235 фраз, которые всё говорят о «Красивые цитаты про смерть»

235 цитат про «Красивые цитаты про смерть»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Смертен любой человек — каждым умей дорожить, Видеть спеши красоту, знай, что не вечна она. Той любви не страшись, которую станешь дарить. Помни: раз полюбив, ты уже не будешь одна.

   Смертен любой человек — каждым умей дорожить, Видеть спеши красоту, знай, что не вечна она. Той любви не страшись, которую станешь дарить. Помни: раз полюбив, ты уже не будешь одна.

   — Лиза Джейн Смит · книга
2. «

   Смерть не пугает ужасами ада, Не страшен черт с рогами и хвостом. А жутко то, что ничего не надо, И только черви скользкие кругом. По-прежнему над миром солнце светит, Но не проникнет в деревянный гроб, И губ горячих никогда не встретит Мой разлагающийся лоб.

   Смерть не пугает ужасами ада, Не страшен черт с рогами и хвостом. А жутко то, что ничего не надо, И только черви скользкие кругом. По-прежнему над миром солнце светит, Но не проникнет в деревянный гроб, И губ горячих никогда не встретит Мой разлагающийся лоб.

   — Вера Иосифовна Лурье
3. «

   Когда я был еще мальчиком, умер мой дед, он был скульптором. Он был очень добрый человек, очень любил людей, это он помог очистить наш город от трущоб. Нам, детям, он мастерил игрушки, за свою жизнь, он, наверно, создал миллион разных вещей. Руки его всегда были чем-то заняты. И вот когда он умер, я вдруг понял, что плачу не о нем, а о тех вещах, которые он делал. Я плакал потому, что знал: ничего этого больше не будет, дедушка уже не сможет вырезать фигурки из дерева, разводить с нами голубей на заднем дворе, играть на скрипке или рассказывать нам смешные истории – никто не умел так их рассказывать, как он. Он был частью нас самих, и когда он умер, все это ушло из нашей жизни: не осталось никого, кто мог бы делать это так, как делал он. Он был особенный, ни на кого не похожий. Очень нужный для жизни человек. Я так и не примирился с его смертью. Я и теперь часто думаю, каких прекрасных творений искусства лишился мир из-за его смерти, сколько забавных историй осталось не рассказано, сколько голубей, вернувшись домой, не ощутят уже ласкового прикосновения его рук. Он переделывал облик мира. Он дарил миру новое. В ту ночь, когда он умер, мир обеднел на десять миллионов прекрасных поступков.

   Когда я был еще мальчиком, умер мой дед, он был скульптором. Он был очень добрый человек, очень любил людей, это он помог очистить наш город от трущоб. Нам, детям, он мастерил игрушки, за свою жизнь, он, наверно, создал миллион разных вещей. Руки его всегда были чем-то заняты. И вот когда он умер, я вдруг понял, что плачу не о нем, а о тех вещах, которые он делал. Я плакал потому, что знал: ничего этого больше не будет, дедушка уже не сможет вырезать фигурки из дерева, разводить с нами голубей на заднем дворе, играть на скрипке или рассказывать нам смешные истории – никто не умел так их рассказывать, как он. Он был частью нас самих, и когда он умер, все это ушло из нашей жизни: не осталось никого, кто мог бы делать это так, как делал он. Он был особенный, ни на кого не похожий. Очень нужный для жизни человек. Я так и не примирился с его смертью. Я и теперь часто думаю, каких прекрасных творений искусства лишился мир из-за его смерти, сколько забавных историй осталось не рассказано, сколько голубей, вернувшись домой, не ощутят уже ласкового прикосновения его рук. Он переделывал облик мира. Он дарил миру новое. В ту ночь, когда он умер, мир обеднел на десять миллионов прекрасных поступков.

   — Рэй Брэдбери · книга
4. «

   Расставание с Вами это уже и есть смерть для меня...

   Расставание с Вами это уже и есть смерть для меня...

   — Дервиш-паша · сериал
5. «

   Цепи каменного мешка Пусть твоя разорвет рука! А не сможешь, так смерть предстанет - Ведь она здесь всегда близка!

   Цепи каменного мешка Пусть твоя разорвет рука! А не сможешь, так смерть предстанет - Ведь она здесь всегда близка!

   — Муса Джалиль
6. «

   Лишь то продлится в этом мире, что ты доподлинно любил. Всё остальное станет тленом. Пожрать у смерти нету сил то, что ты истинно любил. Один лишь клад тебе в наследство - то, что ты искренне любил. Мир чей? Он общий, мой, ничей он? Его узнав, в аду бродил, желанный рай ища на ощупь. Наследство — то, что ты любил, пожрать у смерти нету сил то, что ты подлинно любил.

   Лишь то продлится в этом мире, что ты доподлинно любил. Всё остальное станет тленом. Пожрать у смерти нету сил то, что ты истинно любил. Один лишь клад тебе в наследство - то, что ты искренне любил. Мир чей? Он общий, мой, ничей он? Его узнав, в аду бродил, желанный рай ища на ощупь. Наследство — то, что ты любил, пожрать у смерти нету сил то, что ты подлинно любил.

   — Эзра Паунд
7. «

   Я всегда считал, что умру с оружием в руках, окруженный трупами врагов.

