46 цитат «побег» — что говорили умные люди

Собрали 46 цитат на тему «побег» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Господи! Это чудо! Человек растворился в воздухе, как туман на ветру! =============== Господь явил нам чудо! Человек исчез, как пердёж на ветру!

   Господи! Это чудо! Человек растворился в воздухе, как туман на ветру! =============== Господь явил нам чудо! Человек исчез, как пердёж на ветру!

   — Сэмюэл Нортон · фильм
2. «

   Давай взорвем все мосты, какие тут есть, и выберемся отсюда. Мне здесь надоело. Слишком много народу. Это к добру не приведет.

   Давай взорвем все мосты, какие тут есть, и выберемся отсюда. Мне здесь надоело. Слишком много народу. Это к добру не приведет.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
3. «

   Мой отъезд — побег к самому себе. Как жить без собственной тени?..

   Мой отъезд — побег к самому себе. Как жить без собственной тени?..

   — Эльчин Сафарли · книга
4. «

   Нужно быть наготове. Немедленно нужно в побег. За вами следят. Вас ловят. И не вас одного, а всех.

   Нужно быть наготове. Немедленно нужно в побег. За вами следят. Вас ловят. И не вас одного, а всех.

   — Сергей Александрович Есенин · книга
5. «

   В тысяча девятьсот шестьдесят шестом году Энди Дюфрейн сбежал из тюрьмы Шоушенк. От него остались только грязные тюремные тряпки, кусок мыла и старое кайло, стертое почти до основания. Помню, я подумал, что такой штукой можно прорыть туннель лет за шестьсот. У Энди на это ушло меньше двадцати лет.

   В тысяча девятьсот шестьдесят шестом году Энди Дюфрейн сбежал из тюрьмы Шоушенк. От него остались только грязные тюремные тряпки, кусок мыла и старое кайло, стертое почти до основания. Помню, я подумал, что такой штукой можно прорыть туннель лет за шестьсот. У Энди на это ушло меньше двадцати лет.

   — Эллис Бойд «Рэд» Реддинг · фильм
6. «

   Я слишком устал, чтобы куда-то бегать. К тому же, побег ни черта бы не решил.

   Я слишком устал, чтобы куда-то бегать. К тому же, побег ни черта бы не решил.

   — Харуки Мураками · книга
7. «

   Первый долг заключённого — совершить побег.

   Первый долг заключённого — совершить побег.

   — Джон Шеридан · сериал
8. «

   В Москву прилетели 18 августа, аккурат в День воздушного флота. Как говорится, к праздничному столу. Еще по дороге сообщили, что на завтра планируется встреча с Ельциным. Я сказал экипажу. Мужики в один голос: он бросил нас в плену, не пойдем! Прикидываю: если в грубой форме отказать, Борис Николаевич наверняка осерчает, дядька крутой. Подошел к Виталию Игнатенко, главе ТАСС, который летал за нами в Эмираты. Объясняю: охота поскорее домой попасть, к семьям — женам да детям. Невмоготу терпеть, соскучились! Все было чистой правдой, но в глубине души я надеялся, что президент забудет про каких-то летчиков. Сразу не встретились — и ладно. Так, в принципе, и вышло.

   В Москву прилетели 18 августа, аккурат в День воздушного флота. Как говорится, к праздничному столу. Еще по дороге сообщили, что на завтра планируется встреча с Ельциным. Я сказал экипажу. Мужики в один голос: он бросил нас в плену, не пойдем! Прикидываю: если в грубой форме отказать, Борис Николаевич наверняка осерчает, дядька крутой. Подошел к Виталию Игнатенко, главе ТАСС, который летал за нами в Эмираты. Объясняю: охота поскорее домой попасть, к семьям — женам да детям. Невмоготу терпеть, соскучились! Все было чистой правдой, но в глубине души я надеялся, что президент забудет про каких-то летчиков. Сразу не встретились — и ладно. Так, в принципе, и вышло.

   — Владимир Ильич Шарпатов
9. «

   Мне бежать отсюда надо, а одна я не могу, я мира не знаю. Выйду из монастыря, меня обратно и вернут.

   Мне бежать отсюда надо, а одна я не могу, я мира не знаю. Выйду из монастыря, меня обратно и вернут.

   — Софья Матвеевна Зотова · фильм
10. «

    Нельзя убегать, так ты только окажешься в тупике.

    Нельзя убегать, так ты только окажешься в тупике.
11. «

    Когда все бегут — наступай.

    Когда все бегут — наступай.

