130 лучших мыслей на тему «рассуждения»

Собрали 130 цитат на тему «рассуждения» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Поскольку мы часто полагаемся на соб­ственную проницательность, мы легко ста­новимся корыстолюбивыми, не прислуши­ваемся к голосу разума, и тогда события принимают далеко не лучший оборот. Люди видят, насколько ограничены и недостойны наши устремления.

   Поскольку мы часто полагаемся на соб­ственную проницательность, мы легко ста­новимся корыстолюбивыми, не прислуши­ваемся к голосу разума, и тогда события принимают далеко не лучший оборот. Люди видят, насколько ограничены и недостойны наши устремления.

   — Ямамото Цунэтомо · книга
2. «

   Правильности суждений порой не хватает мудрости.

   Правильности суждений порой не хватает мудрости.

   — Александр Вяземка
3. «

   Философ ищет убеждения в истине уясненного, основательного. Для него слишком дорога истина, чтоб он стал отвергать её без соображения.

   Философ ищет убеждения в истине уясненного, основательного. Для него слишком дорога истина, чтоб он стал отвергать её без соображения.

   — Федор Федорович Сидонский
4. «

   Разумные доводы ещё никого не убеждали.

   Разумные доводы ещё никого не убеждали.

   — Анатоль Франс
5. «

   – Такой религии я не знаю, – сказал он, немного помолчав. – Такая никогда не была… нужна. Если я тебя хорошо понял, а боюсь, что это так, ты думаешь о каком-то эволюционирующем боге, который развивается во времени и растет, поднимаясь на все более высокие уровни могущества, к осознанию собственного бессилия? Этот твой бог – существо, которое влезло в божественность, как в ситуацию, из которой нет выхода, а поняв это, предалось отчаянию. Да, но отчаявшийся бог – это ведь человек, мой милый. Ты говоришь о человеке… Это не только скверная философия, но и скверная мистика.

   – Такой религии я не знаю, – сказал он, немного помолчав. – Такая никогда не была… нужна. Если я тебя хорошо понял, а боюсь, что это так, ты думаешь о каком-то эволюционирующем боге, который развивается во времени и растет, поднимаясь на все более высокие уровни могущества, к осознанию собственного бессилия? Этот твой бог – существо, которое влезло в божественность, как в ситуацию, из которой нет выхода, а поняв это, предалось отчаянию. Да, но отчаявшийся бог – это ведь человек, мой милый. Ты говоришь о человеке… Это не только скверная философия, но и скверная мистика.

   — Станислав Лем · книга
6. «

   — Слушай. Прости. — Хочешь быть главным скаутом – будь. Идешь за мной – иди. — Почему ты доктора послал? — Лучше одному впереди. — Ищешь что-то странное? — Видя это и Солнце, я скажу, что мы влипли. — Что с солнцем? И что, по-твоему, происходит? — Оно стоит на месте. По-моему? Я думаю, нас выбрали. Спецназ, группа Альфа. Лос-Зетас – убийца из картеля. ОРФ, ликвидатор из Сьерра-Леоне. Боец из «Революционного фронта»; ты — снайпер из «Кидон»; далее Якудза, семья Инагава-кай. И один из списка самых опасных. И он... Все тут убийцы. Док не лезет. — Не лезет куда? А как же ты? — А что я? — Ты знаешь джунгли. И игроков. Думаю, ты – военный. Спец. Может, наёмник. — Это проблема? — Нет, пока что нет...

   — Слушай. Прости. — Хочешь быть главным скаутом – будь. Идешь за мной – иди. — Почему ты доктора послал? — Лучше одному впереди. — Ищешь что-то странное? — Видя это и Солнце, я скажу, что мы влипли. — Что с солнцем? И что, по-твоему, происходит? — Оно стоит на месте. По-моему? Я думаю, нас выбрали. Спецназ, группа Альфа. Лос-Зетас – убийца из картеля. ОРФ, ликвидатор из Сьерра-Леоне. Боец из «Революционного фронта»; ты — снайпер из «Кидон»; далее Якудза, семья Инагава-кай. И один из списка самых опасных. И он... Все тут убийцы. Док не лезет. — Не лезет куда? А как же ты? — А что я? — Ты знаешь джунгли. И игроков. Думаю, ты – военный. Спец. Может, наёмник. — Это проблема? — Нет, пока что нет...

