Подборка «революция» — 569 цитат

569 цитат про «революция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   0000139. Виноваты в кровавой междоусобице не те, кто, будучи угнетенным, вынужден был взяться за оружие, а – те, кто вынудил первых взяться за оружие.

   0000139. Виноваты в кровавой междоусобице не те, кто, будучи угнетенным, вынужден был взяться за оружие, а – те, кто вынудил первых взяться за оружие.
2. «

   Революция не постель из роз. Революция — это битва между будущим и прошлым.

   Революция не постель из роз. Революция — это битва между будущим и прошлым.

   — Фидель Кастро
3. «

   Революция всегда осуществляется верой в ее идеалы активного меньшинства народа, образующего ядро ее участников, и всегда разнуздывает темный вихрь порока, бесчинства и корысти.

   Революция всегда осуществляется верой в ее идеалы активного меньшинства народа, образующего ядро ее участников, и всегда разнуздывает темный вихрь порока, бесчинства и корысти.

   — Семён Франк
4. «

   Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.

   Участь революционера-авангардиста возвышенна и печальна.

   — Эрнесто Че Гевара
5. «

   Иран, страна спонсируемого терроризма номер один, с многочисленными случаями нарушений прав человека, которые происходят ежечасно, теперь закрыл интернет, чтобы мирные демонстранты не могли связываться. Нехорошо!

   Иран, страна спонсируемого терроризма номер один, с многочисленными случаями нарушений прав человека, которые происходят ежечасно, теперь закрыл интернет, чтобы мирные демонстранты не могли связываться. Нехорошо!

   — Дональд Трамп
6. «

   Что касается, собственно, прихода Трампа к власти: в масштабах Соединённых Штатов — это примерно как в России произошла Великая Октябрьская революция. Был один режим и пришёл диаметрально противоположный. Я думаю, что царская правящая элита и правящая элита временного правительства была далеко не в восторге, когда у власти оказались большевики.

   Что касается, собственно, прихода Трампа к власти: в масштабах Соединённых Штатов — это примерно как в России произошла Великая Октябрьская революция. Был один режим и пришёл диаметрально противоположный. Я думаю, что царская правящая элита и правящая элита временного правительства была далеко не в восторге, когда у власти оказались большевики.

   — Ростислав Ищенко
7. «

   Гуляет ветер, порхает снег. Идут двенадцать человек.

   Гуляет ветер, порхает снег. Идут двенадцать человек.

   — Александр Александрович Блок · книга
8. «

   Если взять самого пламенного революционера и дать ему абсолютную власть, то через год он будет хуже, чем сам Царь.

   Если взять самого пламенного революционера и дать ему абсолютную власть, то через год он будет хуже, чем сам Царь.

   — Михаил Александрович Бакунин
9. «

   Революция без танца не стоит того, чтобы её вообще проводить.

   Революция без танца не стоит того, чтобы её вообще проводить.

   — «V» · фильм
10. «

    ... Для вдохновителей революции суматоха перемен и перестановок единственная родная стихия... их хлебом не корми, а подай им что-нибудь в масштабе земного шара. Построения миров, переходные периоды — это их самоцель. Ничему другому они не учились, ничего не умеют.

    ... Для вдохновителей революции суматоха перемен и перестановок единственная родная стихия... их хлебом не корми, а подай им что-нибудь в масштабе земного шара. Построения миров, переходные периоды — это их самоцель. Ничему другому они не учились, ничего не умеют.

    — Борис Леонидович Пастернак · книга
11. «

    Возможна ли в Америке революция? Да конечно возможна! А почему нет? Я лично уверен: не рой другому яму, сам в неё попадёшь! Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе! <...> Я считаю, что, несомненно, американцы, рано или поздно, станут жертвами того бардака и тех нехороших вещей, который они сами запускают. Это неизбежно. В какой форме это произойдёт и когда, это другой вопрос. Может быть, мы с вами этого не застанем, но то, что так оно и будет, я лично в этом не сомневаюсь. Потому что зло запущенное, рано или поздно, оно бумерангом возвратится, не к вам, так к вашим потомкам. Несомненно провернётся это колесо и по затылку вам хряпнет.

    Возможна ли в Америке революция? Да конечно возможна! А почему нет? Я лично уверен: не рой другому яму, сам в неё попадёшь! Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе! <...> Я считаю, что, несомненно, американцы, рано или поздно, станут жертвами того бардака и тех нехороших вещей, который они сами запускают. Это неизбежно. В какой форме это произойдёт и когда, это другой вопрос. Может быть, мы с вами этого не застанем, но то, что так оно и будет, я лично в этом не сомневаюсь. Потому что зло запущенное, рано или поздно, оно бумерангом возвратится, не к вам, так к вашим потомкам. Несомненно провернётся это колесо и по затылку вам хряпнет.

    — Сергей Александрович Михеев
12. «

    Ду́хи русской революции — русские ду́хи, хотя и использованы врагом нашим на погибель нашу.

    Ду́хи русской революции — русские ду́хи, хотя и использованы врагом нашим на погибель нашу.

    — Николай Александрович Бердяев
13. «

    Революция пожирает своих детей.

    Революция пожирает своих детей.

    — Жорж Жак Дантон
14. «

    Самые выдающиеся, самые значительные перевороты часто начинаются очень тихо, до поры до времени прячась в тени.

