767 цитат на тему «Грустные цитаты про жизнь» — подборка редакции

Собрали 767 цитат на тему «Грустные цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Что же делать, надо жить! Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный, длинный ряд дней, долгих вечеров; будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба; будем трудиться для других и теперь и в старости, не зная покоя, а когда наступит наш час, мы покорно умрём и там за гробом мы скажем, что мы страдали, что мы плакали, что нам было горько, и Бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой — и отдохнём. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно... Мы отдохнём!

   Что же делать, надо жить! Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный, длинный ряд дней, долгих вечеров; будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба; будем трудиться для других и теперь и в старости, не зная покоя, а когда наступит наш час, мы покорно умрём и там за гробом мы скажем, что мы страдали, что мы плакали, что нам было горько, и Бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой — и отдохнём. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно... Мы отдохнём!

   — Антон Павлович Чехов · книга
2. «

   Каждый живёт. Каждый умирает. Но не все соглашаются с этим.

   Каждый живёт. Каждый умирает. Но не все соглашаются с этим.
3. «

   В детстве папа по утрам будил меня одной и той же фразой: «Жизнь — это великий рассвет». Поэтому рассвет казался мне сказкой. Но когда меня лишили отца, утреннее солнце стало обжигать как огонь. Тогда я узнала, что такое ненависть. И теперь по утрам меня приветствует она.

   В детстве папа по утрам будил меня одной и той же фразой: «Жизнь — это великий рассвет». Поэтому рассвет казался мне сказкой. Но когда меня лишили отца, утреннее солнце стало обжигать как огонь. Тогда я узнала, что такое ненависть. И теперь по утрам меня приветствует она.

   — Эмили Торн / Аманда Кларк · сериал
4. «

   В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

   В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

   — Самуэль (бегун) · фильм
5. «

   Мы живём, точно во сне неразгаданном, На одной из удобных планет.. Много есть, чего вовсе не надо нам, А того, что нам хочется, нет...

   Мы живём, точно во сне неразгаданном, На одной из удобных планет.. Много есть, чего вовсе не надо нам, А того, что нам хочется, нет...

   — Игорь Северянин
6. «

   Чужое и дальнее счастье возбуждало в нём стыд и тревогу — он бы хотел, не сознавая, чтобы вечно строящийся и недостроенный мир был похож на его разрушенную жизнь.

   Чужое и дальнее счастье возбуждало в нём стыд и тревогу — он бы хотел, не сознавая, чтобы вечно строящийся и недостроенный мир был похож на его разрушенную жизнь.

   — Андрей Платонович Платонов · книга
7. «

   Пустота страшнее и разрушительнее смерти. Пустую человеческую душу не наполнишь жизнью, она просто бесцельно блуждает во мраке. А такое существование бессмысленно.

   Пустота страшнее и разрушительнее смерти. Пустую человеческую душу не наполнишь жизнью, она просто бесцельно блуждает во мраке. А такое существование бессмысленно.

   — Галор
8. «

   Это ад. Нет. Это не ад обрушился на землю. Это мы только-только взглянули правде в глаза. Наш мир с самого начала был адом. Сильные всегда возвышались над слабыми. Они всегда решали, жить нам или умереть. И лишь благодаря моим друзьям, стремившимся быть выше всего этого, стоящих горой за такого слабака, как я, мне удалось прожить так долго. До них я был тем, кто нуждался в защите. Я мечтал стать таким же. Пройти наравне с ними весь путь до самой смерти. И вот чем всё обернулось.

   Это ад. Нет. Это не ад обрушился на землю. Это мы только-только взглянули правде в глаза. Наш мир с самого начала был адом. Сильные всегда возвышались над слабыми. Они всегда решали, жить нам или умереть. И лишь благодаря моим друзьям, стремившимся быть выше всего этого, стоящих горой за такого слабака, как я, мне удалось прожить так долго. До них я был тем, кто нуждался в защите. Я мечтал стать таким же. Пройти наравне с ними весь путь до самой смерти. И вот чем всё обернулось.

   — Армин Арлерт · аниме
9. «

   По сравнению с яркой, полной трагедий и триумфов судьбой Джека Лондона моя собственная жизнь показалась серой и неприметной, как пугливая белка, хоронящаяся в ветках дуба в ожидании весны... Такая уж это штука — чужие биографии. Кому захочется читать биографию библиотекаря из городка Кавасаки, прожившего мирную жизнь и тихо помершего в своей постели? Нет — читая чужие биографии, мы словно требуем некоей компенсации за то, что в наших собственных жизнях не случается, увы, ни черта...