   — Эдвин · фильм
7. «

   Пусть ваши суждения о людях будут обдуманы не спеша, но бесповоротны.

   Пусть ваши суждения о людях будут обдуманы не спеша, но бесповоротны.

   — Оноре де Бальзак · книга
8. «

   Тот, кто рассуждает о прелестях жизни в горах и лесах, не обязательно жаждет уединения в горах и лесах. Тот, кто не терпит разговоров о славе и выгоде, не обязательно перестал мечтать о славе и выгоде.

   Тот, кто рассуждает о прелестях жизни в горах и лесах, не обязательно жаждет уединения в горах и лесах. Тот, кто не терпит разговоров о славе и выгоде, не обязательно перестал мечтать о славе и выгоде.

   — Хун Цзычен
9. «

   Строить предположения, не зная всех обстоятельств дела, — крупнейшая ошибка. Это может повлиять на дальнейший ход рассуждений.

   Строить предположения, не зная всех обстоятельств дела, — крупнейшая ошибка. Это может повлиять на дальнейший ход рассуждений.

   — Артур Конан Дойл · книга
10. «

    Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри — не вы! Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля...

    Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри — не вы! Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля...

    — Михаил Юрьевич Лермонтов
11. «

    — Марк Дэниел бежал в вашей лодке. — Понимаю. — Похоже, вы не слишком-то огорчились. — С возрастом я становлюсь философом. Я не в восторге от потери хорошей лодки, но я не склонен разглагольствовать, вздохами ее не вернешь, также как и ушедшую юность.

    — Марк Дэниел бежал в вашей лодке. — Понимаю. — Похоже, вы не слишком-то огорчились. — С возрастом я становлюсь философом. Я не в восторге от потери хорошей лодки, но я не склонен разглагольствовать, вздохами ее не вернешь, также как и ушедшую юность.

    — капитан МакНил · сериал
12. «

    Лучше, если это возможно, поработать подольше в предыдущий день, чтобы во время и после праздничной вечерни не работать. Если кто-то по большой необходимости сделает какое-нибудь несложное дело поближе к вечеру в самый воскресный и праздничный день, то это дело другое. Но и такая работа должна совершаться с рассуждением.

    Лучше, если это возможно, поработать подольше в предыдущий день, чтобы во время и после праздничной вечерни не работать. Если кто-то по большой необходимости сделает какое-нибудь несложное дело поближе к вечеру в самый воскресный и праздничный день, то это дело другое. Но и такая работа должна совершаться с рассуждением.

    — Паисий Святогорец
13. «

    Если кто-нибудь может с очевидностью доказать мне, что я неправильно сужу или действую, то я с радостью изменюсь. Ибо я ищу истины, от которой еще никто никогда не потерпел вреда. Терпит же вред тот, кто упорствует в своем заблуждении и невежестве.

    Если кто-нибудь может с очевидностью доказать мне, что я неправильно сужу или действую, то я с радостью изменюсь. Ибо я ищу истины, от которой еще никто никогда не потерпел вреда. Терпит же вред тот, кто упорствует в своем заблуждении и невежестве.

    — Марк Аврелий · книга
14. «

    Кончается ли всё со смертью, нет ли после нее еще чего то? Быть может, для художника расстаться с жизнью вовсе не самое трудное? Мне, разумеется, обо всём этом ничего не известно, но всякий раз, когда я вижу звёзды, я начинаю мечтать так же непроизвольно, как я мечтаю, глядя на чёрные точки, которыми на географической карте обозначены города и деревни. Почему, спрашиваю я себя, светлые точки на небосклоне должны быть менее доступны для нас, чем черные точки на карте Франции? Подобно тому, как нас везет поезд, когда мы едем в Руан или Тараскон, смерть уносит нас к звёздам. Впрочем, в этом рассуждении бесспорно лишь одно: пока мы живём, мы не можем отправиться на звезду, равно как, умерев, не можем сесть в поезд. Вполне вероятно, что холера, сифилис, чахотка, рак — не что иное, как небесные средства передвижения, играющие ту же роль, что пароходы, омнибусы и поезда на земле. А естественная смерть от старости равнозначна пешему способу передвижения.

