421 мыслей Джона Рональда Руэла Толкина без воды

Джон Рональд Руэл Толкин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 421 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Труды не окончены, даже если надежда погасла.

   Труды не окончены, даже если надежда погасла.

   — Арагорн · книга
2. «

   Рассвет был хмурый, но день яснеет, и будет золотой закат.

   Рассвет был хмурый, но день яснеет, и будет золотой закат.

   — Теоден · книга
3. «

   Во всяком случае за поступки Гэндальфа можно винить лишь Гэндальфа!

   Во всяком случае за поступки Гэндальфа можно винить лишь Гэндальфа!

   — Галадриэль · книга
4. «

   Испытайте ваши сердца, примите то, что пошлет каждому из вас дорога.

   Испытайте ваши сердца, примите то, что пошлет каждому из вас дорога.

   — Элронд · книга
5. «

   Если тебе нужны друзья, которые тебя ни в воде, ни в огне не бросят, – можешь смело на нас положиться. И тайну ты нам можешь смело доверить – уж мы-то не проговоримся, даже если ты сам однажды не выдержишь и сломаешься. Но если ты ищешь таких, что предоставят тебе одному выпутываться, когда случится беда, а сами потихонечку смоются, – мы тебе не подходим. Понимаешь, мы твои друзья, Фродо. От этого никуда не денешься.

   Если тебе нужны друзья, которые тебя ни в воде, ни в огне не бросят, – можешь смело на нас положиться. И тайну ты нам можешь смело доверить – уж мы-то не проговоримся, даже если ты сам однажды не выдержишь и сломаешься. Но если ты ищешь таких, что предоставят тебе одному выпутываться, когда случится беда, а сами потихонечку смоются, – мы тебе не подходим. Понимаешь, мы твои друзья, Фродо. От этого никуда не денешься.

   — Мериадок Брендибак (Мерри) · книга
6. «

   Когда-то он был велик. Глубочайшие знания, проницательный ум, искуснейшие руки. Он и сейчас ещё могуч. Много знает и умеет. У него есть власть над душами. Мудрого он убедит, слабого запугает. Даже теперь, когда он потерпел поражение, едва ли в этом мире кто-нибудь может говорить с ним без опаски.

   Когда-то он был велик. Глубочайшие знания, проницательный ум, искуснейшие руки. Он и сейчас ещё могуч. Много знает и умеет. У него есть власть над душами. Мудрого он убедит, слабого запугает. Даже теперь, когда он потерпел поражение, едва ли в этом мире кто-нибудь может говорить с ним без опаски.

   — Арагорн · книга
7. «

   Арагорн очень обрадовался лодкам. Остальные Хранители тоже приободрились. Впереди их ждали великие опасности, в этом ни один из них не сомневался; ну а все-таки плыть навстречу опасностям гораздо приятней, чем тащиться пешком.

   Арагорн очень обрадовался лодкам. Остальные Хранители тоже приободрились. Впереди их ждали великие опасности, в этом ни один из них не сомневался; ну а все-таки плыть навстречу опасностям гораздо приятней, чем тащиться пешком.

   — Властелин Колец · книга
8. «

   Первое свое произведение я написал в семь лет, и речь в нем шла о драконе. Мама, прочитав мой опус, заметила, что надо писать не «зеленый большой дракон», а «большой зеленый дракон». Честно говоря, я не понял, почему она так считает, и не понимаю до сих пор.

   Первое свое произведение я написал в семь лет, и речь в нем шла о драконе. Мама, прочитав мой опус, заметила, что надо писать не «зеленый большой дракон», а «большой зеленый дракон». Честно говоря, я не понял, почему она так считает, и не понимаю до сих пор.
9. «

   Ни здешние Громадины, ни Коротышки были не охотники до путешествий: им и своих новостей хватало.

   Ни здешние Громадины, ни Коротышки были не охотники до путешествий: им и своих новостей хватало.

   — Властелин Колец · книга
10. «

    – Сегодня случилось так много чудес, что я уже ни в чем не уверен. Чего только не творится на свете! Гномы разгуливают по Рохану под руку с эльфами, люди остаются живы после беседы с Лесной Владычицей – и в придачу ко всему в Рохан возвращается меч, сломанный еще до того, как отцы отцов наших вступили на землю Страны Всадников, причем возвращается перекованным! В такие времена мудрено разобраться, где твое место и в чем твой долг! – Не более, чем в любые другие, – сказал Арагорн. – Добро и зло всегда остаются добром и злом – как для людей, так и для эльфов с гномами. Надо только уметь отличить одно от другого – будь то у себя дома или в Золотом Лесу.

