333 цитаты про «воспоминания», которые стоит перечитать

Тема «воспоминания» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 333 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Воспоминания — ужасная вещь.

   Воспоминания — ужасная вещь.

   — Мэри Хиггинс Кларк · книга
2. «

   Нельзя долго жить воспоминаниями.

   Нельзя долго жить воспоминаниями.
3. «

   Случается порой, что человек совершенно счастлив один, сам по себе. Воспоминания о таких минутах скорее любых других спасают в трудный момент от отчаяния. Вы знаете, что способны быть счастливым в одиночестве и без всяких видимых причин. Вы знаете, что это возможно. И если человек несчастен из-за другого, безнадежно, почти органически зависим от него, такие воспоминания возвращают уверенность.

   Случается порой, что человек совершенно счастлив один, сам по себе. Воспоминания о таких минутах скорее любых других спасают в трудный момент от отчаяния. Вы знаете, что способны быть счастливым в одиночестве и без всяких видимых причин. Вы знаете, что это возможно. И если человек несчастен из-за другого, безнадежно, почти органически зависим от него, такие воспоминания возвращают уверенность.

   — Франсуаза Саган · книга
4. «

   Вспоминая все то, что я пережила с тех пор, всегда спрашиваю себя: да, а что же все-таки было в моей жизни? И отвечаю себе: только тот холодный осенний вечер. Ужели он был когда-то? Все-таки был. И это все, что было в моей жизни — остальное ненужный сон. И я верю, горячо верю: где-то там он ждет меня — с той же любовью и молодостью, как в тот вечер. «Ты поживи, порадуйся на свете, потом приходи ко мне...» Я пожила, порадовалась, теперь уже скоро приду.

   Вспоминая все то, что я пережила с тех пор, всегда спрашиваю себя: да, а что же все-таки было в моей жизни? И отвечаю себе: только тот холодный осенний вечер. Ужели он был когда-то? Все-таки был. И это все, что было в моей жизни — остальное ненужный сон. И я верю, горячо верю: где-то там он ждет меня — с той же любовью и молодостью, как в тот вечер. «Ты поживи, порадуйся на свете, потом приходи ко мне...» Я пожила, порадовалась, теперь уже скоро приду.

   — Иван Алексеевич Бунин · книга
5. «

   Есть близкие, которых мы предаем земле, но есть особенно дорогие нам существа, которых мы погребаем в своём сердце и воспоминания о них сливаются с каждым его биением; мысли о них постоянны, как наше дыхание, они живут в нас...

   Есть близкие, которых мы предаем земле, но есть особенно дорогие нам существа, которых мы погребаем в своём сердце и воспоминания о них сливаются с каждым его биением; мысли о них постоянны, как наше дыхание, они живут в нас...

   — Оноре де Бальзак · книга
6. «

   Есть воспоминания, которые даже время не сотрет.

   Есть воспоминания, которые даже время не сотрет.

   — Кассандра Клэр · книга
7. «

   Ты есть во всех моих воспоминаниях.

   Ты есть во всех моих воспоминаниях.

   — Джоэл Бэриш · фильм
8. «

   Тот, кто видел войну, будет видеть её всегда. В ночной тиши нам всегда будут слышаться крики. Это наша история, потому что когда-то мы были солдатами и были молоды.

   Тот, кто видел войну, будет видеть её всегда. В ночной тиши нам всегда будут слышаться крики. Это наша история, потому что когда-то мы были солдатами и были молоды.

   — Гарольд Мур · фильм
9. «

   — Знаешь, что больнее всего, когда твоё сердце разбито? Утратить воспоминания о тех чувствах. Постарайся и сохрани их, потому как, если они уйдут, ты больше никогда их не вернёшь. — А что потом? — Тогда ты просто забьёшь на весь мир и всё, что в нём…

   — Знаешь, что больнее всего, когда твоё сердце разбито? Утратить воспоминания о тех чувствах. Постарайся и сохрани их, потому как, если они уйдут, ты больше никогда их не вернёшь. — А что потом? — Тогда ты просто забьёшь на весь мир и всё, что в нём…

   — Кассандра «Кэсси» Эйнсворт · сериал
10. «

    Что такое чердак? Тут дышит само Время. Тут все связано с прошедшими годами, все сплошь — куколки и коконы иного века. Каждый ящик и ящичек — словно крохотный саркофаг, где покоятся тысячи вчерашних дней. Да, чердак — это темный уютный уголок, полный Временем, и, если стать по самой середке и стоять прямо, во весь рост, скосив глаза, и думать, думать, и вдыхать запах Прошлого, и, вытянув руки, коснуться Минувшего, тогда — о, тогда...

    Что такое чердак? Тут дышит само Время. Тут все связано с прошедшими годами, все сплошь — куколки и коконы иного века. Каждый ящик и ящичек — словно крохотный саркофаг, где покоятся тысячи вчерашних дней. Да, чердак — это темный уютный уголок, полный Временем, и, если стать по самой середке и стоять прямо, во весь рост, скосив глаза, и думать, думать, и вдыхать запах Прошлого, и, вытянув руки, коснуться Минувшего, тогда — о, тогда...

    — Рэй Брэдбери · книга
11. «

    Человек всегда надеется на то, что ему следовало бы вспоминать, и вечно вспоминает то, на что ему следовало бы надеяться.

    Человек всегда надеется на то, что ему следовало бы вспоминать, и вечно вспоминает то, на что ему следовало бы надеяться.

    — Сёрен Кьеркегор
12. «

    The memories ease the pain inside, Now I know why.

