401 цитата «Родина»: от классиков до современников

Собрали 401 цитата на тему «Родина» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Мы повторяем вновь и вновь Сияющее, как любовь, Незабываемое имя Страны, вскормившей нас с тобой, Страны навеки нам родной. В холодном сумраке Европы Мы жадно ищем наши тропы, Возврата к ней — и только к ней - Единственной на чуждом мире: К родным полям твоей Сибири, К родным ветрам моих степей.

   Мы повторяем вновь и вновь Сияющее, как любовь, Незабываемое имя Страны, вскормившей нас с тобой, Страны навеки нам родной. В холодном сумраке Европы Мы жадно ищем наши тропы, Возврата к ней — и только к ней - Единственной на чуждом мире: К родным полям твоей Сибири, К родным ветрам моих степей.

   — Николай Николаевич Туроверов
2. «

   В ком нет любви к стране родной, Те сердцем нищие калеки.

   В ком нет любви к стране родной, Те сердцем нищие калеки.

   — Тарас Григорьевич Шевченко
3. «

   Чем более мы будем национальны, тем более мы будем европейцами (всечеловеками).

   Чем более мы будем национальны, тем более мы будем европейцами (всечеловеками).

   — Фёдор Михайлович Достоевский
4. «

   Наши пелёнки считают могилами, А старики до заслуженной пенсии Не доживают и с этими вилами Вряд ли их старость достойно устроится…

   Наши пелёнки считают могилами, А старики до заслуженной пенсии Не доживают и с этими вилами Вряд ли их старость достойно устроится…
5. «

   Что мне сказать вам, господа, о моем прошлом; я родился в краю, где идея свободы, понятие права, привычка доброго отношения к человеку подвергались холодному презрению и жестоко преследовались. По ходу истории те или другие правители иногда лицемерно выкрашивали стены общегосударственной тюрьмы в более благопристойный охряной оттенок и громко провозглашали дарование прав, которые в более счастливых странах разумеются сами собой; но то ли правами этими могли пользоваться одни тюремщики, то ли в них заключался какой-то скрытый порок, делавший их горше декретов самой неприкрытой деспотии. В том краю всякий, кто не был тираном, был рабом; а так как душа и все, что к ней относится, за человеком отрицалось, то применение физической боли считалось достаточным для управления и руководства человеческой природой… время от времени происходили события, именуемые революцией, которые превращали рабов в тиранов, а тех – в рабов… мрачная страна, господа, страшная, и если я в чем в сей жизни убежден, так это в том, что никогда не променяю свободу своего изгнания на злую пародию родины…

   Что мне сказать вам, господа, о моем прошлом; я родился в краю, где идея свободы, понятие права, привычка доброго отношения к человеку подвергались холодному презрению и жестоко преследовались. По ходу истории те или другие правители иногда лицемерно выкрашивали стены общегосударственной тюрьмы в более благопристойный охряной оттенок и громко провозглашали дарование прав, которые в более счастливых странах разумеются сами собой; но то ли правами этими могли пользоваться одни тюремщики, то ли в них заключался какой-то скрытый порок, делавший их горше декретов самой неприкрытой деспотии. В том краю всякий, кто не был тираном, был рабом; а так как душа и все, что к ней относится, за человеком отрицалось, то применение физической боли считалось достаточным для управления и руководства человеческой природой… время от времени происходили события, именуемые революцией, которые превращали рабов в тиранов, а тех – в рабов… мрачная страна, господа, страшная, и если я в чем в сей жизни убежден, так это в том, что никогда не променяю свободу своего изгнания на злую пародию родины…

   — Владимир Набоков · книга
6. «

   Она говорит: «Гордись Пушкиным и Фёдором Достаевским, Сергеем Есениным и Александром Невским», но не имеет значения что было давно. Сейчас не родина для тебя, сейчас ты для неё.

   Она говорит: «Гордись Пушкиным и Фёдором Достаевским, Сергеем Есениным и Александром Невским», но не имеет значения что было давно. Сейчас не родина для тебя, сейчас ты для неё.
7. «

   Не надо несбыточных грез, Не надо красивых утопий. Мы старый решаем вопрос: Кто мы в этой старой Европе?

   Не надо несбыточных грез, Не надо красивых утопий. Мы старый решаем вопрос: Кто мы в этой старой Европе?

   — Валерий Брюсов
8. «

   И вот мы подошли к главному. К вечному, казалось бы, спору. Как классифицировать «народ-богоносец»: с расовой или ментальной точки зрения? Вы удивитесь, но предмета спора на поверку не окажется. Потому что по итогам Гражданской войны и русская контрреволюция (после своего закономерного поражения), и русская революция (после столь же закономерной победы) независимо от себя сошлись в главном: быть русским — это не значит носить русскую фамилию или быть русским по крови. Быть русским — это испытывать гордость за Родину и добиваться её процветания. Пути процветания могут быть разными, но доминанта остается неизменной.

