76 цитат «Красивые цитаты про снег» для статуса

76 цитат про «Красивые цитаты про снег»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Потрескивали дрова в огне, по дому растекалось тепло и запах маминого яблочного пирога. В лесу звенела ночная прохлада. Веяло грустью, первым снегом и ноябрём.

   Потрескивали дрова в огне, по дому растекалось тепло и запах маминого яблочного пирога. В лесу звенела ночная прохлада. Веяло грустью, первым снегом и ноябрём.

   — Ульяна Сергеева · книга
2. «

   Ну и снегу намело – На ресницу полкило! Всё залепит снеготрепет, Он простор великолепит – Ослепительно светло!

   Ну и снегу намело – На ресницу полкило! Всё залепит снеготрепет, Он простор великолепит – Ослепительно светло!

   — Юнна Мориц
3. «

   I walked abroad on a snowy day: I ask'd the soft Snow with me to play: She play'd and she melted in all her prime; And the Winter call'd it a dreadful crime.

   I walked abroad on a snowy day: I ask'd the soft Snow with me to play: She play'd and she melted in all her prime; And the Winter call'd it a dreadful crime.

   — Уильям Блейк
4. «

   В тот год осенняя погода Стояла долго на дворе, Зимы ждала, ждала природа. Снег выпал только в январе На третье в ночь.

   В тот год осенняя погода Стояла долго на дворе, Зимы ждала, ждала природа. Снег выпал только в январе На третье в ночь.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
5. «

   Сколько снегов уже видели, Но сердцем не изменились они Ветки сосен зелёные!

   Сколько снегов уже видели, Но сердцем не изменились они Ветки сосен зелёные!

   — Мацуо Басё
6. «

   Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

   Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

   — Маргарита Сабашникова · книга
7. «

   Творец готовя сей набросок, не жалел белил, К утру, над полем боя, накидав из снега обелиск. Идет декабрь, его шаги уже слышны вдали. Он как анестезия — отмороженное не болит.

   Творец готовя сей набросок, не жалел белил, К утру, над полем боя, накидав из снега обелиск. Идет декабрь, его шаги уже слышны вдали. Он как анестезия — отмороженное не болит.
8. «

   Нерастаявший снег лежит на соцветьях душистых - кто решится теперь отломить цветущую ветку и единство это нарушить?..

   Нерастаявший снег лежит на соцветьях душистых - кто решится теперь отломить цветущую ветку и единство это нарушить?..

   — Ки-но Цураюки
9. «

   Снова снег пушистый увидали мы, Наискось летящий... Закрутил он к ночи, словно средь зимы, Вьюгой настоящей.

   Снова снег пушистый увидали мы, Наискось летящий... Закрутил он к ночи, словно средь зимы, Вьюгой настоящей.

   — Алексей Михайлович Жемчужников
10. «

    Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.

    Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.

    — Оля
11. «

    Сколько же вас тут, снежинки! — воскликнул Таро и запел песенку, которой научила его бабушка ещё в детстве: Кружатся в небе — белые мошки. Спустятся ниже — хлопья ваты. Лягут на землю — глубокий снег.

    Сколько же вас тут, снежинки! — воскликнул Таро и запел песенку, которой научила его бабушка ещё в детстве: Кружатся в небе — белые мошки. Спустятся ниже — хлопья ваты. Лягут на землю — глубокий снег.

    — Миёко Мацутани · книга
12. «

    Зима на службе человечества. Снег сыплет целый день подряд. На белоснежное отечество полюбоваться выйду в сад.

    Зима на службе человечества. Снег сыплет целый день подряд. На белоснежное отечество полюбоваться выйду в сад.

    — Владимир Иванович Салимон
13. «

    Ничего нет спокойнее и беспредельнее долгой зимней мглы, она все тянется, тянется, и жизнь проходит словно в подземелье, где эта мгла то сгущается в ночь, то слегка редеет, и тогда настает дневной сумрак, ты отгорожен от всего, надежно укрыт и еще более одинок, чем всегда.

    Ничего нет спокойнее и беспредельнее долгой зимней мглы, она все тянется, тянется, и жизнь проходит словно в подземелье, где эта мгла то сгущается в ночь, то слегка редеет, и тогда настает дневной сумрак, ты отгорожен от всего, надежно укрыт и еще более одинок, чем всегда.

