Подборка: 62 цитаты Артёма Каменистого

Артём Каменистый — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 62 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Суета — хуже злобной тещи.

   Суета — хуже злобной тещи.

   — Хан · книга
2. «

   — Откуда они вообще взялись, эти бандиты? – спросил Сережа. — Да они такие же бандиты, как мы с тобой. Как где забурлило что-то всерьез, так сразу всплывает разное… гм… В общем, детки, ничего хорошего не всплывает в случаях, когда такие вот дела, как здесь, случаются. То есть и хорошее случается, и даже много. Кто-то людей спасает, не жалея себя в пожар лютый бросается, ну а кто-то в это же время с чёрного хода холодильник вытаскивает, только не спасая имущество, а себе лично.

   — Откуда они вообще взялись, эти бандиты? – спросил Сережа. — Да они такие же бандиты, как мы с тобой. Как где забурлило что-то всерьез, так сразу всплывает разное… гм… В общем, детки, ничего хорошего не всплывает в случаях, когда такие вот дела, как здесь, случаются. То есть и хорошее случается, и даже много. Кто-то людей спасает, не жалея себя в пожар лютый бросается, ну а кто-то в это же время с чёрного хода холодильник вытаскивает, только не спасая имущество, а себе лично.

   — Киря · книга
3. «

   ...стою́ насторожившимся сусликом возле норки.

   ...стою́ насторожившимся сусликом возле норки.

   — Леон · книга
4. «

   Жизнь несправедлива. Ты строишь далеко идущие планы, прилагаешь усилия для их воплощения, и вдруг над тобой замахиваются исполинской мухобойкой — что-то непреодолимое вмешивается в твои замыслы крест на крест перечёркивая их жирной чёрной чертой. И далеко не всегда это осознаешь сразу, ведь судьба умеет обставить всё так, что сам не заметишь как полетишь под откос в ореоле обломков своего разрушенного будущего.

   Жизнь несправедлива. Ты строишь далеко идущие планы, прилагаешь усилия для их воплощения, и вдруг над тобой замахиваются исполинской мухобойкой — что-то непреодолимое вмешивается в твои замыслы крест на крест перечёркивая их жирной чёрной чертой. И далеко не всегда это осознаешь сразу, ведь судьба умеет обставить всё так, что сам не заметишь как полетишь под откос в ореоле обломков своего разрушенного будущего.

   — S-T-I-K-S. Человеческий улей · книга
5. «

   Олег с удивлением убедился, что корабль, хоть и резко замедлил ход, но не остановился. Ощущение было такое, будто якорь зацепился за что-то очень тяжёлое, но транспортабельное, раз оно позволяло судну двигаться. Кто-то перепугано закричал, указывая за корму, взглянув в том же направлении, Олег охнул: среди клубков пены, сносимых перекатом, взметнулись огромные, тёмные щупальца, из воды поднялась громадная туша, нелепо задергалась, пытаясь освободиться от якорной лапы, засевшей в теле. Паук от удивления выпустил рулевое весло, охнул: — Ни хрена себе повелитель уровня! С кем это мы законнектились?

   Олег с удивлением убедился, что корабль, хоть и резко замедлил ход, но не остановился. Ощущение было такое, будто якорь зацепился за что-то очень тяжёлое, но транспортабельное, раз оно позволяло судну двигаться. Кто-то перепугано закричал, указывая за корму, взглянув в том же направлении, Олег охнул: среди клубков пены, сносимых перекатом, взметнулись огромные, тёмные щупальца, из воды поднялась громадная туша, нелепо задергалась, пытаясь освободиться от якорной лапы, засевшей в теле. Паук от удивления выпустил рулевое весло, охнул: — Ни хрена себе повелитель уровня! С кем это мы законнектились?

   — Паук · книга
6. «

   — Ты точно сбрендил, если решил налаживать свою личную жизнь в такой момент. Готовься, Андрей, этой ночью тебе придется сражаться всерьез. И вправду сбрендил – одной ногой в могиле, другой в плену, а все мысли об одном. Ну не идиот ли он? Но все же она это сказала — всё могло бы быть. Умирать, наверное, теперь будет приятнее.

   — Ты точно сбрендил, если решил налаживать свою личную жизнь в такой момент. Готовься, Андрей, этой ночью тебе придется сражаться всерьез. И вправду сбрендил – одной ногой в могиле, другой в плену, а все мысли об одном. Ну не идиот ли он? Но все же она это сказала — всё могло бы быть. Умирать, наверное, теперь будет приятнее.

   — Рита · книга
7. «

   Олень оказался слишком пугливым, при виде путников, он грациозно перепрыгнул через ручей и скрылся в лесу, не потревожив при этом и веточки. — Что это? — испуганно воскликнула Аня, из-за спины парня не успевшая рассмотреть животное. — Проглотун Пржевальского. Занесен в «Красную Книгу», их осталось пять штук на всю планету. Тебе сколько лет? — Шестнадцать. — Плохо дело, — притворно вздохнул Олег. — Он питается девушками не старше двадцати лет, так что ты ему подходишь. — Я серьезно спрашивала, – обиженно воскликнула Аня. — Обычный олень, причем не северный, а благородный. — А они разве отличаются? — Конечно! У северного на три ноги больше.