    The memories ease the pain inside, Now I know why.
13. «

    Две девочки, назовем их А и Б, вместе вспоминали одну вещь из прошлого. Они обсуждали рисунок, висевший на стене у лестницы, когда они учились в начальной школе. Изображение девочки, которая собирала цветы на фоне ярко-красного заката. А говорит: «Как трогательно. Ты говоришь о нарисованной девочке в чудесном желтом платье?» Б отвечает: «Нет, платье на ней было красным, прямо как закат.» — Оно было красным! — Нет, оно определённо было жёлтым! — Хорошо, давай тогда поедем и посмотрим. И вот они с волнением достигли старого, вызывающего ностальгию здания школы. Какого цвета было платье девочки? У него не было цвета. Это был черно-белый рисунок. Совершенно черный силуэт в совершенно чёрном платье. Но в воспоминаниях обеих девочек платье на картинке было цветным. Понимаешь? Человеческие воспоминания слишком туманны. Черно-белое кажется цветным, события более волнующими, вещи приукрашиваются... Всё кажется более значимым, чем на самом деле. Поэтому я не верю во все эти разговоры о «прекрасных воспоминаниях».

    Две девочки, назовем их А и Б, вместе вспоминали одну вещь из прошлого. Они обсуждали рисунок, висевший на стене у лестницы, когда они учились в начальной школе. Изображение девочки, которая собирала цветы на фоне ярко-красного заката. А говорит: «Как трогательно. Ты говоришь о нарисованной девочке в чудесном желтом платье?» Б отвечает: «Нет, платье на ней было красным, прямо как закат.» — Оно было красным! — Нет, оно определённо было жёлтым! — Хорошо, давай тогда поедем и посмотрим. И вот они с волнением достигли старого, вызывающего ностальгию здания школы. Какого цвета было платье девочки? У него не было цвета. Это был черно-белый рисунок. Совершенно черный силуэт в совершенно чёрном платье. Но в воспоминаниях обеих девочек платье на картинке было цветным. Понимаешь? Человеческие воспоминания слишком туманны. Черно-белое кажется цветным, события более волнующими, вещи приукрашиваются... Всё кажется более значимым, чем на самом деле. Поэтому я не верю во все эти разговоры о «прекрасных воспоминаниях».

    — Яно Мотохару · аниме
14. «

    Ты оставляешь мне воспоминания, которые иным женщинам приходится выдумывать или выискивать в книжках.

    Ты оставляешь мне воспоминания, которые иным женщинам приходится выдумывать или выискивать в книжках.

    — Энн Райс · книга
15. «

    Воспоминания хороши, когда у тебя кроме них ничего не осталось, ну или вот, как сейчас, когда нужно развлекать байками тёплую компанию.

    Воспоминания хороши, когда у тебя кроме них ничего не осталось, ну или вот, как сейчас, когда нужно развлекать байками тёплую компанию.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Я по-прежнему ненавижу темноту, она приносит с собой самые ужасные воспоминания.

    Я по-прежнему ненавижу темноту, она приносит с собой самые ужасные воспоминания.

    — Мисато Кацураги · аниме
17. «

    Вспоминать тех, кого ты любил и потерял, ещё тяжелее, чем вообще не иметь воспоминаний.

    Вспоминать тех, кого ты любил и потерял, ещё тяжелее, чем вообще не иметь воспоминаний.

    — Гэбриэл Ван Хельсинг · фильм
18. «

    Июньские зори, июльские полдни, августовские вечера — все прошло, кончилось, ушло навсегда и осталось только в памяти. Теперь впереди долгая осень, белая зима, прохладная зеленеющая весна, и за это время нужно обдумать минувшее лето и подвести итог. А если он [Дуглас] что-нибудь забудет — что ж, в погребе стоит вино из одуванчиков, на каждой бутылке выведено число, и в них — все дни лета, все до единого.

    Июньские зори, июльские полдни, августовские вечера — все прошло, кончилось, ушло навсегда и осталось только в памяти. Теперь впереди долгая осень, белая зима, прохладная зеленеющая весна, и за это время нужно обдумать минувшее лето и подвести итог. А если он [Дуглас] что-нибудь забудет — что ж, в погребе стоит вино из одуванчиков, на каждой бутылке выведено число, и в них — все дни лета, все до единого.

    — Рэй Брэдбери · книга
19. «

    Мы только один раз были в том кафе, а я не могу теперь проезжать мимо него. Я стараюсь этого не делать. Мы просидели тогда в нём не более сорока минут, выпили — она чай, я два кофе. Говорили ни о чём, она смеялась, а я смотрел на неё — и думал о том, как я хочу взять её сейчас за руку и не отпустить никогда. Посидели сорок минут, и это кафе стало для меня «нашим» кафе. Я не могу туда зайти больше, и вид этого кафе ранит меня. И бульвары… все бульвары ранят. И весь город ранит меня беспрерывно. Потому что она здесь. А все те места, где мы встречались, стали просто эпицентрами нестерпимого… волнения, тревоги…

    Мы только один раз были в том кафе, а я не могу теперь проезжать мимо него. Я стараюсь этого не делать. Мы просидели тогда в нём не более сорока минут, выпили — она чай, я два кофе. Говорили ни о чём, она смеялась, а я смотрел на неё — и думал о том, как я хочу взять её сейчас за руку и не отпустить никогда. Посидели сорок минут, и это кафе стало для меня «нашим» кафе. Я не могу туда зайти больше, и вид этого кафе ранит меня. И бульвары… все бульвары ранят. И весь город ранит меня беспрерывно. Потому что она здесь. А все те места, где мы встречались, стали просто эпицентрами нестерпимого… волнения, тревоги…

    — Евгений Гришковец · книга
20. «

    — Правда ведь, удивительно, что именно только ночь способна целиком погрузить нас в воспоминания?

    — Правда ведь, удивительно, что именно только ночь способна целиком погрузить нас в воспоминания?

    — Франц Кафка · книга