103 фразы на тему «ужас», которые цепляют

103 цитаты про «ужас»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В черном море осталось всего три вида ценной рыбы...(тюлька, шпрот, хамса)

   В черном море осталось всего три вида ценной рыбы...(тюлька, шпрот, хамса)
2. «

   То, что вселяет ужас в твое сердце — для меня просто юмор.

   То, что вселяет ужас в твое сердце — для меня просто юмор.

   — М.Байзон(M.Bison) · игра
3. «

   Что такое окончательная победа в игре? Вдумайтесь в ужас этих слов.

   Что такое окончательная победа в игре? Вдумайтесь в ужас этих слов.

   — Алексей Пажитнов
4. «

   Ужас овладеет заблудшими, и они разнесут ложную весть о моём прибытии.

   Ужас овладеет заблудшими, и они разнесут ложную весть о моём прибытии.
5. «

   — Смерть — мать красоты, — изрек Генри. — А что же тогда красота? — Ужас.

   — Смерть — мать красоты, — изрек Генри. — А что же тогда красота? — Ужас.

   — Донна Тартт · книга
6. «

   Зик: Отец не промывал тебе мозги. Эрен: Я же говорил, что это бессмысленно. И не важно, через какое количество лет воспоминаний отца мы тут пройдемся. Зик: Допустим... тогда почему ты меня предал? Отец, ничего не объяснив, заставил наследовать гиганта. Но ты продолжаешь сражаться согласно воле отца. Эрен, почему ты не хочешь прекратить конфликт? Что ты намерен сделать, используя силу прародителя? Эрен: Я с самого рождения... был самим собой. Тебе хотелось думать что мы с тобой похожи, но ты ошибался. Если кто-то хочет лишить свободы меня, уж лучше я отниму их свободу. Не отец меня таким сотворил. Я был таким с самого рождения.

   Зик: Отец не промывал тебе мозги. Эрен: Я же говорил, что это бессмысленно. И не важно, через какое количество лет воспоминаний отца мы тут пройдемся. Зик: Допустим... тогда почему ты меня предал? Отец, ничего не объяснив, заставил наследовать гиганта. Но ты продолжаешь сражаться согласно воле отца. Эрен, почему ты не хочешь прекратить конфликт? Что ты намерен сделать, используя силу прародителя? Эрен: Я с самого рождения... был самим собой. Тебе хотелось думать что мы с тобой похожи, но ты ошибался. Если кто-то хочет лишить свободы меня, уж лучше я отниму их свободу. Не отец меня таким сотворил. Я был таким с самого рождения.

   — Зик Йегер
7. «

   Ощущение déjà vu накатило вновь. Он ничего не мог с этим поделать и на этот раз в полной мере ощутил леденящий ужас человека, который наконец-то осознает после получаса бултыхания в воде, что берег не становится ближе, и он тонет.

   Ощущение déjà vu накатило вновь. Он ничего не мог с этим поделать и на этот раз в полной мере ощутил леденящий ужас человека, который наконец-то осознает после получаса бултыхания в воде, что берег не становится ближе, и он тонет.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   – Мне нет нужды показываться, – отозвался голос. – Ты и так меня видишь! Вся эта темнота – это я! Я – есть ночь, мрак и бесконечность! Я тот, чьё существование боятся признать. Я тот, кого считают чем-то абстрактным, бестелесным, но это только пока. Я столь же древний, как сама Вселенная. Я ужас, который приходит людям в их страхе.

   – Мне нет нужды показываться, – отозвался голос. – Ты и так меня видишь! Вся эта темнота – это я! Я – есть ночь, мрак и бесконечность! Я тот, чьё существование боятся признать. Я тот, кого считают чем-то абстрактным, бестелесным, но это только пока. Я столь же древний, как сама Вселенная. Я ужас, который приходит людям в их страхе.

   — Дмитрий Блейк · книга
9. «

   Мстить надо тоньше и изящнее, да так, чтобы противник потом очень долго приходил в себя и вспоминал вашу проделку как самый большой ужас в жизни.

   Мстить надо тоньше и изящнее, да так, чтобы противник потом очень долго приходил в себя и вспоминал вашу проделку как самый большой ужас в жизни.

   — Екатерина Казакова · книга
10. «

    — В вашей поганой жизни, вам предстоит увидеть еще много такого, от чего будет судорожно сжиматься мочевой пузырь, — вещал тан. — Наша задача, сделать вашу психику устойчивой к различного рода дерьму, насколько это вообще возможно. И так, урок первый. Самый простой способ не свихнуться от страха — сосредоточиться на чем-то одном. Старайтесь игнорировать зудящее чувство в районе позвоночника. Вот например ситуация: вы стоите под дулом бластера. Что нужно делать в этом случае? — и тут же ответил на свой вопрос. — Нужно радоваться, что еще дышишь. Причем радоваться активно. Как только вы позволили страху перед смертью овладеть вами, вы проиграли.

    — В вашей поганой жизни, вам предстоит увидеть еще много такого, от чего будет судорожно сжиматься мочевой пузырь, — вещал тан. — Наша задача, сделать вашу психику устойчивой к различного рода дерьму, насколько это вообще возможно. И так, урок первый. Самый простой способ не свихнуться от страха — сосредоточиться на чем-то одном. Старайтесь игнорировать зудящее чувство в районе позвоночника. Вот например ситуация: вы стоите под дулом бластера. Что нужно делать в этом случае? — и тут же ответил на свой вопрос. — Нужно радоваться, что еще дышишь. Причем радоваться активно. Как только вы позволили страху перед смертью овладеть вами, вы проиграли.

