437 фраз про «революция» с глубоким смыслом

437 цитат про «революция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Революция делает то же, что делает ветер в природе: рожденный неравенством распределения тепла на земле, ветер равняет тепло и всюду разносит семена, но растут семена сами, пользуясь теплом и светом солнца и питаясь от земли и воздуха.

   Революция делает то же, что делает ветер в природе: рожденный неравенством распределения тепла на земле, ветер равняет тепло и всюду разносит семена, но растут семена сами, пользуясь теплом и светом солнца и питаясь от земли и воздуха.

   — Михаил Михайлович Пришвин · книга
2. «

   Никогда насилие не приводило к добру. В один день мир не переделаешь. И кто обещает вам переменить все сразу, тот либо болтун, либо мошенник.

   Никогда насилие не приводило к добру. В один день мир не переделаешь. И кто обещает вам переменить все сразу, тот либо болтун, либо мошенник.

   — Эмиль Золя · книга
3. «

   Почти все русские крепкие государственники — это раскаявшиеся вольнодумцы, а почти все русские революционеры — это раскаявшиеся патриоты из серии «Попробовали — убедились».

   Почти все русские крепкие государственники — это раскаявшиеся вольнодумцы, а почти все русские революционеры — это раскаявшиеся патриоты из серии «Попробовали — убедились».

   — Дмитрий Львович Быков
4. «

   В тот день началась наша революция. В день, когда Менгск уничтожил целую планету и назвал это «справедливостью».

   В тот день началась наша революция. В день, когда Менгск уничтожил целую планету и назвал это «справедливостью».

   — Джим Рейнор · игра
5. «

   Гуляет ветер, порхает снег. Идут двенадцать человек.

   Гуляет ветер, порхает снег. Идут двенадцать человек.

   — Александр Александрович Блок · книга
6. «

   Европа, канун XX века, начало эпохи империализма. Монополистическая буржуазия ищет новые средства борьбы с революционным движением рабочего класса. Именно в это время появился на политической арене сионизм — идеология, политика и практика крупной еврейской буржуазии.

   Европа, канун XX века, начало эпохи империализма. Монополистическая буржуазия ищет новые средства борьбы с революционным движением рабочего класса. Именно в это время появился на политической арене сионизм — идеология, политика и практика крупной еврейской буржуазии.

   — Сионизм перед судом истории · фильм
7. «

   Поверь, нет середины. А нам надо – За свой выбор биться отчаянно. В крайних случаях – гнать по встречной, Воплощать всё, что намечено, Остальное – частности, Но мы в опасности. Плен или революция? Любовь или проституция? Вот дискуссия – Она дуется инструкциями, напутствиями…

   Поверь, нет середины. А нам надо – За свой выбор биться отчаянно. В крайних случаях – гнать по встречной, Воплощать всё, что намечено, Остальное – частности, Но мы в опасности. Плен или революция? Любовь или проституция? Вот дискуссия – Она дуется инструкциями, напутствиями…
8. «

   Революцию готовят мыслители, а совершают бандиты.

   Революцию готовят мыслители, а совершают бандиты.

   — Мариано Асуэла
9. «

   Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет.

   Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет.

   — Георгий Иванов
10. «

    В 1953 году, когда менее 15 процентов иранцев были грамотными и менее 17% жили в городах, Кермит Рузвельт и несколько агентов ЦРУ довольно легко подавили восстание и вернули шаху его трон. В 1979 году, когда 50% иранцев были грамотными и 47% жили в городах, никакое применение американской военной мощи уже не могло удержать трон под Шахом.

    В 1953 году, когда менее 15 процентов иранцев были грамотными и менее 17% жили в городах, Кермит Рузвельт и несколько агентов ЦРУ довольно легко подавили восстание и вернули шаху его трон. В 1979 году, когда 50% иранцев были грамотными и 47% жили в городах, никакое применение американской военной мощи уже не могло удержать трон под Шахом.

