112 известных цитат Джозефа Редьярда Киплинга

Джозеф Редьярд Киплинг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 112 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Высокие чувства всегда немы.

   Высокие чувства всегда немы.

   — Стратегия пара · книга
2. «

   Для восхищенья, для труда, Для взора — мир не обозрим, Мне в нем судьбой была беда, Но силы нет расстаться с ним.

   Для восхищенья, для труда, Для взора — мир не обозрим, Мне в нем судьбой была беда, Но силы нет расстаться с ним.
3. «

   Служанка стала госпожой, Так не ходи к ней в дом! Но нет спасенья от раба, Который стал царем!

   Служанка стала госпожой, Так не ходи к ней в дом! Но нет спасенья от раба, Который стал царем!
4. «

   ...бедняки должны страдать хотя бы для того, чтоб он узнал цену страдания; богачи же должны платить за это. Таким образом он прославится ещё больше, а его текущий счёт в банке возрастёт.

   ...бедняки должны страдать хотя бы для того, чтоб он узнал цену страдания; богачи же должны платить за это. Таким образом он прославится ещё больше, а его текущий счёт в банке возрастёт.

   — Свет погас · книга
5. «

   Под русским флагом шел «Сполох», а звездный лежал в запас, И вместо пушки труба через борт — пугнуть врага в добрый час. (Они давно известны всем — «Балтика», «Штральзунд», «Сполох», Они триедины, как сам Господь, и надо петь о всех трех.) Сегодня «Балтика» впереди — команда котиков бьет, И котик, чуя смертный час, в отчаянье ревет. Пятнадцать тысяч отменных шкур — ей-богу, куш не плох, Но, выставив пушкой трубу через борт, из тумана вышел «Сполох». Горько бросить корабль и груз — пусть забирает черт! — Но горше плестись на верную смерть во Владивостокский порт Забывши стыд, как кролик в кусты, «Балтика» скрыла снасть, И со «Сполоха» лодки идут, чтоб краденое красть. Но не успели они забрать и часть добычи с земли, Как крейсер, бел, как будто мел, увидели вдали: На фоке плещет трехцветный флаг, нацелен пушечный ствол, От соли была труба бела, но дым из нее не шел.

   Под русским флагом шел «Сполох», а звездный лежал в запас, И вместо пушки труба через борт — пугнуть врага в добрый час. (Они давно известны всем — «Балтика», «Штральзунд», «Сполох», Они триедины, как сам Господь, и надо петь о всех трех.) Сегодня «Балтика» впереди — команда котиков бьет, И котик, чуя смертный час, в отчаянье ревет. Пятнадцать тысяч отменных шкур — ей-богу, куш не плох, Но, выставив пушкой трубу через борт, из тумана вышел «Сполох». Горько бросить корабль и груз — пусть забирает черт! — Но горше плестись на верную смерть во Владивостокский порт Забывши стыд, как кролик в кусты, «Балтика» скрыла снасть, И со «Сполоха» лодки идут, чтоб краденое красть. Но не успели они забрать и часть добычи с земли, Как крейсер, бел, как будто мел, увидели вдали: На фоке плещет трехцветный флаг, нацелен пушечный ствол, От соли была труба бела, но дым из нее не шел.
6. «

   Дружок, мой песик, никогда не пробуй уподобиться человеку. Люди своенравны, низменны, и в их поступках зачастую нет ни капли здравого смысла.

   Дружок, мой песик, никогда не пробуй уподобиться человеку. Люди своенравны, низменны, и в их поступках зачастую нет ни капли здравого смысла.

   — Торпенхау · книга
7. «

   – Бык, внесённый в виде платы десять лет тому назад? – послышались в стае ворчащие голоса. – Какое нам дело до костей, которым минуло десять лет? – Или до честного слова? – сказала Багира, оскалив белые зубы. – Правильно вас зовут Свободным Народом!

   – Бык, внесённый в виде платы десять лет тому назад? – послышались в стае ворчащие голоса. – Какое нам дело до костей, которым минуло десять лет? – Или до честного слова? – сказала Багира, оскалив белые зубы. – Правильно вас зовут Свободным Народом!

   — волки · книга
8. «

   Будь публики достоен разговором, Собою будь, гуляя с Королём, К друзей, врагов, любовников уколам Будь безразличен — меру знай во всём; В минуту смысл вдохни неумолимый, Секунд поставь себе на службу бег, Тогда Земля прошепчет: «сын любимый, Владей же всем, ты – Высший Человек!»

   Будь публики достоен разговором, Собою будь, гуляя с Королём, К друзей, врагов, любовников уколам Будь безразличен — меру знай во всём; В минуту смысл вдохни неумолимый, Секунд поставь себе на службу бег, Тогда Земля прошепчет: «сын любимый, Владей же всем, ты – Высший Человек!»
9. «

   В один очень жаркий день в мозгу Багиры появилась новая мысль, родившаяся вследствие дошедших до неё слухов. Может быть, Икки, дикобраз, предупредил пантеру; во всяком случае, раз, когда Маугли лежал в глубине джунглей, прижимаясь головой к её красивой чёрной шкуре, Багира сказала ему: — Маленький Брат, сколько раз я говорила тебе, что Шер Хан твой враг? — Столько, сколько орехов на этой пальме, — ответил Маугли, конечно, не умевший считать. — Что же из этого? Мне хочется спать, Багира, а у Шер Хана такой же длинный хвост и такой же громкий голос, как у Мао, павлина.