   Олень оказался слишком пугливым, при виде путников, он грациозно перепрыгнул через ручей и скрылся в лесу, не потревожив при этом и веточки. — Что это? — испуганно воскликнула Аня, из-за спины парня не успевшая рассмотреть животное. — Проглотун Пржевальского. Занесен в «Красную Книгу», их осталось пять штук на всю планету. Тебе сколько лет? — Шестнадцать. — Плохо дело, — притворно вздохнул Олег. — Он питается девушками не старше двадцати лет, так что ты ему подходишь. — Я серьезно спрашивала, – обиженно воскликнула Аня. — Обычный олень, причем не северный, а благородный. — А они разве отличаются? — Конечно! У северного на три ноги больше.

   — Аня · книга
8. «

   Карат, сообщив Диане, что спешка в Улье — верный путь к могиле по-тибетски, не стал переть напролом и попытался зайти с разных направлений, стараясь при этом не мельтешить у всех на виду. ========== Вероятно, герой намекает на «небесное погребение» – ритуал тибетцев, при котором тело покойника скармливается стервятникам.

   Карат, сообщив Диане, что спешка в Улье — верный путь к могиле по-тибетски, не стал переть напролом и попытался зайти с разных направлений, стараясь при этом не мельтешить у всех на виду. ========== Вероятно, герой намекает на «небесное погребение» – ритуал тибетцев, при котором тело покойника скармливается стервятникам.

   — S-T-I-K-S. Территория везучих · книга
9. «

   — Всего лишь за четыре дня народ так озверел... — Ой, Рогов, ты где вообще родился и вырос? В райском саду, под сенью чудесной яблони? Почему-то думаю, что нет. Человек отродясь был зверем и зверем остался, без кнута он быстро вспоминает свою сущность. Вот убери кнут и дай человеку свободу полную, он что, творить великие вещи начинает? Шедевры создавать? Другие звёзды покорять рвётся? Нет, он тут же начинает лезть под юбки сёстрам и дочкам, курить и нюхать всё что можно и нельзя, устраивать на голове стрижку облезлого павиана, искать возможность подцепить сифилис, приставать к заднице товарища, требовать бесплатной кормежки и взамен чтобы ничего не делать и даже жрать человечину в подпольном кабаке за огромные деньги готов, лишь бы показать всем, какой он, мать его, свободный, освобожденный от всех предрассудков. Вот скажи — разве это человеческое поведение? Нет, Рогов, это как раз поведение тупого, но при этом вольного зверя. Над зверем ведь не висит кнут, свобода у него самая что ни на есть полная, для него для него в таких извращениях всё естественно.

   — Всего лишь за четыре дня народ так озверел... — Ой, Рогов, ты где вообще родился и вырос? В райском саду, под сенью чудесной яблони? Почему-то думаю, что нет. Человек отродясь был зверем и зверем остался, без кнута он быстро вспоминает свою сущность. Вот убери кнут и дай человеку свободу полную, он что, творить великие вещи начинает? Шедевры создавать? Другие звёзды покорять рвётся? Нет, он тут же начинает лезть под юбки сёстрам и дочкам, курить и нюхать всё что можно и нельзя, устраивать на голове стрижку облезлого павиана, искать возможность подцепить сифилис, приставать к заднице товарища, требовать бесплатной кормежки и взамен чтобы ничего не делать и даже жрать человечину в подпольном кабаке за огромные деньги готов, лишь бы показать всем, какой он, мать его, свободный, освобожденный от всех предрассудков. Вот скажи — разве это человеческое поведение? Нет, Рогов, это как раз поведение тупого, но при этом вольного зверя. Над зверем ведь не висит кнут, свобода у него самая что ни на есть полная, для него для него в таких извращениях всё естественно.

   — Дмитрий Рогов · книга
10. «

    Так уж вышло, что люди злы и завистливы, к тому же у них короткая память. Некоторые никогда не вспомнят, что ты за десятерых шкурой рисковал ради их благополучия, зато их будет сильно занимать вопрос, почему именно тебе достался один из лучших домов, к тому же выстроенный в числе первых.

    Так уж вышло, что люди злы и завистливы, к тому же у них короткая память. Некоторые никогда не вспомнят, что ты за десятерых шкурой рисковал ради их благополучия, зато их будет сильно занимать вопрос, почему именно тебе достался один из лучших домов, к тому же выстроенный в числе первых.

    — холод · книга
11. «

    Современные женщины сильнее чем мы пострадали от последствий навязывания масскультуры. В массе своей они или до отвращения безвкусны, или пребывают в плену бесконечно далеких от реальности заблуждений касающихся того, что именно приятно мужчинам.

