116 цитат «Красивые цитаты про ночь» — что говорили умные люди

116 цитат про «Красивые цитаты про ночь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Млечный путь распластывал по волнам шлейф своих световых лет, и Океан мерцал лёгкими блестками, сыпавшимися с неба, словно монетки разменянной вечности.

   Млечный путь распластывал по волнам шлейф своих световых лет, и Океан мерцал лёгкими блестками, сыпавшимися с неба, словно монетки разменянной вечности.

   — Ромен Гари · книга
2. «

   Ночь скрывает стеснение и оголяет страсти.

   Ночь скрывает стеснение и оголяет страсти.

   — Анастасия Головачева · книга
3. «

   Душа моя затосковала ночью. А я любил изорванную в клочья, Исхлёстанную ветром темноту И звёзды, брезжущие на лету Над мокрыми сентябрьскими садами, Как бабочки с незрячими глазами, И на цыганской масленой реке Шатучий мост, и женщину в платке, Спадавшем с плеч над медленной водою, И эти руки, как перед бедою.

   Душа моя затосковала ночью. А я любил изорванную в клочья, Исхлёстанную ветром темноту И звёзды, брезжущие на лету Над мокрыми сентябрьскими садами, Как бабочки с незрячими глазами, И на цыганской масленой реке Шатучий мост, и женщину в платке, Спадавшем с плеч над медленной водою, И эти руки, как перед бедою.

   — Арсений Александрович Тарковский
4. «

   Скупа в последней четверти луна. Встает неласково, зарей гонима, Но ни с какой луною не сравнима Осенней звездной ночи глубина.

   Скупа в последней четверти луна. Встает неласково, зарей гонима, Но ни с какой луною не сравнима Осенней звездной ночи глубина.

   — Вера Инбер
5. «

   Всего лишь на миг мелькнула поздняя птица, туманную мглу пронзив...

   Всего лишь на миг мелькнула поздняя птица, туманную мглу пронзив...

   — Такахама Кёси
6. «

   День умер, ночь близка... извилистой каймою Встал темный лес под гранью бледных туч, Молчит, поникнув, поле предо мною, А воздух тих, и влажен, и пахуч.

   День умер, ночь близка... извилистой каймою Встал темный лес под гранью бледных туч, Молчит, поникнув, поле предо мною, А воздух тих, и влажен, и пахуч.

   — Поликсена Соловьёва
7. «

   How can I then return in happy plight That am debarred the benefit of rest? When day's oppression is not eased by night, But day by night and night by day oppressed;

   How can I then return in happy plight That am debarred the benefit of rest? When day's oppression is not eased by night, But day by night and night by day oppressed;

   — Уильям Шекспир
8. «

   На этот раз, когда ночь погрузилась в свою самую глубокую тьму, а ветер завывал за нашими открытыми окнами, мы неспешно занимались любовью. Мои ноги были вокруг его тела, его лицо зарывалось в мою шею, и мы двигались в унисон, он подо мной, просто чувствуя и наблюдая. Ничто с этим не сравнится. Ничто.

   На этот раз, когда ночь погрузилась в свою самую глубокую тьму, а ветер завывал за нашими открытыми окнами, мы неспешно занимались любовью. Мои ноги были вокруг его тела, его лицо зарывалось в мою шею, и мы двигались в унисон, он подо мной, просто чувствуя и наблюдая. Ничто с этим не сравнится. Ничто.

   — Кристина Лорен · книга
9. «

   Спокойной ночи, моя любимая, Я тебя люблю, знай. Пусть жизнь твоя будет счастливой, Моя любимая, засыпай, засыпай.

   Спокойной ночи, моя любимая, Я тебя люблю, знай. Пусть жизнь твоя будет счастливой, Моя любимая, засыпай, засыпай.
10. «

    Тот, кого ты любишь, это ночь. Это темнота, сводящая тебя к осознанию звука, вкуса, касания. Это тугая повязка на глазах, заставляющая узнавать мир снова, наощупь, слышать в невероятной тишине дрожание ресниц, различать нюансы дыхания и снова сходить с ума от горячего шепота на обнаженной коже...

    Тот, кого ты любишь, это ночь. Это темнота, сводящая тебя к осознанию звука, вкуса, касания. Это тугая повязка на глазах, заставляющая узнавать мир снова, наощупь, слышать в невероятной тишине дрожание ресниц, различать нюансы дыхания и снова сходить с ума от горячего шепота на обнаженной коже...

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Спокойной ночи, ночь.

    Спокойной ночи, ночь.

    — Анна Андреевна Ахматова
12. «

    Ночь утеряла серебро, ночь вся в тревоге. Её холодная луна льёт мне под ноги свет таким же как я, таким же как мы, всем, кто в пути, таким же как я, таким же как мы.

    Ночь утеряла серебро, ночь вся в тревоге. Её холодная луна льёт мне под ноги свет таким же как я, таким же как мы, всем, кто в пути, таким же как я, таким же как мы.

    — Бегущая по волнам (2007) · фильм
13. «

    Не люблю зимние ночи — не за то, что они такие долгие, а потому, что только зимними ночами явственно ощущаешь, как шелестит время. Летом почему-то такое ощущение не возникает, а зимняя ночь кажется тихой, только если не прислушиваться. Но когда напряжешь слух (чем еще заниматься, если не удается уснуть?), то слышишь тихое и внятное шебуршение и шелест, будто в быстрой речке перекатываются с места на место камни. Слушаешь и понимаешь: это не секунды текут — секунды, минуты, часы придумал человек, чтобы измерять нечто, названное им временем. В зимние ночи слышно, как сквозь сознание течет поток частиц, отделяющих следствие от причины, сегодня от вчера, меня-молодого от меня-старого.