   В один очень жаркий день в мозгу Багиры появилась новая мысль, родившаяся вследствие дошедших до неё слухов. Может быть, Икки, дикобраз, предупредил пантеру; во всяком случае, раз, когда Маугли лежал в глубине джунглей, прижимаясь головой к её красивой чёрной шкуре, Багира сказала ему: — Маленький Брат, сколько раз я говорила тебе, что Шер Хан твой враг? — Столько, сколько орехов на этой пальме, — ответил Маугли, конечно, не умевший считать. — Что же из этого? Мне хочется спать, Багира, а у Шер Хана такой же длинный хвост и такой же громкий голос, как у Мао, павлина.

   — пантера Багира · книга
10. «

    Свинцом и сталью подтвержден, закон Сибири скор. Не смейте котиков стрелять у русских Командор!

    Свинцом и сталью подтвержден, закон Сибири скор. Не смейте котиков стрелять у русских Командор!
11. «

    В японских землях, где горят, Бумажные фонари, У Бладстрит Джо на всех языках, Болтают и пьют до зари. Над городом веет портовый шум, И не скажешь бризу, не дуй! От Иокогамы уходит отлив, На буй бросая буй.

    В японских землях, где горят, Бумажные фонари, У Бладстрит Джо на всех языках, Болтают и пьют до зари. Над городом веет портовый шум, И не скажешь бризу, не дуй! От Иокогамы уходит отлив, На буй бросая буй.
12. «

    Осклабился в смехе Рубен Пэн, достав свежевальный нож «Да, шкуру отдам и шкуру сдеру — вот вам мой дележ! Шесть тысяч в Иеддо я везу товаров меховых, А божий закон и людской закон — не северней сороковых! Ступайте с миром в пустые моря — нечего было лезть! За вас, так и быть, буду котиков брать, сколько их ни на есть».

    Осклабился в смехе Рубен Пэн, достав свежевальный нож «Да, шкуру отдам и шкуру сдеру — вот вам мой дележ! Шесть тысяч в Иеддо я везу товаров меховых, А божий закон и людской закон — не северней сороковых! Ступайте с миром в пустые моря — нечего было лезть! За вас, так и быть, буду котиков брать, сколько их ни на есть».
13. «

    She rides with half a dozen men, [She calls them «boys» and «mashers»] I trot along the Mall alone; My prettiest frocks and sashes Don’t help to fill my programme-card, And vainly I repine From ten to two A. M. Ah me! Would I were forty-nine!

    She rides with half a dozen men, [She calls them «boys» and «mashers»] I trot along the Mall alone; My prettiest frocks and sashes Don’t help to fill my programme-card, And vainly I repine From ten to two A. M. Ah me! Would I were forty-nine!
14. «

    Люди есть люди, и речь их похожа на хор лягушек в пруду.

    Люди есть люди, и речь их похожа на хор лягушек в пруду.

    — Серый Брат · книга
15. «

    Этих глаз не любил ты и лжешь, Что любишь теперь и что снова Ты в разлете бровей узнаешь Все восторги и муки былого!

    Этих глаз не любил ты и лжешь, Что любишь теперь и что снова Ты в разлете бровей узнаешь Все восторги и муки былого!
16. «

    Бывает друг, сказал Соломон, который больше чем брат. Но прежде, чем встретится в жизни он, Ты ошибешься стократ. Девяносто девять узрят в тебе лишь собственный грех, И только сотый рядом с тобою встанет — один против всех.

    Бывает друг, сказал Соломон, который больше чем брат. Но прежде, чем встретится в жизни он, Ты ошибешься стократ. Девяносто девять узрят в тебе лишь собственный грех, И только сотый рядом с тобою встанет — один против всех.
17. «

    Следствия наших поступков простираются бесконечно в пространстве и времени. Стоит хотя бы слегка задеть жизнь другого смертного, и воздействие нашей личности, как круги по воде, расходится и расходится в запредельность, так что сами далёкие боги не ведают, затухнет ли где это сотрясение.

    Следствия наших поступков простираются бесконечно в пространстве и времени. Стоит хотя бы слегка задеть жизнь другого смертного, и воздействие нашей личности, как круги по воде, расходится и расходится в запредельность, так что сами далёкие боги не ведают, затухнет ли где это сотрясение.

    — Воскресенье на родине · книга
18. «

    Нет на свете ничего труднее, как испугать мангуста, потому что он от носа до хвоста весь горит любопытством. «Беги Разузнай и Разнюхай» — начертано на семейном гербе у мангустов, а Рикки-Тикки был чистокровный мангуст.

    Нет на свете ничего труднее, как испугать мангуста, потому что он от носа до хвоста весь горит любопытством. «Беги Разузнай и Разнюхай» — начертано на семейном гербе у мангустов, а Рикки-Тикки был чистокровный мангуст.

    — Рикки-Тикки-Тави · книга
19. «

    I go to concert, party, ball — What profit is in these? I sit alone against the wall And strive to look at ease. The incense that is mine by right They burn before her shrine; And that’s because I’m seventeen And She is forty-nine.

    I go to concert, party, ball — What profit is in these? I sit alone against the wall And strive to look at ease. The incense that is mine by right They burn before her shrine; And that’s because I’m seventeen And She is forty-nine.
20. «

    Он всесторонне проклял нашу славную Конституцию и родную речь — в корень, в ветви и в парадигму, склоняя их на самые замысловатые лады.

    Он всесторонне проклял нашу славную Конституцию и родную речь — в корень, в ветви и в парадигму, склоняя их на самые замысловатые лады.

    — Воскресенье на родине · книга