96 цитат про «Красивые цитаты про зиму», которые стоит перечитать

Тема «Красивые цитаты про зиму» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 96 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Берега укутались снегами Дни ноября сложились в журавля Он улетел, исчез за облаками, А утром стали белыми поля Пришла зима, все это как всегда, Но может неспроста, да может неспроста Сегодня первый белый день... Давай начнем все с чистого листа!

   Берега укутались снегами Дни ноября сложились в журавля Он улетел, исчез за облаками, А утром стали белыми поля Пришла зима, все это как всегда, Но может неспроста, да может неспроста Сегодня первый белый день... Давай начнем все с чистого листа!
2. «

   Но наше северное лето, Карикатура южных зим, Мелькнет и нет: известно это, Хоть мы признаться не хотим.

   Но наше северное лето, Карикатура южных зим, Мелькнет и нет: известно это, Хоть мы признаться не хотим.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
3. «

   Чудная картина, Как ты мне родна: Белая равнина, Полная луна,

   Чудная картина, Как ты мне родна: Белая равнина, Полная луна,

   — Афанасий Афанасьевич Фет
4. «

   Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.

   Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.

   — Анатолий Мариенгоф · книга
5. «

   Ночь, бархатная ночь. Крупицы серебра звеня, Искрятся в блеске лунном. Будто в немом раздумье Пригорюнилась земля.

   Ночь, бархатная ночь. Крупицы серебра звеня, Искрятся в блеске лунном. Будто в немом раздумье Пригорюнилась земля.
6. «

   Вечор, ты помнишь, вьюга злилась, На мутном небе мгла носилась; Луна, как бледное пятно, Сквозь тучи мрачные желтела, И ты печальная сидела - А нынче... погляди в окно:

   Вечор, ты помнишь, вьюга злилась, На мутном небе мгла носилась; Луна, как бледное пятно, Сквозь тучи мрачные желтела, И ты печальная сидела - А нынче... погляди в окно:

   — Александр Сергеевич Пушкин
7. «

   Снежное утро. Над высокой крышей дымок. Светлая радость!

   Снежное утро. Над высокой крышей дымок. Светлая радость!

   — Ёса Бусон
8. «

   Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.

   Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.

   — Оля
9. «

   Она повяжет шарф на исключительный манер, И снова побежит куда-то. Сквозь остановки, время, Толпу людей и ветер перемен, Из даты в дату.

   Она повяжет шарф на исключительный манер, И снова побежит куда-то. Сквозь остановки, время, Толпу людей и ветер перемен, Из даты в дату.
10. «

    Зима не ждёт; мы падаем спиной В слова, и правдой называем вздор. Зима не ждёт; прошу — пойдём со мной, Смелей ступай в воздушный коридор. Смелей, пока под пение сердец, Едва начавшись, вновь уходит год. Найдётся тот, кто наконец, найдётся тот, кто наконец Растопит лёд, растопит лёд, растопит лёд...

    Зима не ждёт; мы падаем спиной В слова, и правдой называем вздор. Зима не ждёт; прошу — пойдём со мной, Смелей ступай в воздушный коридор. Смелей, пока под пение сердец, Едва начавшись, вновь уходит год. Найдётся тот, кто наконец, найдётся тот, кто наконец Растопит лёд, растопит лёд, растопит лёд...
11. «

    Они вешают заиндевелые курточки, и веселье начинается. Знаю, что в эту ночь они будут есть, болтать, танцевать, смеяться и запекать яблоки в очаге.

    Они вешают заиндевелые курточки, и веселье начинается. Знаю, что в эту ночь они будут есть, болтать, танцевать, смеяться и запекать яблоки в очаге.

    — Беатрис Поттер · фильм
12. «

    Снежинки — это небесные саламандры.

    Снежинки — это небесные саламандры.

    — Марина Цветаева
13. «

    Я не люблю ни снег, ни холод, ни зиму. Я ненавижу зиму. Но бывает один день в году, волшебное мгновение, которое даже в кино передать невозможно. Ты просыпаешься утром, а по дому разливается ослепительно яркий свет. На улице солнце блестит в два раза ярче, чем в погожий денек в самый разгар лета, и вся серо-коричневая грязь, что копилась месяцами — опавшая листва, земля вперемешку с увядшими цветами, все то, на чем осень оставила свой хмурый отпечаток, — все в это угро белее самой белой твоей рубашки. Более того, эта белизна сверкает мириадами звезд, и кажется, что кто-то бросил горсть алмазной пыли на белоснежный покров земли. Это длится несколько часов, иногда день. А потом грязь, которая растекается по городу, как пот по телу, оскверняет эту хрупкую чистоту. Но на больших пространствах вдали от городов, на наших холмах, которые кажутся всего лишь кочками по сравнению с вашими холмами, белоснежная постель устилает землю месяцами. И в этой постели царит безмолвие. Ты не знаешь, что такое безмолвие. Не можешь себе представить, как оно укутывает и обволакивает тебя. Сердце начинает биться, а ноги шагать в том ритме, который диктует тишина.

