53 фразы на тему «палачи» для дневника

Тема «палачи» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 53 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Предполагается, что мы, жертвы, должны извиниться за неудобство, которое мы причиняем своим палачам.

   Предполагается, что мы, жертвы, должны извиниться за неудобство, которое мы причиняем своим палачам.

   — Бернар Вербер · книга
2. «

   Можешь мне не отвечать На моём сердце лежит твоя королевская печать Будь для меня тем палачом, которым, чтоб наверняка.

   Можешь мне не отвечать На моём сердце лежит твоя королевская печать Будь для меня тем палачом, которым, чтоб наверняка.
3. «

   Самые страшные палачи всегда уверены в своей особой ценности для истории.

   Самые страшные палачи всегда уверены в своей особой ценности для истории.

   — Иар Эльтеррус · книга
4. «

   Вежлив бывает и палач.

   Вежлив бывает и палач.

   — Александр Васильевич Суворов
5. «

   — Куда теперь? — Теперь они у меня попляшут. — А потом? — Кончится, как мы и думали. — В руках палача? — Да, и дай Бог, чтобы он не медлил.

   — Куда теперь? — Теперь они у меня попляшут. — А потом? — Кончится, как мы и думали. — В руках палача? — Да, и дай Бог, чтобы он не медлил.

   — Разбойник · фильм
6. «

   Нет в России палача, который бы не боялся стать однажды жертвой, нет такой жертвы, пусть самой несчастной, которая не призналась бы (хотя бы себе) в моральной способности стать палачом.

   Нет в России палача, который бы не боялся стать однажды жертвой, нет такой жертвы, пусть самой несчастной, которая не призналась бы (хотя бы себе) в моральной способности стать палачом.

   — Иосиф Александрович Бродский
7. «

   Я — и рана и меч. И палач, и тот, с кого он снимает кожу.

   Я — и рана и меч. И палач, и тот, с кого он снимает кожу.

   — Похоронная процессия роз (Bara no sôretsu) · фильм
8. «

   А майор спросил: почему он хотел его видеть и чем он обязан такому любопытству. А Шурик сказал: я никогда не видел живого палача. Майор спросил: похож ли он? А Шурик сказал: кто знает, каким должен быть палач? Разве кто-нибудь это знает?

   А майор спросил: почему он хотел его видеть и чем он обязан такому любопытству. А Шурик сказал: я никогда не видел живого палача. Майор спросил: похож ли он? А Шурик сказал: кто знает, каким должен быть палач? Разве кто-нибудь это знает?

   — Голос за кадром · фильм
9. «

   Не буди совесть палача – рискуешь разбудить добросовестность.

   Не буди совесть палача – рискуешь разбудить добросовестность.

   — Станислав Ежи Лец · книга
10. «

    Самый искушенный палач вначале приласкает, а потом убьет.

    Самый искушенный палач вначале приласкает, а потом убьет.
11. «

    Опыт учит меня, что палач и жертва — любовники первого кровавого часа любви. Плод будущего рождается от них обоих. И плод этот значимей тех, кто его породил.

    Опыт учит меня, что палач и жертва — любовники первого кровавого часа любви. Плод будущего рождается от них обоих. И плод этот значимей тех, кто его породил.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
12. «

    На миг палачу почудилось, что он тоже человек (или почти человек), и он испытал нечто похожее на угрызения совести.

    На миг палачу почудилось, что он тоже человек (или почти человек), и он испытал нечто похожее на угрызения совести.

    — Федерико Андахази · книга
13. «

    Между жертвой и палачом всегда возникает особого рода связь, куда более прочная, чем между влюблёнными, так что намерения другой стороны предельно ясны, и от знания этого никуда не деться, хотя желанным его не назовёшь.

    Между жертвой и палачом всегда возникает особого рода связь, куда более прочная, чем между влюблёнными, так что намерения другой стороны предельно ясны, и от знания этого никуда не деться, хотя желанным его не назовёшь.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Как при объявлении смертного приговора Светлогуб не мог понять всего значения того, что объявлялось ему, так и теперь он не мог обнять всего значения предстоящей минуты и с удивлением смотрел на палача, поспешно, ловко и озабоченно исполняющего свое ужасное дело. Лицо палача было самое обыкновенное лицо русского рабочего человека, не злое, но сосредоточенное, какое бывает у людей, старающихся как можно точнее исполнить нужное и сложное дело. <...> Он подвинулся к виселице и, невольно окинув взглядом ряды солдат и пестрых зрителей, ещё раз подумал: «Зачем, зачем они делают это?» И ему стало жалко и их и себя, и слёзы выступили ему на глаза. — И не жалко тебе меня? — сказал он, уловив взгляд бойких серых глаз палача. Палач на минуту остановился. Лицо его вдруг сделалось злое. — Ну вас! Разговаривать! — пробормотал он и быстро нагнулся к полу, где лежала его поддевка и какое-то полотно, и, ловким движением обеих рук сзади обняв Светлогуба, накинул ему на голову холстинный мешок и поспешно обдёрнул его до половины спины и груди.

