276 лучших цитат на тему «революция»

276 цитат про «революция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ах, не говорите мне про Австрию! Я ничего не понимаю, может быть, но Австрия никогда не хотела и не хочет войны. Она предает нас. Россия одна должна быть спасительницей Европы. Наш благодетель знает свое высокое призвание и будет верен ему. Вот одно, во что я верю. Нашему доброму и чудному государю предстоит величайшая роль в мире, и он так добродетелен и хорош, что Бог не оставит его, и он исполнит свое призвание задавить гидру революции, которая теперь еще ужаснее в лице этого убийцы и злодея. Мы одни должны искупить кровь праведника. На кого нам надеяться, я вас спрашиваю?... Англия с своим коммерческим духом не поймет и не может понять всю высоту души императора Александра. Она отказалась очистить Мальту. Она хочет видеть, ищет заднюю мысль наших действий. Что они сказали Новосильцеву? Ничего. Они не поняли, они не могли понять самоотвержения нашего императора, который ничего не хочет для себя и все хочет для блага мира. И что они обещали? Ничего. И что обещали, и того не будет! Пруссия уже объявила, что Бонапарте непобедим и что вся Европа ничего не может против него...

   Ах, не говорите мне про Австрию! Я ничего не понимаю, может быть, но Австрия никогда не хотела и не хочет войны. Она предает нас. Россия одна должна быть спасительницей Европы. Наш благодетель знает свое высокое призвание и будет верен ему. Вот одно, во что я верю. Нашему доброму и чудному государю предстоит величайшая роль в мире, и он так добродетелен и хорош, что Бог не оставит его, и он исполнит свое призвание задавить гидру революции, которая теперь еще ужаснее в лице этого убийцы и злодея. Мы одни должны искупить кровь праведника. На кого нам надеяться, я вас спрашиваю?... Англия с своим коммерческим духом не поймет и не может понять всю высоту души императора Александра. Она отказалась очистить Мальту. Она хочет видеть, ищет заднюю мысль наших действий. Что они сказали Новосильцеву? Ничего. Они не поняли, они не могли понять самоотвержения нашего императора, который ничего не хочет для себя и все хочет для блага мира. И что они обещали? Ничего. И что обещали, и того не будет! Пруссия уже объявила, что Бонапарте непобедим и что вся Европа ничего не может против него...

   — Лев Николаевич Толстой · книга
2. «

   Нужно быть наготове. Немедленно нужно в побег. За вами следят. Вас ловят. И не вас одного, а всех.

   Нужно быть наготове. Немедленно нужно в побег. За вами следят. Вас ловят. И не вас одного, а всех.

   — Сергей Александрович Есенин · книга
3. «

   Великой страной взялись управлять люди, до той поры не имевшие никакого понятия об устройстве государственного механизма. Пассажиры взялись управлять паровозом по самоучителю и начали с того, что уничтожили все тормоза.

   Великой страной взялись управлять люди, до той поры не имевшие никакого понятия об устройстве государственного механизма. Пассажиры взялись управлять паровозом по самоучителю и начали с того, что уничтожили все тормоза.

   — Антон Антонович Керсновский · книга
4. «

   Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

   Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

   — Рупи Каур · книга
5. «

   Самые выдающиеся, самые значительные перевороты часто начинаются очень тихо, до поры до времени прячась в тени.

   Самые выдающиеся, самые значительные перевороты часто начинаются очень тихо, до поры до времени прячась в тени.

   — Райчел Мид · книга
6. «

   Когда твое правление жестоко, ожидай и жестокого переворота.

   Когда твое правление жестоко, ожидай и жестокого переворота.

   — Шеннон Чакраборти · книга
7. «

   Тот, кто делает революцию, может лучше уяснить смысл жизни и революции, когда держит в чистоте окружающую среду и живет цивилизованно. Кое-кто ссылаясь на то, что жизнь в чем-то трудновата, не ухаживает как следует за своими улицами, населенными пунктами, жилыми домами и живет спустя рукава. Это — выражение отсутствия веры в победу и чувства патриотизма. Такие люди становятся неряшливыми, сами того не замечая, и в конце концов могут идеологически переродиться.

   Тот, кто делает революцию, может лучше уяснить смысл жизни и революции, когда держит в чистоте окружающую среду и живет цивилизованно. Кое-кто ссылаясь на то, что жизнь в чем-то трудновата, не ухаживает как следует за своими улицами, населенными пунктами, жилыми домами и живет спустя рукава. Это — выражение отсутствия веры в победу и чувства патриотизма. Такие люди становятся неряшливыми, сами того не замечая, и в конце концов могут идеологически переродиться.

   — Ким Ир Сен
8. «

   Он мирно чистил фонари, Но записался в бунтари И вдоль по улице под флагом Шагал р-р-революцьонным шагом.

   Он мирно чистил фонари, Но записался в бунтари И вдоль по улице под флагом Шагал р-р-революцьонным шагом.

   — Эрих Мюзам
9. «

   Наблюдая периодические катаклизмы, которые опустошают и обновляют цивилизацию, не решаешься судить о деталях. Хулить или превозносить людей за последствия их действий — это все равно что хулить или превозносить цифры за итог. То, чему положено свершиться — свершится, то, что должно разразиться — разразится.