    Современные женщины сильнее чем мы пострадали от последствий навязывания масскультуры. В массе своей они или до отвращения безвкусны, или пребывают в плену бесконечно далеких от реальности заблуждений касающихся того, что именно приятно мужчинам.

    — «Смит» · книга
12. «

    — У вас там конкурент возле крыльца устроился. - Конкурент? Мои конкуренты раков в реке кормят.

    — У вас там конкурент возле крыльца устроился. - Конкурент? Мои конкуренты раков в реке кормят.

    — Рос · книга
13. «

    — А бабы у вас в аду имеются? — Ну а как же без них? — И что? Симпатичные хоть? — А зачем нам в аду уродины?

    — А бабы у вас в аду имеются? — Ну а как же без них? — И что? Симпатичные хоть? — А зачем нам в аду уродины?

    — Леон · книга
14. «

    Человек — зверь крепкий, но и у него предел есть. Да и все мы одинаковые, но при этом разные. И зверь в каждом свой.

    Человек — зверь крепкий, но и у него предел есть. Да и все мы одинаковые, но при этом разные. И зверь в каждом свой.

    — Киря · книга
15. «

    Вся наша культура, цивилизованность и прочее хрупче тонкого стекла, вот так вот.

    Вся наша культура, цивилизованность и прочее хрупче тонкого стекла, вот так вот.

    — Киря · книга
16. «

    — Все мужики погибли, а молоденькая девушка пошла в одиночку преследовать эту опаснейшую тварь? — Так оно и есть. — Да ведь она просто ненормальная! — А мне кажется наоборот — наш мир ненормальный, если считает её таковой. На таких, как она, всё и держится.

    — Все мужики погибли, а молоденькая девушка пошла в одиночку преследовать эту опаснейшую тварь? — Так оно и есть. — Да ведь она просто ненормальная! — А мне кажется наоборот — наш мир ненормальный, если считает её таковой. На таких, как она, всё и держится.

    — Николай · книга
17. «

    — Это чтобы только за проценты платить мы должны полторы сотни бегунов приходовать ежедневно. Так получается? — Ну да, математика так говорит. — Не расплатимся мы с такой математикой. — Согласен. Это какое-то анальное рабство, а не математика.

    — Это чтобы только за проценты платить мы должны полторы сотни бегунов приходовать ежедневно. Так получается? — Ну да, математика так говорит. — Не расплатимся мы с такой математикой. — Согласен. Это какое-то анальное рабство, а не математика.

    — Игорь «Карат» · книга
18. «

    Нет, грим тут явно не из дешёвых. И попахивает деревенским сортиром, что для кинематографа излишне. Да тут вообще гримом не пахнет! Тут!.. Ходячий покойник дышал шумно, с натужным хрипом. И при этом медленной покачивающейся походкой приближался к Игорю. Руки не протягивал, вкусные мозги не клянчил, но это был именно зомби или что-то из этой же замогильной области. Мужик необратимо мёртв, это поймёт любой просто глянув в его погасшие глаза.

    Нет, грим тут явно не из дешёвых. И попахивает деревенским сортиром, что для кинематографа излишне. Да тут вообще гримом не пахнет! Тут!.. Ходячий покойник дышал шумно, с натужным хрипом. И при этом медленной покачивающейся походкой приближался к Игорю. Руки не протягивал, вкусные мозги не клянчил, но это был именно зомби или что-то из этой же замогильной области. Мужик необратимо мёртв, это поймёт любой просто глянув в его погасшие глаза.

    — S-T-I-K-S. Человеческий улей · книга
19. «

    Знание – сила, надо только правильно им распоряжаться.

    Знание – сила, надо только правильно им распоряжаться.

    — Олег · книга
20. «

    Вот посмотри: при любом ЧП серьезном звериная сущность тут как тут. В Новом Орлеане из-за какого-то урагана вшивого несколько месяцев порядок не могли навести. Город в цыганский цирк превратили. Сверхдержава, мать её, ничего не могла с бардаком поделать. А почему? Да всё потому же: мы те ещё звери. И все мы о себе высокого мнения при этом. А как копни... Да любого можно очень быстро до скотского состояния довести. Но быстрее всего это получается, когда холодно, голодно и работа тяжелая.

    Вот посмотри: при любом ЧП серьезном звериная сущность тут как тут. В Новом Орлеане из-за какого-то урагана вшивого несколько месяцев порядок не могли навести. Город в цыганский цирк превратили. Сверхдержава, мать её, ничего не могла с бардаком поделать. А почему? Да всё потому же: мы те ещё звери. И все мы о себе высокого мнения при этом. А как копни... Да любого можно очень быстро до скотского состояния довести. Но быстрее всего это получается, когда холодно, голодно и работа тяжелая.

    — Киря · книга