    Как при объявлении смертного приговора Светлогуб не мог понять всего значения того, что объявлялось ему, так и теперь он не мог обнять всего значения предстоящей минуты и с удивлением смотрел на палача, поспешно, ловко и озабоченно исполняющего свое ужасное дело. Лицо палача было самое обыкновенное лицо русского рабочего человека, не злое, но сосредоточенное, какое бывает у людей, старающихся как можно точнее исполнить нужное и сложное дело. <...> Он подвинулся к виселице и, невольно окинув взглядом ряды солдат и пестрых зрителей, ещё раз подумал: «Зачем, зачем они делают это?» И ему стало жалко и их и себя, и слёзы выступили ему на глаза. — И не жалко тебе меня? — сказал он, уловив взгляд бойких серых глаз палача. Палач на минуту остановился. Лицо его вдруг сделалось злое. — Ну вас! Разговаривать! — пробормотал он и быстро нагнулся к полу, где лежала его поддевка и какое-то полотно, и, ловким движением обеих рук сзади обняв Светлогуба, накинул ему на голову холстинный мешок и поспешно обдёрнул его до половины спины и груди.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
15. «

    Если вам говорили, что вы никчемная, плохая, ужасная, недостойны любви, то это – очень мощный негатив для дальнейшей жизни. Теперь наша задача – наполнить вас светом, убедить вас, что вы – замечательный человек. Скажу вам одно: вы не только найдете себе новую работу уже в первые пять минут после того, как лишитесь этой, но и не будете знать отбоя от мужчин, хороших мужчин со здоровой психикой, с той самой минуты, когда они узнают, что дверь открыта. Но все это не будет иметь значения, пока вы сами в это не поверите.

    Если вам говорили, что вы никчемная, плохая, ужасная, недостойны любви, то это – очень мощный негатив для дальнейшей жизни. Теперь наша задача – наполнить вас светом, убедить вас, что вы – замечательный человек. Скажу вам одно: вы не только найдете себе новую работу уже в первые пять минут после того, как лишитесь этой, но и не будете знать отбоя от мужчин, хороших мужчин со здоровой психикой, с той самой минуты, когда они узнают, что дверь открыта. Но все это не будет иметь значения, пока вы сами в это не поверите.

    — Даниэла Стил · книга
16. «

    По всякому можно делить людей. Иногда их делят на людей и не людей. Удивленный палач сказал: «А я делю их на головы и туловища».

    По всякому можно делить людей. Иногда их делят на людей и не людей. Удивленный палач сказал: «А я делю их на головы и туловища».

    — Станислав Ежи Лец
17. «

    Жертвы почти всегда отказываются называть имена своих палачей.

    Жертвы почти всегда отказываются называть имена своих палачей.

    — Мишель Уэльбек · книга
18. «

    Фасон платья палача диктует эпоха, а темперамент — все-таки профессия.

    Фасон платья палача диктует эпоха, а темперамент — все-таки профессия.

    — Авессалом Подводный · книга
19. «

    Не обманывайте себя всякими «еще разок», «последний раз», «последний укол»… Потому что это действительно может стать последним разом. Даже человек, никогда не поднимавший на вас руку, способен озвереть. Он — гораздо хуже, чем вы думаете, он способен вас убить. Возможно, ему этого даже хочется, просто духу не хватает. Бегите оттуда, куда глаза глядят, пока он не собрался с духом. Он не любит вас. Ему на вас наплевать, вы ему безразличны, его любовь – всего лишь способ причинять вам боль. Этого он хочет, это и будет делать. Не надейтесь, он не изменится, разве что к худшему. Чем лучше будете вы, тем хуже будет становиться он.

    Не обманывайте себя всякими «еще разок», «последний раз», «последний укол»… Потому что это действительно может стать последним разом. Даже человек, никогда не поднимавший на вас руку, способен озвереть. Он — гораздо хуже, чем вы думаете, он способен вас убить. Возможно, ему этого даже хочется, просто духу не хватает. Бегите оттуда, куда глаза глядят, пока он не собрался с духом. Он не любит вас. Ему на вас наплевать, вы ему безразличны, его любовь – всего лишь способ причинять вам боль. Этого он хочет, это и будет делать. Не надейтесь, он не изменится, разве что к худшему. Чем лучше будете вы, тем хуже будет становиться он.

    — Даниэла Стил · книга
20. «

    Уроки истории стран и народов повторяет то, чему учит психология: при первой же возможности жертвы становятся палачами.

    Уроки истории стран и народов повторяет то, чему учит психология: при первой же возможности жертвы становятся палачами.

    — Альфи Кон · книга