    Не люблю зимние ночи — не за то, что они такие долгие, а потому, что только зимними ночами явственно ощущаешь, как шелестит время. Летом почему-то такое ощущение не возникает, а зимняя ночь кажется тихой, только если не прислушиваться. Но когда напряжешь слух (чем еще заниматься, если не удается уснуть?), то слышишь тихое и внятное шебуршение и шелест, будто в быстрой речке перекатываются с места на место камни. Слушаешь и понимаешь: это не секунды текут — секунды, минуты, часы придумал человек, чтобы измерять нечто, названное им временем. В зимние ночи слышно, как сквозь сознание течет поток частиц, отделяющих следствие от причины, сегодня от вчера, меня-молодого от меня-старого.

    — Павел Амнуэль · книга
14. «

    Душу мне солнце заката озолотило вчера. Золото вынул я ночью, глянул. Одна мишура!

    Душу мне солнце заката озолотило вчера. Золото вынул я ночью, глянул. Одна мишура!

    — Хуан Рамон Хименес
15. «

    Good-night? ah! no; the hour is ill Which severs those it should unite; Let us remain together still, Then it will be good night.

    Good-night? ah! no; the hour is ill Which severs those it should unite; Let us remain together still, Then it will be good night.

    — Перси Биши Шелли
16. «

    Эта ночь заставляла меня гореть и сгорать дотла, изнемогая от собственной страсти, и воспоминаний о нем.

    Эта ночь заставляла меня гореть и сгорать дотла, изнемогая от собственной страсти, и воспоминаний о нем.
17. «

    Осенняя луна Сосну рисует тушью На синих небесах.

    Осенняя луна Сосну рисует тушью На синих небесах.

    — Рансецу Хаттори
18. «

    Огромный звёздный зонт раскрыт над миром сонным, Сверкает россыпью жемчужною река, Есть только я и ты под небом невесомым, Как жаль, что ночь необратимо коротка.

    Огромный звёздный зонт раскрыт над миром сонным, Сверкает россыпью жемчужною река, Есть только я и ты под небом невесомым, Как жаль, что ночь необратимо коротка.
19. «

    Гремели черные поезда, потрясая окна дома; волнуемые горы дыма, движеньем призрачных плеч, сбрасывающих ношу, поднимались с размаху, скрывая ночное засиневшее небо; гладким металлическим пожаром горели крыши под луной; и гулкая черная тень пробуждалась под железным мостом, когда по нему гремел черный поезд, продольно сквозя частоколом света. Рокочущий гул, широкий дым проходили, казалось, насквозь через дом, дрожавший между бездной, где поблескивали, проведенные лунным ногтем, рельсы, и той городской улицей, которую низко переступал плоский мост, ожидающий снова очередной гром вагонов. Дом был, как призрак, сквозь который можно просунуть руку, пошевелить пальцами.

    Гремели черные поезда, потрясая окна дома; волнуемые горы дыма, движеньем призрачных плеч, сбрасывающих ношу, поднимались с размаху, скрывая ночное засиневшее небо; гладким металлическим пожаром горели крыши под луной; и гулкая черная тень пробуждалась под железным мостом, когда по нему гремел черный поезд, продольно сквозя частоколом света. Рокочущий гул, широкий дым проходили, казалось, насквозь через дом, дрожавший между бездной, где поблескивали, проведенные лунным ногтем, рельсы, и той городской улицей, которую низко переступал плоский мост, ожидающий снова очередной гром вагонов. Дом был, как призрак, сквозь который можно просунуть руку, пошевелить пальцами.

    — Владимир Набоков · книга
20. «

    День утомляет меня, надоедает мне. Он груб и шумен. Я с трудом встаю, нехотя одеваюсь и выхожу из дому с сожалением. Каждый шаг, каждое движение, жест, каждое слово, каждая мысль тяготит меня, точно я подымаю непосильное бремя. Но когда солнце начинает склоняться, смутная радость охватывает все мое тело. Я пробуждаюсь, одушевляюсь. По мере того, как спускается темнота, я начинаю чувствовать себя совсем другим: моложе, сильнее, веселее, счастливей. Я вижу, как сгущается эта кроткая великая тьма, падающая с неба; она затопляет город, точно неуловимая волна; она скрадывает, стирает, уничтожает краски и формы; она обнимает дома, живые существа, памятники в своих неощутимых объятиях.

    День утомляет меня, надоедает мне. Он груб и шумен. Я с трудом встаю, нехотя одеваюсь и выхожу из дому с сожалением. Каждый шаг, каждое движение, жест, каждое слово, каждая мысль тяготит меня, точно я подымаю непосильное бремя. Но когда солнце начинает склоняться, смутная радость охватывает все мое тело. Я пробуждаюсь, одушевляюсь. По мере того, как спускается темнота, я начинаю чувствовать себя совсем другим: моложе, сильнее, веселее, счастливей. Я вижу, как сгущается эта кроткая великая тьма, падающая с неба; она затопляет город, точно неуловимая волна; она скрадывает, стирает, уничтожает краски и формы; она обнимает дома, живые существа, памятники в своих неощутимых объятиях.

    — Ги де Мопассан · книга