    — Самюэль Хантингтон · книга
11. «

    С каким восторгом, прямо-таки самоотречением кинулись они в политику! Сколь сладостно им было вдруг стать (иногда лишь в собственном воображении) кем-то, кого видят, слышат, на кого обращают внимание… Очень мало знающие, почти ничего не умеющие и совсем ничего не понимающие — слепой от ярости и восторга толпой они способны снести всё, что угодно, ради иллюзии, что они что-то решают, что от них что-то зависит… Каким безжалостным катком прошлось через несколько лет по ним «революция пожирает своих детей»… Многие ведь и не пережили, в прямом смысле слова — умерли. А остальные… спроси у них: а чего, собственно, ждали, на что надеялись? Сотрудники социологической лаборатории, которой руководил Михаил Ратников, спрашивали. Не у одного, не у десятка — у тысяч. Толком ответить не смог никто! Думали: вот свергнем тоталитаризм, придет демократия и всё станет прекрасно. Как именно — прекрасно? Нет ответа! Просто станет прекрасно, и всё! С чего вдруг жизнь повернется лицом к бездарям, неумехам, неудачникам и прочим «обиженным»? Нет ответа!

    С каким восторгом, прямо-таки самоотречением кинулись они в политику! Сколь сладостно им было вдруг стать (иногда лишь в собственном воображении) кем-то, кого видят, слышат, на кого обращают внимание… Очень мало знающие, почти ничего не умеющие и совсем ничего не понимающие — слепой от ярости и восторга толпой они способны снести всё, что угодно, ради иллюзии, что они что-то решают, что от них что-то зависит… Каким безжалостным катком прошлось через несколько лет по ним «революция пожирает своих детей»… Многие ведь и не пережили, в прямом смысле слова — умерли. А остальные… спроси у них: а чего, собственно, ждали, на что надеялись? Сотрудники социологической лаборатории, которой руководил Михаил Ратников, спрашивали. Не у одного, не у десятка — у тысяч. Толком ответить не смог никто! Думали: вот свергнем тоталитаризм, придет демократия и всё станет прекрасно. Как именно — прекрасно? Нет ответа! Просто станет прекрасно, и всё! С чего вдруг жизнь повернется лицом к бездарям, неумехам, неудачникам и прочим «обиженным»? Нет ответа!

    — Евгений Красницкий · книга
12. «

    Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.

    Рискуя показаться смешным, хотел бы сказать, что истинным революционером движет великая любовь. Невозможно себе представить настоящего революционера, не испытывающего этого чувства.

    — Эрнесто Че Гевара
13. «

    Сынки-мажоры и кто пижон… Сгорят в огне! А что же до рублевских жён… Пойдут к солдатне!

    Сынки-мажоры и кто пижон… Сгорят в огне! А что же до рублевских жён… Пойдут к солдатне!
14. «

    Когда напишут историю нынешних времен, она наверняка будет выглядеть историей двух революций. Революции во Франции и английской революции методизма. Одни ищут свободы, равенства и братства среди людей, другие ищут свободы, равенства и братства перед Господом.

    Когда напишут историю нынешних времен, она наверняка будет выглядеть историей двух революций. Революции во Франции и английской революции методизма. Одни ищут свободы, равенства и братства среди людей, другие ищут свободы, равенства и братства перед Господом.

    — Уинстон Грэхем · книга
15. «

    Революция – ремонт эволюции.

    Революция – ремонт эволюции.

    — Юрий Коваленко (Кирилл Кюдов)
16. «

    – Кого вы победите? – спросил Александр, входя в дом. – Замышляем захват власти, – сообщила Кыса. – О как! Утром еще все было как у людей, а вечером уже ГКЧП заседает. Мэтью, у тебя так было когда-нибудь в жизни, что ты утром на работу пошел, а вечером домой вернулся, а там государственный переворот?

    – Кого вы победите? – спросил Александр, входя в дом. – Замышляем захват власти, – сообщила Кыса. – О как! Утром еще все было как у людей, а вечером уже ГКЧП заседает. Мэтью, у тебя так было когда-нибудь в жизни, что ты утром на работу пошел, а вечером домой вернулся, а там государственный переворот?

    — Елена Котова · книга
17. «

    Чтоб испортить мир, надо испортить женщину, и в 1917 году это очень хорошо понимали.

    Чтоб испортить мир, надо испортить женщину, и в 1917 году это очень хорошо понимали.