    — Евгения Барбуца · книга
11. «

    И он, как и я, не знает, где таятся неизречимые ужасы, которые нам с ним дано учуять, но оба мы знаем, что где-то они существуют. Ибо многое в этом видимом мире постороено на любви, но невидимые сферы сотворены страхом.

    И он, как и я, не знает, где таятся неизречимые ужасы, которые нам с ним дано учуять, но оба мы знаем, что где-то они существуют. Ибо многое в этом видимом мире постороено на любви, но невидимые сферы сотворены страхом.

    — Герман Мелвилл · книга
12. «

    На поле брани он пришёл, подчиняясь болезненному желанию собственными глазами увидеть последствия сражения. Но там царили лишь смерть и разложение, порождая в душе тревогу и ужас, а не ощущение славной победы, которое, как это представлял себе Эрагон, вспоминая старинные героические песни и легенды, он должен был бы испытывать.

    На поле брани он пришёл, подчиняясь болезненному желанию собственными глазами увидеть последствия сражения. Но там царили лишь смерть и разложение, порождая в душе тревогу и ужас, а не ощущение славной победы, которое, как это представлял себе Эрагон, вспоминая старинные героические песни и легенды, он должен был бы испытывать.

    — Кристофер Паолини · книга
13. «

    Я заглянул в глаза вселенского ужаса, и с этих пор даже весеннее небо и летние цветы отравлены для меня его ядом.

    Я заглянул в глаза вселенского ужаса, и с этих пор даже весеннее небо и летние цветы отравлены для меня его ядом.

    — Говард Филлипс Лавкрафт · книга
14. «

    Большинство ужасных вещей делается под видом заботы о людях — например, о нас с вами.

    Большинство ужасных вещей делается под видом заботы о людях — например, о нас с вами.

    — Эдвард Нортон
15. «

    Страх мы получим на завтрак, а на обед — неописуемый ужас!

    Страх мы получим на завтрак, а на обед — неописуемый ужас!

    — Лесли Эдвардс · фильм
16. «

    Самые большие ужасы — не в сказках, а происходят в жизни.

    Самые большие ужасы — не в сказках, а происходят в жизни.

    — Госпожа Сумико · игра
17. «

    Божественность, в силу своего великого могущества, должна быть как красивой, так и ужасной.

    Божественность, в силу своего великого могущества, должна быть как красивой, так и ужасной.

    — Лэйни Тейлор · книга
18. «

    Этот мир покрыт тонкой кожей. А суть его скрыта глубоко внутри. Мягкая ли она? Или жесткая? А если не та и не другая, тогда может жидкая? А вдруг там просто пустота? На вопрос: «Что же скрыто внутри?» никто не может дать ответа до тех пор, пока не заглянет под кожу. Другими словами никто не знает, что скрыто под слоем кожи. И эту внутреннюю суть нам остается лишь воображать. Но если там окажется нечто такое, что никто не мог и представить, это повергнет людей в ужас.

    Этот мир покрыт тонкой кожей. А суть его скрыта глубоко внутри. Мягкая ли она? Или жесткая? А если не та и не другая, тогда может жидкая? А вдруг там просто пустота? На вопрос: «Что же скрыто внутри?» никто не может дать ответа до тех пор, пока не заглянет под кожу. Другими словами никто не знает, что скрыто под слоем кожи. И эту внутреннюю суть нам остается лишь воображать. Но если там окажется нечто такое, что никто не мог и представить, это повергнет людей в ужас.

    — Кишин Асура · аниме
19. «

    When the night was full of terror And your eyes were filled with tears When you had not touched me yet Oh take me back to the night we met.

    When the night was full of terror And your eyes were filled with tears When you had not touched me yet Oh take me back to the night we met.
20. «

    Наверное, было бы ошибочным полагать, что существует некий предел ужаса, который способен испытать человек. Наоборот, создаётся стойкое впечатление, что кошмар нарастает в геометрической прогрессии, когда тьма всё сгущается, ужасы множатся, одно несчастье влечёт за собой другое, ещё более страшное и безысходное, пока тебе не начинает казаться, что весь мир погрузился во мрак. И, может быть, самый страшный вопрос в данном случае таков: сколько ужаса может выдержать человеческий рассудок, оставаясь при этом здоровым и твёрдым? Понятно, что в самых ужасных событиях есть своя доля абсурда в стиле Руба Голдберга. В какой-то момент всё начинает казаться смешным. Видимо, это и есть та поворотная точка, когда чувство юмора принимается восстанавливать свои позиции.

    Наверное, было бы ошибочным полагать, что существует некий предел ужаса, который способен испытать человек. Наоборот, создаётся стойкое впечатление, что кошмар нарастает в геометрической прогрессии, когда тьма всё сгущается, ужасы множатся, одно несчастье влечёт за собой другое, ещё более страшное и безысходное, пока тебе не начинает казаться, что весь мир погрузился во мрак. И, может быть, самый страшный вопрос в данном случае таков: сколько ужаса может выдержать человеческий рассудок, оставаясь при этом здоровым и твёрдым? Понятно, что в самых ужасных событиях есть своя доля абсурда в стиле Руба Голдберга. В какой-то момент всё начинает казаться смешным. Видимо, это и есть та поворотная точка, когда чувство юмора принимается восстанавливать свои позиции.

    — Стивен Кинг · книга