    — Томас Шелби · сериал
12. «

    Говорят, что у узника всегда есть шансы убежать от стерегущего его тюремщика. И в самом деле, для узника успех всегда важнее, чем для тюремщика. Тюремщик может забыть, что он поставлен стеречь, – узник не может забыть, что его стерегут. Узник чаще думает о побеге, чем его страж о том, как помешать ему бежать. Оттого часто удаются поразительные побеги.

    Говорят, что у узника всегда есть шансы убежать от стерегущего его тюремщика. И в самом деле, для узника успех всегда важнее, чем для тюремщика. Тюремщик может забыть, что он поставлен стеречь, – узник не может забыть, что его стерегут. Узник чаще думает о побеге, чем его страж о том, как помешать ему бежать. Оттого часто удаются поразительные побеги.

    — Жюль Верн · книга
13. «

    — Я знаю, какое наказание положено за дезертирство, милорд. Я не боюсь умереть. — Не побоишься и жить, я надеюсь.

    — Я знаю, какое наказание положено за дезертирство, милорд. Я не боюсь умереть. — Не побоишься и жить, я надеюсь.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    Я заранее решил для большей скрытности уходить на запад, в Иран, а не на север, в Россию, и идти на предельно малых высотах, чтобы радары не засекли. Так и поступил. Летел на 50-70 метров над землей.

    Я заранее решил для большей скрытности уходить на запад, в Иран, а не на север, в Россию, и идти на предельно малых высотах, чтобы радары не засекли. Так и поступил. Летел на 50-70 метров над землей.

    — Владимир Ильич Шарпатов
15. «

    Кандагарцы, кандагарцы... Мы теперь зовемся так. За три дня все стали старцы И познали жизни смак. Стены белые, крутые, А в зените — солнца диск. Здесь законы все иные, Ходят рядом смерть и риск. Гул родного самолета Снится, снится по ночам. Нелегка была работа, Всех труднее было нам. Все вокруг чужие лица, Только камень да песок. Бесполезно драться, биться, Шаг шагнешь — тебе в висок. Сердце пойманною птицей Бьет по клетке по грудной, И мерещится зарницей Край зеленый, край родной.

    Кандагарцы, кандагарцы... Мы теперь зовемся так. За три дня все стали старцы И познали жизни смак. Стены белые, крутые, А в зените — солнца диск. Здесь законы все иные, Ходят рядом смерть и риск. Гул родного самолета Снится, снится по ночам. Нелегка была работа, Всех труднее было нам. Все вокруг чужие лица, Только камень да песок. Бесполезно драться, биться, Шаг шагнешь — тебе в висок. Сердце пойманною птицей Бьет по клетке по грудной, И мерещится зарницей Край зеленый, край родной.

    — Владимир Ильич Шарпатов
16. «

    Можно подумать, побег в состоянии избавить нас от нужды мириться с собственной участью.

    Можно подумать, побег в состоянии избавить нас от нужды мириться с собственной участью.

    — Чак Паланик · книга
17. «

    Каждый год 16 августа собираю друзей и отмечаю дату круче, чем день рождения. Точнее, их теперь у меня два. И так будет до конца жизни...

    Каждый год 16 августа собираю друзей и отмечаю дату круче, чем день рождения. Точнее, их теперь у меня два. И так будет до конца жизни...

    — Владимир Ильич Шарпатов
18. «

    — Может, это не моё дело, но как ты оказался на свободе? — Ну, я выломал дверь холодильника, когда меня эпатировали в Новый Фолсом. Чёрт, да я удавил не меньше дюжины охранников голыми руками! — Ха-ха-ха-ха... Да-да, где-то я это уже слышал... Расскажи ещё, как ходил по воде и совратил дочку начальника тюрьмы.

    — Может, это не моё дело, но как ты оказался на свободе? — Ну, я выломал дверь холодильника, когда меня эпатировали в Новый Фолсом. Чёрт, да я удавил не меньше дюжины охранников голыми руками! — Ха-ха-ха-ха... Да-да, где-то я это уже слышал... Расскажи ещё, как ходил по воде и совратил дочку начальника тюрьмы.

    — Джим Рейнор · игра
19. «

    Есть опасности, от которых можно только бежать, и это не будет трусостью.

    Есть опасности, от которых можно только бежать, и это не будет трусостью.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
20. «

    Прыжок в бескрайний океан с кормы огромного советского парохода, трехдневный заплыв в воде, кишащей просоветскими акулами, в сторону неведомых Филиппин; кто еще мог такое сотворить, если не русский интеллектуал, спортсмен и йог Слава Курилов.

    Прыжок в бескрайний океан с кормы огромного советского парохода, трехдневный заплыв в воде, кишащей просоветскими акулами, в сторону неведомых Филиппин; кто еще мог такое сотворить, если не русский интеллектуал, спортсмен и йог Слава Курилов.

    — Слава Курилов · книга