    — Надежда Жаглей · книга
18. «

    Вопрос: Всегда ли прогресс человечества совершается поступательно и медленно? Ответ: Есть постоянный и медленный прогресс, осуществляющийся силою вещей; но когда народ не продвигается достаточно быстро, Бог производит в нём время от времени некоторое физическое или нравственное сотрясение, его преобразующее. Человек не может вечно оставаться в невежестве, потому как он призван достичь цели, намеченной Провидением, и он набирается знания силою самих вещей. Моральные революции, как и революции социальные, проникают мало-помалу в идеи; они прорастают в течение веков, затем внезапно разрываются и сокрушают ветхое здание прошлого, не находящееся более в гармонии с новыми нуждами и новыми устремлениями.

    Вопрос: Всегда ли прогресс человечества совершается поступательно и медленно? Ответ: Есть постоянный и медленный прогресс, осуществляющийся силою вещей; но когда народ не продвигается достаточно быстро, Бог производит в нём время от времени некоторое физическое или нравственное сотрясение, его преобразующее. Человек не может вечно оставаться в невежестве, потому как он призван достичь цели, намеченной Провидением, и он набирается знания силою самих вещей. Моральные революции, как и революции социальные, проникают мало-помалу в идеи; они прорастают в течение веков, затем внезапно разрываются и сокрушают ветхое здание прошлого, не находящееся более в гармонии с новыми нуждами и новыми устремлениями.

    — Аллан Кардек · книга
19. «

    Если «эволюция» — это постепенное развитие, в том числе раскрытие человеческого потенциала, то «революция» — это скачок, резкий переход к чему-то новому. В том числе к новому жизни, к новым возможностям, «к новому счастью». А возможен ли скачок к «новому счастью»? Не стоит забывать одну вещь, о которой писал Достоевский в «Записках из подполья», — всегда найдется кто-то, кто скажет: «А я не хочу быть счастливым». А революция, в общем, занимается тем, что «делает счастливыми» всех, кто согласен. А кто не согласен, тех она, уж извините, вынуждена уничтожить. Стоит ли этого такая свобода?

    Если «эволюция» — это постепенное развитие, в том числе раскрытие человеческого потенциала, то «революция» — это скачок, резкий переход к чему-то новому. В том числе к новому жизни, к новым возможностям, «к новому счастью». А возможен ли скачок к «новому счастью»? Не стоит забывать одну вещь, о которой писал Достоевский в «Записках из подполья», — всегда найдется кто-то, кто скажет: «А я не хочу быть счастливым». А революция, в общем, занимается тем, что «делает счастливыми» всех, кто согласен. А кто не согласен, тех она, уж извините, вынуждена уничтожить. Стоит ли этого такая свобода?

    — Протоиерей Сергий Овсянников · книга
20. «

    О природе наших идеалов мы размышляем мало, а она нам до конца не ясна… Что там в глубине подсознания? Тютчев сказал: «Умом Россию не понять…» она за пределами разума, сознания… В других границах… До сих пор никто не может объяснить, что это со всеми случилось в семнадцатом году? Переворот? Вспышка массового бандитизма? Коллективное умопомешательство? Но ведь в то время многие люди (интеллигенция!) переживали это как счастье… Праздник! У нас в подсознании живёт коммунизм… Нам ближе романтическое, героическое, и скучно там, где реальность, прагматизм. Что делает любимый герой русских сказок Иванушка-дурачок? Мастерит, строит? Ничего подобного. Сидит на печи и ждёт чуда: золотой рыбки, или царевны прекрасной, чтобы на ней жениться… Мы все ждём чуда или справедливого царя…

    О природе наших идеалов мы размышляем мало, а она нам до конца не ясна… Что там в глубине подсознания? Тютчев сказал: «Умом Россию не понять…» она за пределами разума, сознания… В других границах… До сих пор никто не может объяснить, что это со всеми случилось в семнадцатом году? Переворот? Вспышка массового бандитизма? Коллективное умопомешательство? Но ведь в то время многие люди (интеллигенция!) переживали это как счастье… Праздник! У нас в подсознании живёт коммунизм… Нам ближе романтическое, героическое, и скучно там, где реальность, прагматизм. Что делает любимый герой русских сказок Иванушка-дурачок? Мастерит, строит? Ничего подобного. Сидит на печи и ждёт чуда: золотой рыбки, или царевны прекрасной, чтобы на ней жениться… Мы все ждём чуда или справедливого царя…

    — Светлана Алексиевич · книга