341 фраза на тему «Красивые цитаты на тему «женщины»», которые цепляют

Тема «Красивые цитаты на тему «женщины»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 341 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Токио милый! Твой лик из тумана встает, бледен, прозрачен — словно женщины сказочный лик, из тумана явленный мне…

   Токио милый! Твой лик из тумана встает, бледен, прозрачен — словно женщины сказочный лик, из тумана явленный мне…

   — Ёсии Исаму
2. «

   Женщины оставляют мужчинам на прощание волшебные ночи. Женские следы на мужских сердцах.

   Женщины оставляют мужчинам на прощание волшебные ночи. Женские следы на мужских сердцах.

   — Эльчин Сафарли · книга
3. «

   Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

   Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

   — Стюарт Тёртон · книга
4. «

   В каждом мужчине, даже если ему это невдомёк, даже если мыслей таких нет, теплится образ женщины, которую ему суждено полюбить. Из чего сплетается её образ — из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, — никто не рискнёт сказать наверняка. Чьи у неё глаза: не его ли родной матери, чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, — никому не дано это знать. Но почитай, каждый мужчина, носит при себе этот портрет, словно медальон, словно перламутровую камею, но извлекает на свет редко, а после свадьбы даже не притрагивается, чтобы избежать сравнений. Не каждому случается встретить свою суженую, разве что промелькнёт она в темноте кинотеатра, на страницах книги или где-нибудь на улице. Да и то после полуночи, когда город уже спит, а подушка холодна. Этот портрет соткан из всех снов, из всех женщин, со всех лунных ночей со времен творения.

   В каждом мужчине, даже если ему это невдомёк, даже если мыслей таких нет, теплится образ женщины, которую ему суждено полюбить. Из чего сплетается её образ — из всех мелодий, звучавших в его жизни, из всех деревьев, из друзей детства, — никто не рискнёт сказать наверняка. Чьи у неё глаза: не его ли родной матери, чей подбородок: не двоюродной ли сестры, которая четверть века назад купалась с ним в озере, — никому не дано это знать. Но почитай, каждый мужчина, носит при себе этот портрет, словно медальон, словно перламутровую камею, но извлекает на свет редко, а после свадьбы даже не притрагивается, чтобы избежать сравнений. Не каждому случается встретить свою суженую, разве что промелькнёт она в темноте кинотеатра, на страницах книги или где-нибудь на улице. Да и то после полуночи, когда город уже спит, а подушка холодна. Этот портрет соткан из всех снов, из всех женщин, со всех лунных ночей со времен творения.

   — Рэй Брэдбери · книга
5. «

   Кафе на окраине. Легкие стены стеклянны. Глядимся в их синь, в марсианские телеэкраны, Пропав, потерявшись, попав на другую планету, В чужие кварталы, которых почти ещё нету, Оттуда, где каждый трамвай, фамильярно мигая, Раззвонит, что видел вдвоём нас во встречном трамвае...

   Кафе на окраине. Легкие стены стеклянны. Глядимся в их синь, в марсианские телеэкраны, Пропав, потерявшись, попав на другую планету, В чужие кварталы, которых почти ещё нету, Оттуда, где каждый трамвай, фамильярно мигая, Раззвонит, что видел вдвоём нас во встречном трамвае...

   — Василий Павлович Бетаки
6. «

   Любимая, спи... Что причина бессоницы? Ревущее море? Деревьев мольба? Дурные предчувствия? Чья-то бессовестность? А может, не чья-то, а просто моя?

   Любимая, спи... Что причина бессоницы? Ревущее море? Деревьев мольба? Дурные предчувствия? Чья-то бессовестность? А может, не чья-то, а просто моя?

   — Евгений Евтушенко
7. «

   Doubt Me! My Dim Companion! Why, God, would be content With but a fraction of the Life - Poured thee, without a stint - The whole of me — forever - What more the Woman can, Say quick, that I may dower thee With last Delight I own!

   Doubt Me! My Dim Companion! Why, God, would be content With but a fraction of the Life - Poured thee, without a stint - The whole of me — forever - What more the Woman can, Say quick, that I may dower thee With last Delight I own!

   — Эмили Дикинсон
8. «

   И тут я понял, понял отчётливо и ясно, то, что так долго и так много раз, может быть, лишь чувствовал : самое притягивающее, самое возбуждающее в женщине — это движение её души.

   И тут я понял, понял отчётливо и ясно, то, что так долго и так много раз, может быть, лишь чувствовал : самое притягивающее, самое возбуждающее в женщине — это движение её души.

   — Анатолий Тосс · книга
9. «

   Я тебе верен: ты единственная женщина, которой мне хочется изменять.

   Я тебе верен: ты единственная женщина, которой мне хочется изменять.

   — Фредерик Бегбедер · книга
10. «

    От движений тепло растеклось по всему ее телу, она выгибала руки, словно стремясь вплести их в золотую сетку свечек-огоньков; поднимала ладони, словно опьянев; скользила, почти физически ощущая неземную прохладу и белизну хризантем. Свободно и легко и в то же время сосредоточенно, в целомудренном экстазе, она начала танец белого лотоса. Она танцевала, увлеченная египетской строгой пластикой и индийской чувственностью, пока ей вдруг не показалось, что комната теряет свои очертания в сумерках и становится похожей на темное озеро, в котором светлеет очень бледное лицо, словно белоснежный цветок лотоса в ночи…

    От движений тепло растеклось по всему ее телу, она выгибала руки, словно стремясь вплести их в золотую сетку свечек-огоньков; поднимала ладони, словно опьянев; скользила, почти физически ощущая неземную прохладу и белизну хризантем. Свободно и легко и в то же время сосредоточенно, в целомудренном экстазе, она начала танец белого лотоса. Она танцевала, увлеченная египетской строгой пластикой и индийской чувственностью, пока ей вдруг не показалось, что комната теряет свои очертания в сумерках и становится похожей на темное озеро, в котором светлеет очень бледное лицо, словно белоснежный цветок лотоса в ночи…

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Своей походкой женщина все может показать, ничего не дав увидеть.

