520 цитат на тему «преступники и преступность» — читать онлайн

Собрали 520 цитат на тему «преступники и преступность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Подлецу всё к лицу, а вору всё в пору.

   Подлецу всё к лицу, а вору всё в пору.

   — Русские пословицы и поговорки
2. «

   В наши дни невозможно вести преступный образ жизни, не засветив себя на камеру. Стоит честному преступнику выйти на дело, как ему тут же тычут телефоны в морду. Эти мобильные устройства породили поколение стукачей.

   В наши дни невозможно вести преступный образ жизни, не засветив себя на камеру. Стоит честному преступнику выйти на дело, как ему тут же тычут телефоны в морду. Эти мобильные устройства породили поколение стукачей.

   — Вик Хилл · сериал
3. «

   Во все времена в Галактике находились те, кто с радостью отдаст себя в объятья греха. Мой Консорциум предоставляет им самый богатый выбор...

   Во все времена в Галактике находились те, кто с радостью отдаст себя в объятья греха. Мой Консорциум предоставляет им самый богатый выбор...

   — Tайбер Занн (Tyber Zann) · игра
4. «

   У меня есть теория: преступление — это заразно. Словно что-то носится в воздухе, и люди подхватывают это друг от друга, а заразившись, меняются, а затем меняют других людей. Истина в том, что все мы способны на всё. Нам не хочется в это верить, но это так.

   У меня есть теория: преступление — это заразно. Словно что-то носится в воздухе, и люди подхватывают это друг от друга, а заразившись, меняются, а затем меняют других людей. Истина в том, что все мы способны на всё. Нам не хочется в это верить, но это так.

   — Шальные деньги (Mad Money) · фильм
5. «

   А где прокуратура, ФСБ, ФСКН, суды? Я считаю, что это провал всей системы правоохранения. А местные, региональные органы власти где были, они что, ничего не видели?

   А где прокуратура, ФСБ, ФСКН, суды? Я считаю, что это провал всей системы правоохранения. А местные, региональные органы власти где были, они что, ничего не видели?

   — Владимир Владимирович Путин
6. «

   Ему легче — он преступник. У преступника, как известно, много путей, у меня только тот, которым прошёл он. Но идти мне надо во много раз быстрее, чтобы не опоздать.

   Ему легче — он преступник. У преступника, как известно, много путей, у меня только тот, которым прошёл он. Но идти мне надо во много раз быстрее, чтобы не опоздать.

   — Георгий Микеладзе · фильм
7. «

   В книге «Просто милосердие» юрист Брайан Стивенсон рассказывает о людях, осужденных на смертную казнь или пожизненное заключение, и о тех ужасающих преступлениях, которые они совершили или в совершении которых были ложно обвинены. Он также рассказал в ней истории их разрушенного детства. Он утверждает: «Быть милосердным — это давать надежду тем, кто этого не заслуживает и не ждет». Это и есть настоящее милосердие. Кто среди нас не заслуживает милосердия? Вы можете не согласиться, но я, как буддийская монахиня, снова и снова убеждаюсь в том, что мы все заслуживаем его. Мы все заслуживаем прощения.

   В книге «Просто милосердие» юрист Брайан Стивенсон рассказывает о людях, осужденных на смертную казнь или пожизненное заключение, и о тех ужасающих преступлениях, которые они совершили или в совершении которых были ложно обвинены. Он также рассказал в ней истории их разрушенного детства. Он утверждает: «Быть милосердным — это давать надежду тем, кто этого не заслуживает и не ждет». Это и есть настоящее милосердие. Кто среди нас не заслуживает милосердия? Вы можете не согласиться, но я, как буддийская монахиня, снова и снова убеждаюсь в том, что мы все заслуживаем его. Мы все заслуживаем прощения.

   — Данг Нгием · книга
8. «

   Государство и его агенты — это самые большие и распостраненные преступники, в сравнении с которыми те, которых называют преступниками, невинные агнцы.

   Государство и его агенты — это самые большие и распостраненные преступники, в сравнении с которыми те, которых называют преступниками, невинные агнцы.

   — Лев Николаевич Толстой
9. «

   Общество часто прощает преступника. Но не мечтателя.

   Общество часто прощает преступника. Но не мечтателя.

   — Оскар Уайльд
10. «

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Общество готовит преступление, преступник совершает его.

    Общество готовит преступление, преступник совершает его.