   Наблюдая периодические катаклизмы, которые опустошают и обновляют цивилизацию, не решаешься судить о деталях. Хулить или превозносить людей за последствия их действий — это все равно что хулить или превозносить цифры за итог. То, чему положено свершиться — свершится, то, что должно разразиться — разразится.

   — Виктор Гюго · книга
10. «

    Но, Революция, ты научила нас верить в несправедливость добра. Сколько миров мы сжигаем в час во имя твоего святого костра?

    Но, Революция, ты научила нас верить в несправедливость добра. Сколько миров мы сжигаем в час во имя твоего святого костра?
11. «

    ... Бунт отличается от революции следующим: чтобы утихомирить бунт, нужно повесить пятьдесят человек, а чтобы утихомирить революцию, нужно повесить пять тысяч.

    ... Бунт отличается от революции следующим: чтобы утихомирить бунт, нужно повесить пятьдесят человек, а чтобы утихомирить революцию, нужно повесить пять тысяч.

    — Юлия Латынина · книга
12. «

    От взлета до паденья дистанция – блик. Кто стал сегодня тенью, вчера был велик. Изменчива фактура, капризна стезя, Во власть приходят не тормозя.

    От взлета до паденья дистанция – блик. Кто стал сегодня тенью, вчера был велик. Изменчива фактура, капризна стезя, Во власть приходят не тормозя.

    — Константин Кинчев
13. «

    — Они не будут добрыми, пока мы их не заставим. А для этого нам надо освободиться. — Как же вы обретёте свободу? — Единственным способом — революцией. — Вы обречены! — Возможно... На этот раз. — И в следующий! — Может быть. — Но вы не отступите?

    — Они не будут добрыми, пока мы их не заставим. А для этого нам надо освободиться. — Как же вы обретёте свободу? — Единственным способом — революцией. — Вы обречены! — Возможно... На этот раз. — И в следующий! — Может быть. — Но вы не отступите?

    — Цезарь (сын Корнелиуса и Зиры) · фильм
14. «

    — А что — дальше? — Как это — дальше? — переспросил Ткачёв. — Ну, например, завтра. — Что завтра? Завтра ничего, а потом — катаклизмы. Значительные, как мне кажется.

    — А что — дальше? — Как это — дальше? — переспросил Ткачёв. — Ну, например, завтра. — Что завтра? Завтра ничего, а потом — катаклизмы. Значительные, как мне кажется.

    — Максимилиан Неаполитанский · книга
15. «

    — ... И таким образом дом перешёл к вам? — Да, но ненадолго. В семнадцатом революция и всё пошло прахом... Пардон!

    — ... И таким образом дом перешёл к вам? — Да, но ненадолго. В семнадцатом революция и всё пошло прахом... Пардон!

    — Иван Сергеевич Зорин · фильм
16. «

    Да, я намерен попасть на белую т-территорию. Но только за тем, чтобы выбраться из страны, которая хочет заменить плохое прошлое на ужасное будущее. Ничего изменить я не могу, а наблюдать за этим процессом не хочу.

    Да, я намерен попасть на белую т-территорию. Но только за тем, чтобы выбраться из страны, которая хочет заменить плохое прошлое на ужасное будущее. Ничего изменить я не могу, а наблюдать за этим процессом не хочу.

    — Борис Акунин · книга
17. «

    Мы не можем себе представить, какой бы была Россия, не испытай она коллапса революции, разрухи Гражданской войны и интервенции, ужасов террора и безрассудных общественных экспериментов. Да, в ХХ веке наша страна еще станет второй державой планеты. Спасет мир от фашизма, первой отправит человека в космос. Это доказывает, какой неисчерпаемой энергией обладает русский народ, какой таится в нем неиссякаемый гений. Но неужели для совершения всего этого было необходимо довести страну до края гибели и убить миллионы людей?

    Мы не можем себе представить, какой бы была Россия, не испытай она коллапса революции, разрухи Гражданской войны и интервенции, ужасов террора и безрассудных общественных экспериментов. Да, в ХХ веке наша страна еще станет второй державой планеты. Спасет мир от фашизма, первой отправит человека в космос. Это доказывает, какой неисчерпаемой энергией обладает русский народ, какой таится в нем неиссякаемый гений. Но неужели для совершения всего этого было необходимо довести страну до края гибели и убить миллионы людей?

    — Митрополит Тихон (Шевкунов) · книга
18. «

    Безумием революции было желание водворить добродетель на земле. Когда хотят сделать людей добрыми, мудрыми, свободными, воздержанными, великодушными, то неизбежно приходят к желанию перебить их всех.

    Безумием революции было желание водворить добродетель на земле. Когда хотят сделать людей добрыми, мудрыми, свободными, воздержанными, великодушными, то неизбежно приходят к желанию перебить их всех.

    — Анатоль Франс
19. «

    А я им всем что могу противопоставить? Рейтузы с кантом! А они этого канта видеть не могут, сейчас же за пулемёты берутся, не угодно ли...

    А я им всем что могу противопоставить? Рейтузы с кантом! А они этого канта видеть не могут, сейчас же за пулемёты берутся, не угодно ли...

    — Виктор Викторович Мышлаевский · фильм
20. «

    Запирайте этажи, Нынче будут грабежи! Отмыкайте погреба — Гуляет нынче голытьба!

    Запирайте этажи, Нынче будут грабежи! Отмыкайте погреба — Гуляет нынче голытьба!

    — Александр Александрович Блок · книга