27 цитат про «Жизненные цитаты на тему «стихи»» от великих людей

Собрали 27 цитат на тему «Жизненные цитаты на тему «стихи»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Удивительно, старый блокнот на родительской хате отрыв Обнаружить, что вся моя жизнь описана в глупых стихах школьной поры Откуда тот прыщавый юнец знал, как поседев, будет плакать навзрыд Когда станут равно невыносимы внутренний и внешний миры

   Удивительно, старый блокнот на родительской хате отрыв Обнаружить, что вся моя жизнь описана в глупых стихах школьной поры Откуда тот прыщавый юнец знал, как поседев, будет плакать навзрыд Когда станут равно невыносимы внутренний и внешний миры
2. «

   Мы росли — поколение рвущихся плавать. Мы пришли в этот мир, чтоб смеяться и плакать, видеть смерть и, в открытое море бросаясь, песни петь, целовать неприступных красавиц!

   Мы росли — поколение рвущихся плавать. Мы пришли в этот мир, чтоб смеяться и плакать, видеть смерть и, в открытое море бросаясь, песни петь, целовать неприступных красавиц!

   — Роберт Рождественский
3. «

   — Что же вы предлагаете? Отбить её у графа? — А хоть бы и отбить... Отбить! Ты, Алеша, всё привык — на готовенькое. Придумал себе, понимаешь, идеал. На блюдечке подай его тебе... И стишки вот чужие читать — невелика доблесть. Вон небось, Петрарка-то твой, посадил свою Лауру на коня и фьюить, — только их и видели...

   — Что же вы предлагаете? Отбить её у графа? — А хоть бы и отбить... Отбить! Ты, Алеша, всё привык — на готовенькое. Придумал себе, понимаешь, идеал. На блюдечке подай его тебе... И стишки вот чужие читать — невелика доблесть. Вон небось, Петрарка-то твой, посадил свою Лауру на коня и фьюить, — только их и видели...

   — Алексей Федяшев · фильм
4. «

   Для чего я рождён? Что я есть? Ведь не только задача плодиться и есть… В чем задача моя на земле? И Писанье даёт мне ответ:

   Для чего я рождён? Что я есть? Ведь не только задача плодиться и есть… В чем задача моя на земле? И Писанье даёт мне ответ:

   — Схимонах Евфимий (Богомолов)
5. «

   У каждого из нас есть грань терпенья, Когда непонимания стена Вонзает в сердце острый нож сомненья: «А та ли жизнь тебе нужна была?»

   У каждого из нас есть грань терпенья, Когда непонимания стена Вонзает в сердце острый нож сомненья: «А та ли жизнь тебе нужна была?»
6. «

   Перечитывая строчки о прошлых чувствах, я ловлю себя на мысли, что всё всегда есть в нас. Внутри. А встречающиеся на нашем пути люди лишь извлекают это из нас. Отражают. Принимают в себя. Становятся частью нашего мира и делятся с нами своим. Спасибо каждому за это. За тепло этих миров и за уроки, которые каждый человек приносит с собой. Всё содержится в нас. Нежность. Ласка. Любовь. Грусть. Тревога. Радость. Счастье… В нашу жизнь приходят люди, уходят из нее. Кто-то легко, кто-то с болью, вырывая из нашей души куски, с кровью. Но… Ведь всё, что в нас есть, оно там и остается. Всё наше остается с нами! Если мы умеем быть нежными, мы снова это ощутим с кем-то другим. Если грусть наполняет нашу душу, она останется с нами, и мы должны учиться договариваться с нею. Если мы умеем любить, то обязательно полюбим снова, еще сильнее, еще искреннее. Все чувства внутри нас.

   Перечитывая строчки о прошлых чувствах, я ловлю себя на мысли, что всё всегда есть в нас. Внутри. А встречающиеся на нашем пути люди лишь извлекают это из нас. Отражают. Принимают в себя. Становятся частью нашего мира и делятся с нами своим. Спасибо каждому за это. За тепло этих миров и за уроки, которые каждый человек приносит с собой. Всё содержится в нас. Нежность. Ласка. Любовь. Грусть. Тревога. Радость. Счастье… В нашу жизнь приходят люди, уходят из нее. Кто-то легко, кто-то с болью, вырывая из нашей души куски, с кровью. Но… Ведь всё, что в нас есть, оно там и остается. Всё наше остается с нами! Если мы умеем быть нежными, мы снова это ощутим с кем-то другим. Если грусть наполняет нашу душу, она останется с нами, и мы должны учиться договариваться с нею. Если мы умеем любить, то обязательно полюбим снова, еще сильнее, еще искреннее. Все чувства внутри нас.
7. «