    — Генри Бокль
12. «

    Люди, умеющие убивать других людей, делятся на две категории: тех, кого специально учили это делать, и самоучек. Парадокс состоит в том, что самоучки убивают чаще.

    Люди, умеющие убивать других людей, делятся на две категории: тех, кого специально учили это делать, и самоучек. Парадокс состоит в том, что самоучки убивают чаще.

    — Данил Корецкий · книга
13. «

    Разбойник с большой дороги, участвует ли он в шайке или грабит в одиночку, равно остается грабителем; и страна, затевающая войну, есть не что иное, как большая шайка грабителей.

    Разбойник с большой дороги, участвует ли он в шайке или грабит в одиночку, равно остается грабителем; и страна, затевающая войну, есть не что иное, как большая шайка грабителей.

    — Клод Адриан Гельвеций
14. «

    Преступники – часть населения, причем не худшая его часть, а просто ЧАСТЬ. А милиция – не лучшая часть населения, не элита. И если в населении выросло количество малообразованных и не особо умных людей, то эти люди с равной частотой проникают как в ряды преступников, так и в ряды милиции. Что же касается людей одаренных, способных и имеющих высококачественную профессиональную подготовку, то они, совершенно естественно, стремятся прилагать свои знания и силы там, где за это больше заплатят, то есть в коммерческой деятельности, в бизнесе, а отнюдь не в наших низкооплачиваемых органах. Вот и получается, что среди преступников людей недалеких и глуповатых столько же, сколько и среди нас, милиционеров, то есть интеллектуального преимущества мы перед ними не имеем. А людей умных и способных среди них больше, и в связи с этим интеллектуальное преимущество неуклонно сползает на их сторону. Вот вам и вся арифметика.

    Преступники – часть населения, причем не худшая его часть, а просто ЧАСТЬ. А милиция – не лучшая часть населения, не элита. И если в населении выросло количество малообразованных и не особо умных людей, то эти люди с равной частотой проникают как в ряды преступников, так и в ряды милиции. Что же касается людей одаренных, способных и имеющих высококачественную профессиональную подготовку, то они, совершенно естественно, стремятся прилагать свои знания и силы там, где за это больше заплатят, то есть в коммерческой деятельности, в бизнесе, а отнюдь не в наших низкооплачиваемых органах. Вот и получается, что среди преступников людей недалеких и глуповатых столько же, сколько и среди нас, милиционеров, то есть интеллектуального преимущества мы перед ними не имеем. А людей умных и способных среди них больше, и в связи с этим интеллектуальное преимущество неуклонно сползает на их сторону. Вот вам и вся арифметика.

    — Александра Маринина · книга
15. «

    — Этот убитый как-то связан с нашими ворами? — Эти воры уже «наши»? — Если выедете сейчас, то будете здесь через два часа. — Я соблюдаю скоростной режим! — Ладно, два с половиной.

    — Этот убитый как-то связан с нашими ворами? — Эти воры уже «наши»? — Если выедете сейчас, то будете здесь через два часа. — Я соблюдаю скоростной режим! — Ладно, два с половиной.

    — Фрайни Фишер · сериал
16. «

    [Стэн заметил у байкера тату с надписью «Собственность государственной тюрьмы»] — У тебя что? Проблемы? — Нет, я... Я хотел спросить. Вы были в тюрьме, да? — У тебя точно проблемы... — Я сажусь в тюрьму. Но я... я раньше там не был. И может вы мне расскажете, что к чему. Я дам сто баксов. — За разговор? Сколько ты получил? — От трех до пяти лет. В Верлейне. — Верлейн? Хреново, Стэн. Охране там на все плевать. Из-за этого зеки целыми днями мочат друг друга. — Как же я там буду? В смысле, если бы ты меня увидел, ты бы меня замочил? — Скорее изнасиловал. — Изнасиловал? Значит это правда. В тюрьме все становятся геями. — Я и так гей. Но насилую я только в тюрьме. — Ты гей? — Да. Это — бар для геев. Слушай, изнасилование — это не акт секса, а акт насилия. По сути тюремная жизнь — сплошное насилие. И о тебе судят по тому, как другие тебя боятся. Изнасилование — крайняя стадия унижения, это значит ты опасный ублюдок. – Значит ты насиловал? – Слушай, я этим не особо горжусь. Вообще я не оправдываю эту практику. Но иногда следуешь ей. Чтобы не отставать от других. Ну ты понимаешь. Такие как ты, легкая цель. – О, боже! И что же мне теперь делать? — Вступай в банду. Ты расист? — Да нет. — Значит, нацисты отпадают. Есть связи среди ниггеров на улице? Может быть ты латинос? — Неа. — Похоже, тебя все могут иметь. — Ладно. Ладно. Я могу быть расистом от трех до пяти лет. Самым настоящим расистом. — Хорошо. Можешь пойти к нацистам. И тебя будут иметь только они. — Будут иметь нацисты?! Ни за что! Что же еще можно сделать? Могу я как-нибудь создать образ чокнутого уголовника? — Если замочишь зека. — А без убийства? — В твоем случае мало шансов. А наколки у тебя нет? — Наколка? Да. Я рос без мамы. Поэтому в 18 лет сделал тату. С портретом «Мама». — Заказывай ковровую дорожку к своей заднице. И табличку с приглашением в проход «Открыто».