    Своей походкой женщина все может показать, ничего не дав увидеть.

    — Оноре де Бальзак
12. «

    Я никогда не видел эту девушку, и не знаю, кто она. Знаю только, что она такая же, как я — ей часто не спится по ночам. Мне всегда радостно её видеть. Я никогда не пытался выяснить, кто она, не шёл за нею следом, не расспрашивал людей. Странным образом она была моей, и мне всегда было спокойно и радостно это понимать. Я был уверен, что она очень красива, хотя даже не знал, какого цвета у неё волосы.

    Я никогда не видел эту девушку, и не знаю, кто она. Знаю только, что она такая же, как я — ей часто не спится по ночам. Мне всегда радостно её видеть. Я никогда не пытался выяснить, кто она, не шёл за нею следом, не расспрашивал людей. Странным образом она была моей, и мне всегда было спокойно и радостно это понимать. Я был уверен, что она очень красива, хотя даже не знал, какого цвета у неё волосы.

    — Ричард Бротиган · книга
13. «

    Все философы, если истолковывать их язык, полагают, что цель всегда первенствует в намерении и завершает исполнение. А женщина из трудов Божьих была введена Богом в мир последней, словно царица в царский дворец, для нее уготованный, украшенный и всяческими дарами изобилующий.

    Все философы, если истолковывать их язык, полагают, что цель всегда первенствует в намерении и завершает исполнение. А женщина из трудов Божьих была введена Богом в мир последней, словно царица в царский дворец, для нее уготованный, украшенный и всяческими дарами изобилующий.

    — Генрих Корнелий Агриппа · книга
14. «

    Из тонких линий идеала, Из детских очерков чела Ты ничего не потеряла, Но всё ты вдруг приобрела.

    Из тонких линий идеала, Из детских очерков чела Ты ничего не потеряла, Но всё ты вдруг приобрела.

    — Афанасий Афанасьевич Фет
15. «

    Ей не хватало разнообразия и оттенков вкуса, к которым она привыкла в других городах; она скучала по мягкому сладковатому кофе с ванилью в парижских кафе, по густому ореховому напитку в шумных кафе Нью-Йорка, по изысканному бархатистому шедевру в Милане и по ее любимому мокко с кокосом, который мгновенно переносил ее со скамейки центрального парка в шезлонг на берегу Карибского моря.

    Ей не хватало разнообразия и оттенков вкуса, к которым она привыкла в других городах; она скучала по мягкому сладковатому кофе с ванилью в парижских кафе, по густому ореховому напитку в шумных кафе Нью-Йорка, по изысканному бархатистому шедевру в Милане и по ее любимому мокко с кокосом, который мгновенно переносил ее со скамейки центрального парка в шезлонг на берегу Карибского моря.

    — Сесилия Ахерн · книга
16. «

    — Про какую дверь для одиноких женщин вы вчера говорили? Куда она ведёт? Таис улыбнулась, будто пришла за тем, чтобы этот вопрос услышать. — Она ведёт в далёкий, полный сокровищ город. Но дорогу в него находят немногие. — Почему? — Чтобы прийти туда, нужно разгадать все свои подлинные желания и по очереди их исполнить.

    — Про какую дверь для одиноких женщин вы вчера говорили? Куда она ведёт? Таис улыбнулась, будто пришла за тем, чтобы этот вопрос услышать. — Она ведёт в далёкий, полный сокровищ город. Но дорогу в него находят немногие. — Почему? — Чтобы прийти туда, нужно разгадать все свои подлинные желания и по очереди их исполнить.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    Картины — они как живые существа. Как женщины. Их нельзя показывать всем и каждому, если хочешь, чтобы они сохранили своё очарование.

    Картины — они как живые существа. Как женщины. Их нельзя показывать всем и каждому, если хочешь, чтобы они сохранили своё очарование.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Духи – самая красивое платье, Которое надевает женщина.

    Духи – самая красивое платье, Которое надевает женщина.

    — Адонис (поэт)
19. «

    Есть женщины ослепительные, есть обаятельные, а есть просто милые. Таких милых ни на кого не меняют. Блекнут рядом с милой женщиной любые красавицы.

    Есть женщины ослепительные, есть обаятельные, а есть просто милые. Таких милых ни на кого не меняют. Блекнут рядом с милой женщиной любые красавицы.

    — Олег Рой · книга
20. «

    Она была уже не просто красивой девушкой, которую нужно оберегать, было в ней что-то новое, и если раньше я часто не знал, любит ли она меня, то теперь я это ясно чувствовал. Она ничего больше не скрывала; полная жизни, близкая мне как никогда прежде, она была прекрасна, даря мне еще большее счастье...

    Она была уже не просто красивой девушкой, которую нужно оберегать, было в ней что-то новое, и если раньше я часто не знал, любит ли она меня, то теперь я это ясно чувствовал. Она ничего больше не скрывала; полная жизни, близкая мне как никогда прежде, она была прекрасна, даря мне еще большее счастье...

    — Эрих Мария Ремарк · книга