    Самые выдающиеся, самые значительные перевороты часто начинаются очень тихо, до поры до времени прячась в тени.

    — Райчел Мид · книга
15. «

    Симурдэн верил, что при рождении нового социального строя только крайности — надежная опора, заблуждение, свойственное тому, кто подменяет разум логикой.

    Симурдэн верил, что при рождении нового социального строя только крайности — надежная опора, заблуждение, свойственное тому, кто подменяет разум логикой.

    — Виктор Гюго · книга
16. «

    ... Если бы люди клали на одну чашу весов благие результаты, а на другую — разрушения и страдания, то есть плохие результаты, никогда бы не было ни войн, ни революций.

    ... Если бы люди клали на одну чашу весов благие результаты, а на другую — разрушения и страдания, то есть плохие результаты, никогда бы не было ни войн, ни революций.

    — Адольфо Биой Касарес · книга
17. «

    Революция имеет два измерения — длину и ширину; но не имеет третьего — глубины. И вот по этому качеству она никогда не будет иметь спелого, вкусного плода, никогда не «завершится»... Она будет всё расти в раздражение, но никогда не настанет в ней того окончательного, когда человек говорит: «Довольно! Я — счастлив! Сегодня так хорошо, что не надо завтра»... Революция всегда будет с мукою и будет надеяться только на «завтра»... И всякое «завтра» её обманет и перейдёт в «послезавтра». <...> В революции нет радости. И не будет. Радость — слишком царственное чувство, и никогда не попадёт в объятия этого лакея.

    Революция имеет два измерения — длину и ширину; но не имеет третьего — глубины. И вот по этому качеству она никогда не будет иметь спелого, вкусного плода, никогда не «завершится»... Она будет всё расти в раздражение, но никогда не настанет в ней того окончательного, когда человек говорит: «Довольно! Я — счастлив! Сегодня так хорошо, что не надо завтра»... Революция всегда будет с мукою и будет надеяться только на «завтра»... И всякое «завтра» её обманет и перейдёт в «послезавтра». <...> В революции нет радости. И не будет. Радость — слишком царственное чувство, и никогда не попадёт в объятия этого лакея.

    — Василий Розанов · книга
18. «

    Мы увидим, насколько важно вызвать в человеческом разуме радикальную революцию. Кризис – это, прежде всего, кризис в сознании, кризис который больше не может принимать старые нормы, старые модели, древние традиции. И учитывая, каков мир сегодня со всеми его страданиями, конфликтами, разрушительной жестокостью, агрессией. Человек всё такой же, как и прежде. Всё такой же жестокий, неистовый, агрессивный, жадный, соперничающий – это он создал общество в соответствии с этими своими качествами.

    Мы увидим, насколько важно вызвать в человеческом разуме радикальную революцию. Кризис – это, прежде всего, кризис в сознании, кризис который больше не может принимать старые нормы, старые модели, древние традиции. И учитывая, каков мир сегодня со всеми его страданиями, конфликтами, разрушительной жестокостью, агрессией. Человек всё такой же, как и прежде. Всё такой же жестокий, неистовый, агрессивный, жадный, соперничающий – это он создал общество в соответствии с этими своими качествами.
19. «

    В связи с отцом думал о природе исторических бедствий — революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.

    В связи с отцом думал о природе исторических бедствий — революций там, войн и прочего. Главный их ужас не в стрельбе. И даже не в голоде. Он в том, что освобождаются самые низменные человеческие страсти. То, что в человеке прежде подавлялось законами, выходит наружу. Потому что для многих существуют только внешние законы. А внутренних у них нет.

    — Евгений Водолазкин · книга
20. «

    Любые резкие повороты в жизни общества, будь то революции, контрреволюции, путчи, войны, смены вождей, обрубают одни служебные карьеры и выбрасывают фейерверк новых государственных и чиновных звезд. Безвестные до поры до времени полковники стремительно становятся генералами, скромные кандидаты наук, обреченные всем ходом предыдущей жизни и своим интеллектуальным ресурсом на кабинетное прозябание, вдруг вырываются на политическую авансцену, рядовые охранники, референты и помощники, вообще лица, приближенные к особе вождя, приобретают непомерное влияние в делах государства. Одновременно другие уходят в небытие, в крайних случаях — в тюрьму, а уж в самых крайних, которых немало повидала Россия, — прямо на тот свет с пулей в затылке или во лбу, по моде своего времени. Судьба играет человеком...

    Любые резкие повороты в жизни общества, будь то революции, контрреволюции, путчи, войны, смены вождей, обрубают одни служебные карьеры и выбрасывают фейерверк новых государственных и чиновных звезд. Безвестные до поры до времени полковники стремительно становятся генералами, скромные кандидаты наук, обреченные всем ходом предыдущей жизни и своим интеллектуальным ресурсом на кабинетное прозябание, вдруг вырываются на политическую авансцену, рядовые охранники, референты и помощники, вообще лица, приближенные к особе вождя, приобретают непомерное влияние в делах государства. Одновременно другие уходят в небытие, в крайних случаях — в тюрьму, а уж в самых крайних, которых немало повидала Россия, — прямо на тот свет с пулей в затылке или во лбу, по моде своего времени. Судьба играет человеком...

    — Леонид Шебаршин · книга