   Я узнавал, время лечит лишь мнительных. Тех, кто придумал, «что жить не сможет». Их, как итог, что не удивительно, старые чувства потом не тревожат. Есть ещё те, кто любил «хронически». Кто однолюб и болел без прикрас. Тех «доктор-время» не лечит, фактически. Их «лечит» смерть, вместе с чувствами, враз!

   Я узнавал, время лечит лишь мнительных. Тех, кто придумал, «что жить не сможет». Их, как итог, что не удивительно, старые чувства потом не тревожат. Есть ещё те, кто любил «хронически». Кто однолюб и болел без прикрас. Тех «доктор-время» не лечит, фактически. Их «лечит» смерть, вместе с чувствами, враз!
8. «

   Вы можете писать стихи или даже письма, Но вряд ли Вас кто-то услышит. Люди ничего не замечают в своей жизни, Вы, например, замечали тех, что рядом с Вами еле дышат?

   Вы можете писать стихи или даже письма, Но вряд ли Вас кто-то услышит. Люди ничего не замечают в своей жизни, Вы, например, замечали тех, что рядом с Вами еле дышат?
9. «

   Пред тем, как душу нам излить, (Коль время наступает) В том убедиться не забыть - «Сосуд» не протекает!

   Пред тем, как душу нам излить, (Коль время наступает) В том убедиться не забыть - «Сосуд» не протекает!

   — Владимир Шебзухов
10. «

    Дайте человеку прочитать несколько рифмованных строчек, и он возомнит себя владыкой вселенной.

    Дайте человеку прочитать несколько рифмованных строчек, и он возомнит себя владыкой вселенной.

    — Рэй Брэдбери · книга
11. «

    Мне бы любовь свою спустить, наконец, с цепи — пусть из стихов сорвётся в жизнь и закружит нас. Только вот внутренний голос кричит: «Терпи! Прячь от него всю нежность, да и от лишних глаз». Знаешь, стихи по венам бегут, как кровь. Бьются, как пульс, в висках, не дают забыть. Как надоело выплакивать из себя любовь! Как же хочется просто её прожить.

    Мне бы любовь свою спустить, наконец, с цепи — пусть из стихов сорвётся в жизнь и закружит нас. Только вот внутренний голос кричит: «Терпи! Прячь от него всю нежность, да и от лишних глаз». Знаешь, стихи по венам бегут, как кровь. Бьются, как пульс, в висках, не дают забыть. Как надоело выплакивать из себя любовь! Как же хочется просто её прожить.
12. «

    Есенин к жизни своей отнесся как к сказке. Он Иван-царевичем на Сером Волке перелетел океан и, как Жар-птицу, поймал за хвост Айседору Дункан. Он и стихи свои писал сказочными способами: то, как из карт, раскладывая пасьянсы из слов, то записывая их кровью сердца.

    Есенин к жизни своей отнесся как к сказке. Он Иван-царевичем на Сером Волке перелетел океан и, как Жар-птицу, поймал за хвост Айседору Дункан. Он и стихи свои писал сказочными способами: то, как из карт, раскладывая пасьянсы из слов, то записывая их кровью сердца.

    — Борис Леонидович Пастернак · книга
13. «

    Снова склеить себя по кусочкам — не наука, бывало не раз. Мне привычно, «распятым на строчках», воспевать синеву твоих глаз. Сны уже не коробят душу, и смеюсь до дрожания стен. Я испил море грусти, а сушу подмету для твоих колен.

    Снова склеить себя по кусочкам — не наука, бывало не раз. Мне привычно, «распятым на строчках», воспевать синеву твоих глаз. Сны уже не коробят душу, и смеюсь до дрожания стен. Я испил море грусти, а сушу подмету для твоих колен.
14. «

    Ты себя оставь для своих льстецов, а с такими советами к нам не лезь — человек погибает в конце концов, если он скрывает свою болезнь.

    Ты себя оставь для своих льстецов, а с такими советами к нам не лезь — человек погибает в конце концов, если он скрывает свою болезнь.