    Я не люблю ни снег, ни холод, ни зиму. Я ненавижу зиму. Но бывает один день в году, волшебное мгновение, которое даже в кино передать невозможно. Ты просыпаешься утром, а по дому разливается ослепительно яркий свет. На улице солнце блестит в два раза ярче, чем в погожий денек в самый разгар лета, и вся серо-коричневая грязь, что копилась месяцами — опавшая листва, земля вперемешку с увядшими цветами, все то, на чем осень оставила свой хмурый отпечаток, — все в это угро белее самой белой твоей рубашки. Более того, эта белизна сверкает мириадами звезд, и кажется, что кто-то бросил горсть алмазной пыли на белоснежный покров земли. Это длится несколько часов, иногда день. А потом грязь, которая растекается по городу, как пот по телу, оскверняет эту хрупкую чистоту. Но на больших пространствах вдали от городов, на наших холмах, которые кажутся всего лишь кочками по сравнению с вашими холмами, белоснежная постель устилает землю месяцами. И в этой постели царит безмолвие. Ты не знаешь, что такое безмолвие. Не можешь себе представить, как оно укутывает и обволакивает тебя. Сердце начинает биться, а ноги шагать в том ритме, который диктует тишина.

    — Жиль Куртманш · книга
14. «

    А на улице шёл снег. Первый снег в этом году. Ещё слабенький, несмелый, тающий от одного только прикосновения к земле. Казалось, что сама ночь танцует в бесконечном хороводе с этими маленькими и хрупкими снежинками. Ветра не было, и это давало насладиться хороводом в полной мере. Я невольно поднял руки и закружился, подражая снежинкам. Подняв голову, принялся ловить снежинки открытым ртом. Соскучился я по зиме. Зима это красиво. Очень красиво. Каждое время года по своему прекрасно, и по каждому успеваешь соскучиться за целый год.

    А на улице шёл снег. Первый снег в этом году. Ещё слабенький, несмелый, тающий от одного только прикосновения к земле. Казалось, что сама ночь танцует в бесконечном хороводе с этими маленькими и хрупкими снежинками. Ветра не было, и это давало насладиться хороводом в полной мере. Я невольно поднял руки и закружился, подражая снежинкам. Подняв голову, принялся ловить снежинки открытым ртом. Соскучился я по зиме. Зима это красиво. Очень красиво. Каждое время года по своему прекрасно, и по каждому успеваешь соскучиться за целый год.

    — Евгений Старухин · книга
15. «

    Мороз затуманил широкие окна, В узор перевиты цвета и волокна. Дохни в уголок горячо, осторожно, В отталом стекле увидать тогда можно, Какой нынче праздник земле уготован, Как светел наш сад, в серебро весь закован, Как там, в небесах, и багряно, и ало, Морозное солнце над крышами встало.

    Мороз затуманил широкие окна, В узор перевиты цвета и волокна. Дохни в уголок горячо, осторожно, В отталом стекле увидать тогда можно, Какой нынче праздник земле уготован, Как светел наш сад, в серебро весь закован, Как там, в небесах, и багряно, и ало, Морозное солнце над крышами встало.

    — Наталья Васильевна Крандиевская-Толстая
16. «

    В снежную метель боишься потерять веру в вечное спасение…

    В снежную метель боишься потерять веру в вечное спасение…

    — Эльчин Сафарли · книга
17. «

    Где нет волов, там, в яслях пусто, Где нет любви, там дом немой, Там бродит в лабиринтах грусти И сон ночной. ... Где нет углей, очаг не греет, Где нет огня — сплошная тьма, Когда и искорка не тлеет, В душе зима.

    Где нет волов, там, в яслях пусто, Где нет любви, там дом немой, Там бродит в лабиринтах грусти И сон ночной. ... Где нет углей, очаг не греет, Где нет огня — сплошная тьма, Когда и искорка не тлеет, В душе зима.
18. «

    Между тем выпал снег. Всякий раз забываешь об этом ежегодном чуде, о снежном просторе и свежем морозном воздухе, о косо летящих снежинках, покрывающих все штрихами гравировки, о большом снежном берете, надетом утром набекрень на птичью кормушку, о сохранившихся на дубе и ставших ярче сухих коричневых листьях, темно-зеленых стеблях болиголова с опущенными веточками и ясной голубизне неба, похожего на опрокинутую чашу…

    Между тем выпал снег. Всякий раз забываешь об этом ежегодном чуде, о снежном просторе и свежем морозном воздухе, о косо летящих снежинках, покрывающих все штрихами гравировки, о большом снежном берете, надетом утром набекрень на птичью кормушку, о сохранившихся на дубе и ставших ярче сухих коричневых листьях, темно-зеленых стеблях болиголова с опущенными веточками и ясной голубизне неба, похожего на опрокинутую чашу…

    — Джон Апдайк · книга
19. «

    Зима учит безмятежности и неспешности. Каждая снежинка — учитель изящества.

    Зима учит безмятежности и неспешности. Каждая снежинка — учитель изящества.
20. «

    Оттенки — важнейшая вещь для наблюдателя, они доводят картину до конца. Вот зимой скука, три оттенка — белый, серый и чёрный. Летом лучше — палитра богаче, можно выбирать, долго следить за изменениями. У каждой вещи свой оттенок, но живёт он отдельной жизнью.

    Оттенки — важнейшая вещь для наблюдателя, они доводят картину до конца. Вот зимой скука, три оттенка — белый, серый и чёрный. Летом лучше — палитра богаче, можно выбирать, долго следить за изменениями. У каждой вещи свой оттенок, но живёт он отдельной жизнью.

    — Максимилиан Неаполитанский · книга