    — Туве Янссон · книга
14. «

    Сыпал снег, и огромные белые хлопья застилали дорогу. Кто-то выбросил из окна очень высокого дома перекладной календарь, и листки его летели, как хлопья снега или прожитые дни, и человек шел по снегу (конечно, по снегу, не по дням же). Шел человек по снегу... Они усыпали улицу, черненькие цифры пролетевших дней, и ветер пытался приподнять бумагу, чтобы, вдруг взвившись вверх, швырнуть ее в окно человека, выбросившего год под ноги прохожим, выбросившего дни в снег, дни, ставшие снегом, который сойдет. Мальчик шел по листикам разбросанного перекладного календаря. Был вечер 31 декабря. Падал снег.

    Сыпал снег, и огромные белые хлопья застилали дорогу. Кто-то выбросил из окна очень высокого дома перекладной календарь, и листки его летели, как хлопья снега или прожитые дни, и человек шел по снегу (конечно, по снегу, не по дням же). Шел человек по снегу... Они усыпали улицу, черненькие цифры пролетевших дней, и ветер пытался приподнять бумагу, чтобы, вдруг взвившись вверх, швырнуть ее в окно человека, выбросившего год под ноги прохожим, выбросившего дни в снег, дни, ставшие снегом, который сойдет. Мальчик шел по листикам разбросанного перекладного календаря. Был вечер 31 декабря. Падал снег.

    — Иосиф Райхельгауз · книга
15. «

    Оглянись! В любой снежинке Жизнь несёт тебе добро. Пусть на сердце тают льдинки, Пусть становится тепло. Скоро-скоро будет сказка, Новый год уже в пути. Все прошедшие напасти С белым снегом отпусти.

    Оглянись! В любой снежинке Жизнь несёт тебе добро. Пусть на сердце тают льдинки, Пусть становится тепло. Скоро-скоро будет сказка, Новый год уже в пути. Все прошедшие напасти С белым снегом отпусти.
16. «

    В саду, Средь зарослей бамбука Так часто пел, порхая, соловей... И всё же меж деревьев и ветвей Идёт, конца не зная, белый снег...

    В саду, Средь зарослей бамбука Так часто пел, порхая, соловей... И всё же меж деревьев и ветвей Идёт, конца не зная, белый снег...

    — Манъесю. Японская поэзия · книга
17. «

    ... Снег падает, пушистый, невесомый. О ком, о чем я вспомнила — не знаю, Чей голос мне почудился знакомый, Чей взгляд мелькнул Сквозь снежных хлопьев стаю. Ни говорить, ни думать нет охоты, Да и не нужно, снег кружит, летает, И мысли, словно хлопья в час полета: Едва захочешь их поймать — растают.

    ... Снег падает, пушистый, невесомый. О ком, о чем я вспомнила — не знаю, Чей голос мне почудился знакомый, Чей взгляд мелькнул Сквозь снежных хлопьев стаю. Ни говорить, ни думать нет охоты, Да и не нужно, снег кружит, летает, И мысли, словно хлопья в час полета: Едва захочешь их поймать — растают.

    — Сильва Капутикян
18. «

    Зима, весь мир белоснежен. Здесь мрамор, и снег, и перья сыплются, льются, взмывают, в белое с белым играют. <...> Стаи голубок в сомнении: вверх устремляясь и вниз, от белого носятся к белому сонмы растущие птиц. Кто же сейчас победит? Снежинки спешат с нападением. Атаки бесшумны, легки: снег, горностаи, круженье. Но ветра порыв как призыв к дезертирству, и снова победа за розовым, синим, за солнцем, зарёй - каплей стали, пером, против белого, в белом... за тобой, начальное слово.

    Зима, весь мир белоснежен. Здесь мрамор, и снег, и перья сыплются, льются, взмывают, в белое с белым играют. <...> Стаи голубок в сомнении: вверх устремляясь и вниз, от белого носятся к белому сонмы растущие птиц. Кто же сейчас победит? Снежинки спешат с нападением. Атаки бесшумны, легки: снег, горностаи, круженье. Но ветра порыв как призыв к дезертирству, и снова победа за розовым, синим, за солнцем, зарёй - каплей стали, пером, против белого, в белом... за тобой, начальное слово.

    — Педро Салинас
19. «

    На фоне рассветной поры Сверкающей, искренней, ранней Серебряный панцирь горы...

    На фоне рассветной поры Сверкающей, искренней, ранней Серебряный панцирь горы...

    — Владимир Львович Белиловский
20. «

    А снег лежит, как и тогда белый-белый, как чистый лист бумаги. И я хочу, чтобы мы вновь брели по огромному городу вдвоем, И чтобы этот волшебный снег не стал бы снегом нашей разлуки.

    А снег лежит, как и тогда белый-белый, как чистый лист бумаги. И я хочу, чтобы мы вновь брели по огромному городу вдвоем, И чтобы этот волшебный снег не стал бы снегом нашей разлуки.