    – Сегодня случилось так много чудес, что я уже ни в чем не уверен. Чего только не творится на свете! Гномы разгуливают по Рохану под руку с эльфами, люди остаются живы после беседы с Лесной Владычицей – и в придачу ко всему в Рохан возвращается меч, сломанный еще до того, как отцы отцов наших вступили на землю Страны Всадников, причем возвращается перекованным! В такие времена мудрено разобраться, где твое место и в чем твой долг! – Не более, чем в любые другие, – сказал Арагорн. – Добро и зло всегда остаются добром и злом – как для людей, так и для эльфов с гномами. Надо только уметь отличить одно от другого – будь то у себя дома или в Золотом Лесу.

    — Арагорн · книга
11. «

    — Худо поступил ты со мною, друг, выдав моё настоящее имя и призвав на меня судьбу мою, от которой тщусь я укрыться. И ответил Гвиндор: — Судьба заключена не в твоём имени, но в тебе самом.

    — Худо поступил ты со мною, друг, выдав моё настоящее имя и призвав на меня судьбу мою, от которой тщусь я укрыться. И ответил Гвиндор: — Судьба заключена не в твоём имени, но в тебе самом.

    — Турин Турамбар · книга
12. «

    Навстречу опасности. И, по возможности, избегая её.

    Навстречу опасности. И, по возможности, избегая её.

    — Гэндальф · книга
13. «

    – Видимо, она поистине прекрасна, – сказал Фарамир. – Губительно прекрасна! – Ну, насчет губительно – не знаю, – возразил Сэм. – Думаю, люди сами приносят в Лориэн свою беду – и, конечно, натыкаются на нее, на беду эту, раз уж она пришла туда вместе с ними. Владычицу, конечно, очень даже можно назвать опасной, хотя бы потому, что в ней столько силы, столько силы! Иной об эту силу разобьется, как корабль о скалу, иной утонет, как хоббит, если его бросить в реку. Но скалу и реку винить глупо.

    – Видимо, она поистине прекрасна, – сказал Фарамир. – Губительно прекрасна! – Ну, насчет губительно – не знаю, – возразил Сэм. – Думаю, люди сами приносят в Лориэн свою беду – и, конечно, натыкаются на нее, на беду эту, раз уж она пришла туда вместе с ними. Владычицу, конечно, очень даже можно назвать опасной, хотя бы потому, что в ней столько силы, столько силы! Иной об эту силу разобьется, как корабль о скалу, иной утонет, как хоббит, если его бросить в реку. Но скалу и реку винить глупо.

    — Фарамир · книга
14. «

    У нас в Шире говорят: не видом пригож, а делом хорош.

    У нас в Шире говорят: не видом пригож, а делом хорош.

    — Перегрин Тук (Пиппин) · книга
15. «

    О Лориэн! Придет зима – начнется листопад, И листья в реку упадут – их не вернешь назад.

    О Лориэн! Придет зима – начнется листопад, И листья в реку упадут – их не вернешь назад.

    — Галадриэль · книга
16. «

    Деревьев сколько ни есть, а все мало.

    Деревьев сколько ни есть, а все мало.

    — Леголас · книга
17. «

    Спасение наше там, откуда грозит нам гибель.

    Спасение наше там, откуда грозит нам гибель.

    — Гэндальф · книга
18. «

    Жил старый король. Белоснежно седа До костлявых колен отросла борода С тех пор, как, юный, на трон воссел. Веселья не знал он, не пил, не ел, И думал всегда об одном — о своем Богатстве в большом сундуке под замком. Его меч заржавел, его слава прошла, Бесчестен был суд и неправы дела.

    Жил старый король. Белоснежно седа До костлявых колен отросла борода С тех пор, как, юный, на трон воссел. Веселья не знал он, не пил, не ел, И думал всегда об одном — о своем Богатстве в большом сундуке под замком. Его меч заржавел, его слава прошла, Бесчестен был суд и неправы дела.

    — Приключения Тома Бомбадила и другие стихи из Алой Книги · книга
19. «

    Зачем же скитаться? От странствий — убытки.

    Зачем же скитаться? От странствий — убытки.

    — Эльф · книга
20. «

    Я учился в школе короля Эдуарда и большую часть времени тратил на изучение латыни и греческого. Но я также выучил англосаксонский, а заодно и готский. Последнее приключилось по чистой случайности, потому что в расписании готского не было.

    Я учился в школе короля Эдуарда и большую часть времени тратил на изучение латыни и греческого. Но я также выучил англосаксонский, а заодно и готский. Последнее приключилось по чистой случайности, потому что в расписании готского не было.