    Кончается ли всё со смертью, нет ли после нее еще чего то? Быть может, для художника расстаться с жизнью вовсе не самое трудное? Мне, разумеется, обо всём этом ничего не известно, но всякий раз, когда я вижу звёзды, я начинаю мечтать так же непроизвольно, как я мечтаю, глядя на чёрные точки, которыми на географической карте обозначены города и деревни. Почему, спрашиваю я себя, светлые точки на небосклоне должны быть менее доступны для нас, чем черные точки на карте Франции? Подобно тому, как нас везет поезд, когда мы едем в Руан или Тараскон, смерть уносит нас к звёздам. Впрочем, в этом рассуждении бесспорно лишь одно: пока мы живём, мы не можем отправиться на звезду, равно как, умерев, не можем сесть в поезд. Вполне вероятно, что холера, сифилис, чахотка, рак — не что иное, как небесные средства передвижения, играющие ту же роль, что пароходы, омнибусы и поезда на земле. А естественная смерть от старости равнозначна пешему способу передвижения.

    — Винсент Ван Гог
15. «

    Помните, что даже убежавший кофе и просыпанный сахар — к счастью. Все к счастью, когда есть кому об этом рассказать. Когда ты можешь говорить, чувствовать запахи, видеть краски.

    Помните, что даже убежавший кофе и просыпанный сахар — к счастью. Все к счастью, когда есть кому об этом рассказать. Когда ты можешь говорить, чувствовать запахи, видеть краски.

    — Александра Макарова · книга
16. «

    Хорошо рассуждать о битве, сидя в кустах.

    Хорошо рассуждать о битве, сидя в кустах.

    — Ольга Громыко · книга
17. «

    Единственный авторитет, к которому необходимо прислушиваться, — это голос разума.

    Единственный авторитет, к которому необходимо прислушиваться, — это голос разума.

    — Ирвин Ялом · книга
18. «

    Подавая совет, не произноси решительного приговора, потому что не знаешь таин Божиих. Пересказывая дело, изъявляй сомнение и нелегко подпадешь укоризне. Учи, чтобы самому научиться, и доставишь пользу слушателям. С сомнением рассуждай о том, чего не знаешь; если и ошибешься, не потерпишь вреда.

    Подавая совет, не произноси решительного приговора, потому что не знаешь таин Божиих. Пересказывая дело, изъявляй сомнение и нелегко подпадешь укоризне. Учи, чтобы самому научиться, и доставишь пользу слушателям. С сомнением рассуждай о том, чего не знаешь; если и ошибешься, не потерпишь вреда.

    — Ефрем Сирин
19. «

    Отчего один родится в богатстве и знатности, другой в нищете, в среде людей, презираемых и угнетаемых, обреченных на всежизненный телесный труд в поте лица, лишенных средства к развитию умственному? Отчего иной умирает дряхлым старцем, иной в цвете юношеского или мужеского возраста, иной дитятей и даже краткодневным младенцем? Отчего один пользуется постоянно здравием и благополучием, другой томится в болезнях, передается скорбями скорбям, бедствиями бедствиям, как бы с рук на руки? Эти и этим подобные вопросы заняли однажды великого пустынножителя Египетского, Антония, и тщетно искал разрешения им пустынножитель в собственном разуме, осененном Божественной благодатью, способном углубляться в рассматривание тайн Божиих. Когда святой старец утомился размышлением бесплодным, последовал к нему с неба глас: «Антоний! Это – судьбы Божии. Исследование их душевредно. Себе внимай»

    Отчего один родится в богатстве и знатности, другой в нищете, в среде людей, презираемых и угнетаемых, обреченных на всежизненный телесный труд в поте лица, лишенных средства к развитию умственному? Отчего иной умирает дряхлым старцем, иной в цвете юношеского или мужеского возраста, иной дитятей и даже краткодневным младенцем? Отчего один пользуется постоянно здравием и благополучием, другой томится в болезнях, передается скорбями скорбям, бедствиями бедствиям, как бы с рук на руки? Эти и этим подобные вопросы заняли однажды великого пустынножителя Египетского, Антония, и тщетно искал разрешения им пустынножитель в собственном разуме, осененном Божественной благодатью, способном углубляться в рассматривание тайн Божиих. Когда святой старец утомился размышлением бесплодным, последовал к нему с неба глас: «Антоний! Это – судьбы Божии. Исследование их душевредно. Себе внимай»

    — Святитель Игнатий (Брянчанинов) · книга
20. «

    Рассуждения, порой, накладывают на естественную злобу равнодушную жестокость.

    Рассуждения, порой, накладывают на естественную злобу равнодушную жестокость.

    — Жан-Франсуа Паро · книга