    — Роберт Рождественский
15. «

    Время, бесстрашный художник, словно на белых страницах, что-то всё пишет и пишет на человеческих лицах.

    Время, бесстрашный художник, словно на белых страницах, что-то всё пишет и пишет на человеческих лицах.

    — Юрий Левитанский
16. «

    Писать песни – это ремесло. Писать стихи – это искусство. А всё вместе – это божественно.

    Писать песни – это ремесло. Писать стихи – это искусство. А всё вместе – это божественно.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
17. «

    Кошка, хочешь, я дам тебе слово? Не гулять без шарфа, не пить спиртного, Не хлопать дверью, ругаясь с мужем, Не есть котлеты с картошкой на ужин, Ни брату, ни другу не открывать сердце, Не увлекаться сахаром, солью, перцем, Даже если хочется, не звонить без дела, Утром не спать, сколько хотела. Не думать о прошлом, не мечтать о море, Не писать стихи, даже если горе, Незнакомым людям не распахивать двери. Веришь мне, кошка? И я не верю.

    Кошка, хочешь, я дам тебе слово? Не гулять без шарфа, не пить спиртного, Не хлопать дверью, ругаясь с мужем, Не есть котлеты с картошкой на ужин, Ни брату, ни другу не открывать сердце, Не увлекаться сахаром, солью, перцем, Даже если хочется, не звонить без дела, Утром не спать, сколько хотела. Не думать о прошлом, не мечтать о море, Не писать стихи, даже если горе, Незнакомым людям не распахивать двери. Веришь мне, кошка? И я не верю.
18. «

    В сущности, не было отдельных стихотворений Блока, а было одно, сплошное, неделимое стихотворение всей его жизни; его жизнь и была стихотворением, которое лилось непрерывно, изо дня в день, — двадцать лет, с 1898-го по 1918-й.

    В сущности, не было отдельных стихотворений Блока, а было одно, сплошное, неделимое стихотворение всей его жизни; его жизнь и была стихотворением, которое лилось непрерывно, изо дня в день, — двадцать лет, с 1898-го по 1918-й.

    — Корней Иванович Чуковский · книга
19. «

    Гляжу на деток в храме, у икон, Смотрю на светлых, радуясь при этом, — Ведь им открыто то, что до времен, Совсем недавних, было под запретом.

    Гляжу на деток в храме, у икон, Смотрю на светлых, радуясь при этом, — Ведь им открыто то, что до времен, Совсем недавних, было под запретом.

    — Монах Варнава Санин
20. «

    Творя Господнюю молитву По чёткам триста и пятьсот, Стараясь в сердце её вникнуть, Я сердцем слышу: удалось Согреть не только тело бренно, Сколь ум и душу возбудить, И падать ниц пред Ним смиренно, И слезным помыслом молить, Чтоб сохранил тепло благое На целый день, на длинный путь, Чтоб мог я милостивой волей Исполнить заданный мне труд. Но сокрушенье наступает, Едва коснусь упругих дел. Накал молитвы остывает Под градом сатанинских стрел, Под видом помыслов о славе, О благочестии в труде, Смирения в дрянной оправе, Сочувствия в чужой беде…О Боже Правый, Милосердный, Услыши вопль моей души, Избавь от помыслов зловредных, Мое зазнайство сокруши! И сохрани тепло молитвы В моей душе на всякий миг. Когда повеет холод липкий, Начнёт тускнеть Твой светлый Лик.

    Творя Господнюю молитву По чёткам триста и пятьсот, Стараясь в сердце её вникнуть, Я сердцем слышу: удалось Согреть не только тело бренно, Сколь ум и душу возбудить, И падать ниц пред Ним смиренно, И слезным помыслом молить, Чтоб сохранил тепло благое На целый день, на длинный путь, Чтоб мог я милостивой волей Исполнить заданный мне труд. Но сокрушенье наступает, Едва коснусь упругих дел. Накал молитвы остывает Под градом сатанинских стрел, Под видом помыслов о славе, О благочестии в труде, Смирения в дрянной оправе, Сочувствия в чужой беде…О Боже Правый, Милосердный, Услыши вопль моей души, Избавь от помыслов зловредных, Мое зазнайство сокруши! И сохрани тепло молитвы В моей душе на всякий миг. Когда повеет холод липкий, Начнёт тускнеть Твой светлый Лик.

    — Схимонах Евфимий (Богомолов)