   По сравнению с яркой, полной трагедий и триумфов судьбой Джека Лондона моя собственная жизнь показалась серой и неприметной, как пугливая белка, хоронящаяся в ветках дуба в ожидании весны... Такая уж это штука — чужие биографии. Кому захочется читать биографию библиотекаря из городка Кавасаки, прожившего мирную жизнь и тихо помершего в своей постели? Нет — читая чужие биографии, мы словно требуем некоей компенсации за то, что в наших собственных жизнях не случается, увы, ни черта...

   — Харуки Мураками · книга
10. «

    В том, что известно, пользы нет, Одно неведомое нужно.

    В том, что известно, пользы нет, Одно неведомое нужно.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
11. «

    Вся жизнь моя, любовь моя - Набор случайных фраз.

    Вся жизнь моя, любовь моя - Набор случайных фраз.

    — Уистен Хью Оден
12. «

    Если женщина тебя любит, то, в сущности, тот, кого она любит, — не ты. Но тот, кого она больше не любит, — именно ты.

    Если женщина тебя любит, то, в сущности, тот, кого она любит, — не ты. Но тот, кого она больше не любит, — именно ты.

    — Поль Жеральди
13. «

    «Я умру, если тронешь меня», — сказал я. — «Ты совсем уверена, что не поедешь со мной? Нет ли отдаленной надежды, что поедешь? Только на это ответь мне». «Нет», — сказала она, — «нет, душка, нет». Первый раз в жизни она так ко мне обратилась. «Нет», — повторила она. — «Об этом не может быть и речи. Я бы, скорее, вернулась к Ку. Дело в том, что...» Ей не хватило, видимо, слов. Я мысленно снабдил ее ими — («...он разбил мое сердце, ты всего лишь разбил мою жизнь»).

    «Я умру, если тронешь меня», — сказал я. — «Ты совсем уверена, что не поедешь со мной? Нет ли отдаленной надежды, что поедешь? Только на это ответь мне». «Нет», — сказала она, — «нет, душка, нет». Первый раз в жизни она так ко мне обратилась. «Нет», — повторила она. — «Об этом не может быть и речи. Я бы, скорее, вернулась к Ку. Дело в том, что...» Ей не хватило, видимо, слов. Я мысленно снабдил ее ими — («...он разбил мое сердце, ты всего лишь разбил мою жизнь»).

    — Владимир Набоков · книга
14. «

    Как приятен покой и отдых! Но полного покоя, полного счастья в нашей жизни никогда не бывает.

    Как приятен покой и отдых! Но полного покоя, полного счастья в нашей жизни никогда не бывает.

    — Марк Твен · книга
15. «

    У меня было чувство, что и мне мои двадцать лет вдруг стали не нужны. У меня жизнь только началась вчера. А до этого были только ровно нарезанные картофельные дольки, которые съел — и не вспомнил.

    У меня было чувство, что и мне мои двадцать лет вдруг стали не нужны. У меня жизнь только началась вчера. А до этого были только ровно нарезанные картофельные дольки, которые съел — и не вспомнил.

    — Ксения Духова · книга
16. «

    Numbers and figures Take up all my time... How did this much of my life Pass me by? I miss the wonders of the younger

    Numbers and figures Take up all my time... How did this much of my life Pass me by? I miss the wonders of the younger
17. «

    Потерять всех, кого любишь, так внезапно, — самое тяжелое, что может быть в жизни!

    Потерять всех, кого любишь, так внезапно, — самое тяжелое, что может быть в жизни!

    — Аларик Зальцман · сериал
18. «

    Если этот наш мир сравнить с морем, то, как сквозь толщу воды можно разглядеть фантастические колеблющиеся блики, так же сквозь смех проглядывает запрятанная вглубь жизнь взрослых.

    Если этот наш мир сравнить с морем, то, как сквозь толщу воды можно разглядеть фантастические колеблющиеся блики, так же сквозь смех проглядывает запрятанная вглубь жизнь взрослых.

    — Осаму Дадзай · книга
19. «

    Материнство заставило меня, наконец, понять, что жизнь не бесконечна.

    Материнство заставило меня, наконец, понять, что жизнь не бесконечна.

    — Меган Фокс
20. «

    Жизнь не столько то, что тебе дано, сколько то, что у тебя забрали. Только теряя, мы осознаём, чем больше всего дорожили.

    Жизнь не столько то, что тебе дано, сколько то, что у тебя забрали. Только теряя, мы осознаём, чем больше всего дорожили.

    — Адриана Трижиани · книга