесят в хате, нары в три яруса, до чужой судьбы полметра; и у каждого вместо судьбы — открытый перелом; острыми обломками наружу. Нельзя не наткнуться на другого, нельзя не распороть себя об него, не обмазаться в мясных лохмотьях. Лезут друг другу в глаза, в нос своими потрохами вонючими, членом тычут. Некуда друг от друга деваться. Сначала жутко от этого, потом тошно до блевоты, потом привыкаешь, а потом без этого даже и пусто. На воле с чужими людьми в разных квартирах живёшь, стенкой от них отделяешься, в метро каждый в своём пузыре едет. Как чай из пакетиков после чифиря — так на воле. Сидишь, кажется — только снаружи всё подлинное. Выходишь — фальшак. Жизнь в зоне — морок, а ничего более настоящего нет.

   Стоял и думал: на воле воздух очень разреженный. Места тут чересчур, плотность населения слишком низкая. На зоне вот по сто пятьдесят человек в бараке, на тюрьме по пятьдесят в хате, нары в три яруса, до чужой судьбы полметра; и у каждого вместо судьбы — открытый перелом; острыми обломками наружу. Нельзя не наткнуться на другого, нельзя не распороть себя об него, не обмазаться в мясных лохмотьях. Лезут друг другу в глаза, в нос своими потрохами вонючими, членом тычут. Некуда друг от друга деваться. Сначала жутко от этого, потом тошно до блевоты, потом привыкаешь, а потом без этого даже и пусто. На воле с чужими людьми в разных квартирах живёшь, стенкой от них отделяешься, в метро каждый в своём пузыре едет. Как чай из пакетиков после чифиря — так на воле. Сидишь, кажется — только снаружи всё подлинное. Выходишь — фальшак. Жизнь в зоне — морок, а ничего более настоящего нет.

   — Дмитрий Глуховский · книга
9. «

   Где выход из моей клетки? И была ли я когда-то вообще вне её стен? Я сама их воздвигла. Хотела выбраться, начала строить мосты. Но мне оставалось только смотреть вдаль и мечтать, что я когда-нибудь окажусь по ту сторону.

   Где выход из моей клетки? И была ли я когда-то вообще вне её стен? Я сама их воздвигла. Хотела выбраться, начала строить мосты. Но мне оставалось только смотреть вдаль и мечтать, что я когда-нибудь окажусь по ту сторону.

   — Селена (Лилит) · игра
10. «

    Она тебя не отпустит, пока не сбежишь вон. В кольце её жёсткой власти выходишь на полигон. Ты – ядерная боеголовка, спецтехника, бомба, боец. Здесь нет виноватых и правых. Кто выжил, тот молодец.

    Она тебя не отпустит, пока не сбежишь вон. В кольце её жёсткой власти выходишь на полигон. Ты – ядерная боеголовка, спецтехника, бомба, боец. Здесь нет виноватых и правых. Кто выжил, тот молодец.
11. «

    – Но я не служанка, я – из рода Эорла. Я умею сидеть в седле, владею мечом и не боюсь ни боли, ни смерти. – Чего же ты боишься, госпожа? – Неволи, – бросила она. – Я боюсь просидеть всю жизнь под замком, боюсь дождаться дня, когда усталость и годы примирят меня с тюрьмой, когда надежда совершить великое исчезнет, забудется и перестанет волновать сердце.

    – Но я не служанка, я – из рода Эорла. Я умею сидеть в седле, владею мечом и не боюсь ни боли, ни смерти. – Чего же ты боишься, госпожа? – Неволи, – бросила она. – Я боюсь просидеть всю жизнь под замком, боюсь дождаться дня, когда усталость и годы примирят меня с тюрьмой, когда надежда совершить великое исчезнет, забудется и перестанет волновать сердце.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
12. «

    Ты никому нахрен не сдался. Ты — просто циферка. Инструмент. Пешка в чужой игре. Тобой манипулируют. Следят. Используют. И когда ты перестанешь быть нужен, тебя бросят подыхать. И вот что я предлагаю: в одиночку ты можешь устроить битву, но все вместе мы можем начать войну.

    Ты никому нахрен не сдался. Ты — просто циферка. Инструмент. Пешка в чужой игре. Тобой манипулируют. Следят. Используют. И когда ты перестанешь быть нужен, тебя бросят подыхать. И вот что я предлагаю: в одиночку ты можешь устроить битву, но все вместе мы можем начать войну.

    — Дэнни Ли / Блэкджек (Danny Li / Blackjack) · игра
13. «

    Я хочу, чтобы ты была свободной, была собой. Наверняка, ты никогда не была свободна, с самого рождения. Да, ты принцесса и живешь в золотой клетке, но это клетка.

    Я хочу, чтобы ты была свободной, была собой. Наверняка, ты никогда не была свободна, с самого рождения. Да, ты принцесса и живешь в золотой клетке, но это клетка.

    — Эгберт · сериал
14. «

    — Ах, какой интересный мужчина. — Это господин Франк. — Кто он такой? — Директор тюрьмы. — Холостой? — Кажется. — Ах! Боже мой! Человек, который каждый день видит неволю... Он должен быть незаменимым для семейной жизни!

    — Ах, какой интересный мужчина. — Это господин Франк. — Кто он такой? — Директор тюрьмы. — Холостой? — Кажется. — Ах! Боже мой! Человек, который каждый день видит неволю... Он должен быть незаменимым для семейной жизни!

    — Амалия (мать Лотты) · фильм
15. «

    Господи, тюрьма... Да мне везде тюрьма!

    Господи, тюрьма... Да мне везде тюрьма!

    — Сталкер · фильм
16. «

    — Ну, скажи мне, иноземец, почему люди так боятся тюрьмы, а? — Конечно, боятся. — Ну разве больному постель не тюрьма? Торгашу его лавка не тюрьма? Горожанину — город, царю — его царство, самому Господу Богу — леденящая сфера. Разве все они не узники? — Конечно.

    — Ну, скажи мне, иноземец, почему люди так боятся тюрьмы, а? — Конечно, боятся. — Ну разве больному постель не тюрьма? Торгашу его лавка не тюрьма? Горожанину — город, царю — его царство, самому Господу Богу — леденящая сфера. Разве все они не узники? — Конечно.

    — Бенжамен Варламович Глонти · фильм
17. «

    наша семья это странное нечто которое вечно стоит за спиною я просто хочу быть свободным и точка но это означает расстаться с семьёю

    наша семья это странное нечто которое вечно стоит за спиною я просто хочу быть свободным и точка но это означает расстаться с семьёю

    — Илья Кормильцев
18. «

    Смерть не страшна, Ратибор. Страшна жизнь в неволе.

    Смерть не страшна, Ратибор. Страшна жизнь в неволе.
19. «

    Сосватал я себе неволю, Мой жребий — слезы и тоска! Но я молчу — такую долю Взяла сама моя рука.

    Сосватал я себе неволю, Мой жребий — слезы и тоска! Но я молчу — такую долю Взяла сама моя рука.

    — Фёдор Николаевич Глинка
20. «

    Соблазны свободы особенно хорошо видны сквозь решётку.

    Соблазны свободы особенно хорошо видны сквозь решётку.

    — Олег Сергеевич Кривченко · книга