   И вот мы подошли к главному. К вечному, казалось бы, спору. Как классифицировать «народ-богоносец»: с расовой или ментальной точки зрения? Вы удивитесь, но предмета спора на поверку не окажется. Потому что по итогам Гражданской войны и русская контрреволюция (после своего закономерного поражения), и русская революция (после столь же закономерной победы) независимо от себя сошлись в главном: быть русским — это не значит носить русскую фамилию или быть русским по крови. Быть русским — это испытывать гордость за Родину и добиваться её процветания. Пути процветания могут быть разными, но доминанта остается неизменной.

   — Армен Гаспарян · книга
9. «

   Всё-таки родина – хитрюга редкостная. Удерживает мыслью, что «здесь — ты свой». Самообман. Родина – это место, где хочется остановить время, а не ускорить его.

   Всё-таки родина – хитрюга редкостная. Удерживает мыслью, что «здесь — ты свой». Самообман. Родина – это место, где хочется остановить время, а не ускорить его.

   — Эльчин Сафарли · книга
10. «

    Любовь к родине начинается с семьи.

    Любовь к родине начинается с семьи.

    — Фрэнсис Бэкон
11. «

    Но какая любовь сравнится с тою, которую внушает нам отечество? Мы любим наших родителей, наших родственников, детей, друзей; но все эти роды любви обнимает любовь к отечеству. Какой добрый гражданин отказался бы умереть за него, если бы своею смертью он мог послужить ему?

    Но какая любовь сравнится с тою, которую внушает нам отечество? Мы любим наших родителей, наших родственников, детей, друзей; но все эти роды любви обнимает любовь к отечеству. Какой добрый гражданин отказался бы умереть за него, если бы своею смертью он мог послужить ему?

    — Марк Туллий Цицерон · книга
12. «

    В эту пору в родимой сторонушке, Солнце ясное рано встаёт. Даже малая пташка-соловушка Веселее и звонче поёт!

    В эту пору в родимой сторонушке, Солнце ясное рано встаёт. Даже малая пташка-соловушка Веселее и звонче поёт!

    — Настенька · мультфильм
13. «

    Ты мне — родинка, ты мне — родина.

    Ты мне — родинка, ты мне — родина.

    — Яшка Казанова
14. «

    И хотя родина есть только имя, только слово, — оно сильно, сильней самых могущественных заклинаний волшебника, которым повинуются духи.

    И хотя родина есть только имя, только слово, — оно сильно, сильней самых могущественных заклинаний волшебника, которым повинуются духи.

    — Чарльз Диккенс
15. «

    — Я хочу знать, о чём говорил, советский офицер, хоть и разжалованный, с предателем Родины, с власовцем? О чём? — О Родине!

    — Я хочу знать, о чём говорил, советский офицер, хоть и разжалованный, с предателем Родины, с власовцем? О чём? — О Родине!

    — комбат Твердохлебов · сериал
16. «

    В мире многого узнать я не сумел — от темноты,- но узнал: для бедноты жизнь есть чистое проклятье.

    В мире многого узнать я не сумел — от темноты,- но узнал: для бедноты жизнь есть чистое проклятье.

    — Хосе Эрнандес (писатель) · книга
17. «

    Не из одного ведь тщеславия, не всё ведь от одних скверных тщеславных чувств происходят русские атеисты и русские иезуиты, а и из боли духовной, из жажды духовной, из тоски по высшему делу, по крепкому берегу, по родине, в которую веровать перестали, потому что никогда её и не знали!

    Не из одного ведь тщеславия, не всё ведь от одних скверных тщеславных чувств происходят русские атеисты и русские иезуиты, а и из боли духовной, из жажды духовной, из тоски по высшему делу, по крепкому берегу, по родине, в которую веровать перестали, потому что никогда её и не знали!

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
18. «

    Сейчас наша армия проливает кровь. И те, кто плюет ей в спину, кто считает ее захватчиками, похожи на предателей. Был такой американский поэт Уолт Уитмен, который сказал: «Родина моя, даже если ты не права, я вместе с тобой. А если права, то тем более».

    Сейчас наша армия проливает кровь. И те, кто плюет ей в спину, кто считает ее захватчиками, похожи на предателей. Был такой американский поэт Уолт Уитмен, который сказал: «Родина моя, даже если ты не права, я вместе с тобой. А если права, то тем более».

    — Владимир Бортко
19. «

    Цари меняются, а Россия одна!

    Цари меняются, а Россия одна!

    — Платон Толстой · сериал
20. «

    Язык сограждан стал мне как чужой, В своей стране я словно иностранец.

    Язык сограждан стал мне как чужой, В своей стране я словно иностранец.

    — Сергей Александрович Есенин