    [Стэн заметил у байкера тату с надписью «Собственность государственной тюрьмы»] — У тебя что? Проблемы? — Нет, я... Я хотел спросить. Вы были в тюрьме, да? — У тебя точно проблемы... — Я сажусь в тюрьму. Но я... я раньше там не был. И может вы мне расскажете, что к чему. Я дам сто баксов. — За разговор? Сколько ты получил? — От трех до пяти лет. В Верлейне. — Верлейн? Хреново, Стэн. Охране там на все плевать. Из-за этого зеки целыми днями мочат друг друга. — Как же я там буду? В смысле, если бы ты меня увидел, ты бы меня замочил? — Скорее изнасиловал. — Изнасиловал? Значит это правда. В тюрьме все становятся геями. — Я и так гей. Но насилую я только в тюрьме. — Ты гей? — Да. Это — бар для геев. Слушай, изнасилование — это не акт секса, а акт насилия. По сути тюремная жизнь — сплошное насилие. И о тебе судят по тому, как другие тебя боятся. Изнасилование — крайняя стадия унижения, это значит ты опасный ублюдок. – Значит ты насиловал? – Слушай, я этим не особо горжусь. Вообще я не оправдываю эту практику. Но иногда следуешь ей. Чтобы не отставать от других. Ну ты понимаешь. Такие как ты, легкая цель. – О, боже! И что же мне теперь делать? — Вступай в банду. Ты расист? — Да нет. — Значит, нацисты отпадают. Есть связи среди ниггеров на улице? Может быть ты латинос? — Неа. — Похоже, тебя все могут иметь. — Ладно. Ладно. Я могу быть расистом от трех до пяти лет. Самым настоящим расистом. — Хорошо. Можешь пойти к нацистам. И тебя будут иметь только они. — Будут иметь нацисты?! Ни за что! Что же еще можно сделать? Могу я как-нибудь создать образ чокнутого уголовника? — Если замочишь зека. — А без убийства? — В твоем случае мало шансов. А наколки у тебя нет? — Наколка? Да. Я рос без мамы. Поэтому в 18 лет сделал тату. С портретом «Мама». — Заказывай ковровую дорожку к своей заднице. И табличку с приглашением в проход «Открыто».

    — Гей (бывший заключенный) · фильм
17. «

    Перед судом все преступники пытаются быть хорошими свидетелями, а не плохими подозреваемыми.

    Перед судом все преступники пытаются быть хорошими свидетелями, а не плохими подозреваемыми.

    — Алан Шор · сериал
18. «

    — Я всегда говорил, что это талантливый преступник. Может быть даже, он талантливей меня. — Этого не может быть! — Нет, в жизни это бывает.

    — Я всегда говорил, что это талантливый преступник. Может быть даже, он талантливей меня. — Этого не может быть! — Нет, в жизни это бывает.

    — Максим Подберезовиков · фильм
19. «

    Почему жизнь убийцы всегда считается ценнее, чем жизнь убитого?

    Почему жизнь убийцы всегда считается ценнее, чем жизнь убитого?

    — Юрий Никитин · книга
20. «

    ...твердая уверенность в своих действиях перестала считаться необходимым элементом в работе полицейских двадцать первого века. Приходилось учитывать множество иных факторов. В частности, общественную значимость преступления.

    ...твердая уверенность в своих действиях перестала считаться необходимым элементом в работе полицейских двадцать первого века. Приходилось учитывать множество иных факторов. В частности, общественную значимость преступления.

    — Джонатан Коу · книга