   Я всегда считал, что умру с оружием в руках, окруженный трупами врагов.

   — Тейн · игра
8. «

   Я чувствую себя виноватым, когда люди умирают, даже если я ничего не могу с этим поделать. Мне не важно, знала ты этих людей или нет. Ты жива. Я хочу спасти тебя.

   Я чувствую себя виноватым, когда люди умирают, даже если я ничего не могу с этим поделать. Мне не важно, знала ты этих людей или нет. Ты жива. Я хочу спасти тебя.

   — Адаже Розелит · игра
9. «

   Честью клянутся и поступаются, Честью служат и честью просят, Честь продается и покупается, Честь добывают и с честью носят.

   Честью клянутся и поступаются, Честью служат и честью просят, Честь продается и покупается, Честь добывают и с честью носят.
10. «

    Прядёт, не спит Седая пряха: Прах к праху, Страх к страху...

    Прядёт, не спит Седая пряха: Прах к праху, Страх к страху...

    — Олег Ладыженский
11. «

    Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

    Однажды я увидел огромный взрыв, с которого все началось. Мне стало очень грустно. Я понял, что видел ту самую смерть Бога, которую тайком оплакивает столько монастырских философов и поэтов. Ведь то, что взорвалось, не может существовать одновременно с получившейся из взрыва вселенной... Мы все просто осколки этого взрыва.

    — Виктор Пелевин · книга
12. «

    Смерть, где твое жало? Ад, где твоя победа? Воскрес Христос — и ты повержен! Воскрес Христос, и пали демоны! Воскрес Христос, и радуются ангелы! Воскрес Христос, и торжествует жизнь!

    Смерть, где твое жало? Ад, где твоя победа? Воскрес Христос — и ты повержен! Воскрес Христос, и пали демоны! Воскрес Христос, и радуются ангелы! Воскрес Христос, и торжествует жизнь!

    — Иоанн Златоуст
13. «

    ... Но всего сильнее, всего сокрушительнее — Белое Безмолвие в его бесстрастности. Ничто не шелохнется, небо ярко, как отполированная медь, малейший шепот кажется святотатством, и человек пугается собственного голоса. Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения. И на человека находит страх перед смертью, перед «богом», перед всем миром, а вместе со страхом – надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию – тщетное стремление плененной материи; вот тогда-то человек остается наедине с «богом».

    ... Но всего сильнее, всего сокрушительнее — Белое Безмолвие в его бесстрастности. Ничто не шелохнется, небо ярко, как отполированная медь, малейший шепот кажется святотатством, и человек пугается собственного голоса. Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения. И на человека находит страх перед смертью, перед «богом», перед всем миром, а вместе со страхом – надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию – тщетное стремление плененной материи; вот тогда-то человек остается наедине с «богом».

    — Джек Лондон · книга
14. «

    Впереди бесконечная зима и столь же бесконечная череда смертей.

    Впереди бесконечная зима и столь же бесконечная череда смертей.
15. «

    О если это — «увяданье», Оно действительно прекрасно! О если это — «умиранье», Похороните меня в красном!

    О если это — «увяданье», Оно действительно прекрасно! О если это — «умиранье», Похороните меня в красном!

    — Эмили Дикинсон
16. «

    Любовь моя, люби! — да не развяжешь вовек ты жгучий узел этой жажды под ветхим солнцем в небе опустелом!

    Любовь моя, люби! — да не развяжешь вовек ты жгучий узел этой жажды под ветхим солнцем в небе опустелом!

    — Федерико Гарсиа Лорка
17. «

    Я хочу подключить тебя к новому заказу. Мне кажется, тебе прилив адреналина не помешает. Посреди минного поля на Пустошах стоит автомобиль. Тебе нужно его оттуда вытащить. Конечно, не исключено, что ты подорвёшься, но давай честно: вся наша жизнь — одно большое минное поле.

    Я хочу подключить тебя к новому заказу. Мне кажется, тебе прилив адреналина не помешает. Посреди минного поля на Пустошах стоит автомобиль. Тебе нужно его оттуда вытащить. Конечно, не исключено, что ты подорвёшься, но давай честно: вся наша жизнь — одно большое минное поле.

    — Дакота Смит · игра
18. «

    Смелые сердцем не умирают.

    Смелые сердцем не умирают.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Смерть никогда не прощается, она говорит — здравствуй!

    Смерть никогда не прощается, она говорит — здравствуй!

    — Сергей Мельник · книга
20. «

    Мы не просили этой музыки в зале, куда были приглашены, И поскольку, повсюду нас тьма окружает, мы обратиться к свету лицами должны... Мы терпим любые невзгоды, чтобы радоваться доброй вести, Нам дарована боль, чтобы мы познали восторг, Нам дарована жизнь в отрицание смерти... Мы не просили этой музыки в зале, Но раз уж мы здесь — пора танцевать...

    Мы не просили этой музыки в зале, куда были приглашены, И поскольку, повсюду нас тьма окружает, мы обратиться к свету лицами должны... Мы терпим любые невзгоды, чтобы радоваться доброй вести, Нам дарована боль, чтобы мы познали восторг, Нам дарована жизнь в отрицание смерти... Мы не просили этой музыки в зале, Но раз уж мы здесь — пора танцевать...

    — Сейди Данхилл · сериал