653 цитаты Эриха Марии Ремарка

Эрих Мария Ремарк — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 653 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   С помощью ловких пропусков, извращений и одностороннего истолкования можно вызвать сомнение в чём угодно и опровергнуть всё на свете.

   С помощью ловких пропусков, извращений и одностороннего истолкования можно вызвать сомнение в чём угодно и опровергнуть всё на свете.

   — Бодендик · книга
2. «

   Нет смеха непорочнее и чище, чем у людей, которым знакомо глубочайшее горе.

   Нет смеха непорочнее и чище, чем у людей, которым знакомо глубочайшее горе.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Теперь же книги превратились для него в своего рода оборонительный вал, и хотя реальной защиты они не давали, в них всё же можно было найти какую-то опору. Они не особенно помогал жить, но спасали от отчаяния в эпоху, когда мир неудержимо катился в непроглядную тьму мрачной пропасти. Они не давали отчаиваться, и этого было достаточно.

   Теперь же книги превратились для него в своего рода оборонительный вал, и хотя реальной защиты они не давали, в них всё же можно было найти какую-то опору. Они не особенно помогал жить, но спасали от отчаяния в эпоху, когда мир неудержимо катился в непроглядную тьму мрачной пропасти. Они не давали отчаиваться, и этого было достаточно.

   — Триумфальная арка · книга
4. «

   Люби меня. Скажи мне, что любишь меня, я из-за этого делаюсь лучше.

   Люби меня. Скажи мне, что любишь меня, я из-за этого делаюсь лучше.

   — Скажи мне, что ты меня любишь · книга
5. «

   Неужели ему ещё не внушили, что никогда нельзя спрашивать женщину, счастлива ли она?

   Неужели ему ещё не внушили, что никогда нельзя спрашивать женщину, счастлива ли она?

   — Лилиан Дюнкерк · книга
6. «

   Да здравствует депрессия – оборотная сторона радости!

   Да здравствует депрессия – оборотная сторона радости!

   — Штайнер · книга
7. «

   Она была очень хороша, и он знал, что любит её. Она не была прекрасна, как статуя или картина; она была прекрасна, как луг, овеваемый ветром. В ней билась жизнь, та самая жизнь, которая, случайно столкнув две клетки в лоне матери, создала её именно такой.

   Она была очень хороша, и он знал, что любит её. Она не была прекрасна, как статуя или картина; она была прекрасна, как луг, овеваемый ветром. В ней билась жизнь, та самая жизнь, которая, случайно столкнув две клетки в лоне матери, создала её именно такой.

   — Равик · книга
8. «

   Человек всего лишь человек.

   Человек всего лишь человек.

   — Матильда Штосс · книга
9. «

   Мы жили вне времени. Если всё затоплено чувством, места для времени не остается.

   Мы жили вне времени. Если всё затоплено чувством, места для времени не остается.

   — Рассказчик · книга
10. «

    — Вы не любите говорить о себе, не правда ли? — Я даже думать не люблю о себе.

    — Вы не любите говорить о себе, не правда ли? — Я даже думать не люблю о себе.

    — Кэт · книга
11. «

    Удивительно, что при самых естественных вещах человек краснеет. При пошлых — никогда.

    Удивительно, что при самых естественных вещах человек краснеет. При пошлых — никогда.

    — Марилл · книга
12. «

    Ведь Гитлер не только другим прожужжал уши — он и сам верит в то, что он апостол мира и что войну навязали ему другие. И вместе с ним в это верят пятьдесят миллионов немцев.

    Ведь Гитлер не только другим прожужжал уши — он и сам верит в то, что он апостол мира и что войну навязали ему другие. И вместе с ним в это верят пятьдесят миллионов немцев.

    — Ночь в Лиссабоне · книга
13. «

    Всякая любовь хочет быть вечной, в этом и состоит её вечная мука.

    Всякая любовь хочет быть вечной, в этом и состоит её вечная мука.

    — Роберт Локамп · книга
14. «

    Мы, люди, — странный народ. Мы стесняемся обнаруживать свои эмоции перед ближними, даже если хорошо знаем друг друга, — а часто и перед самими собой. Поэтому каждый из нас будет чувствовать себя в одиночестве — настолько, что даже не сможет увидеть лица соседей.

    Мы, люди, — странный народ. Мы стесняемся обнаруживать свои эмоции перед ближними, даже если хорошо знаем друг друга, — а часто и перед самими собой. Поэтому каждый из нас будет чувствовать себя в одиночестве — настолько, что даже не сможет увидеть лица соседей.

    — Фриц Шрамм · книга
15. «

    Хорошо, когда можешь назвать по имени причину своих бед, не так ли? Тогда всё намного проще.

    Хорошо, когда можешь назвать по имени причину своих бед, не так ли? Тогда всё намного проще.

    — Роберт Росс · книга
16. «

    Когда одна из сторон только поддакивает, взаимопонимание даётся удивительно легко.

    Когда одна из сторон только поддакивает, взаимопонимание даётся удивительно легко.

    — Людвиг Керн · книга
17. «

    Я опять забыл. Неожиданные мысли часто забываются.

    Я опять забыл. Неожиданные мысли часто забываются.

    — Хунгерман · книга
18. «

    Только глупец побеждает в жизни, умник видит слишком много препятствий и теряет уверенность, не успев еще ничего начать. В трудные времена наивность — это самое драгоценное сокровище, это волшебный плащ, скрывающий те опасности, на которые умник прямо наскакивает, как загипнотизированный.

    Только глупец побеждает в жизни, умник видит слишком много препятствий и теряет уверенность, не успев еще ничего начать. В трудные времена наивность — это самое драгоценное сокровище, это волшебный плащ, скрывающий те опасности, на которые умник прямо наскакивает, как загипнотизированный.

    — Фердинанд Грау · книга
19. «

    Слова таяли в сумраке, они утратили свой смысл, а то, что было полно смысла, жило без слов, и о нем невозможно было говорить.

    Слова таяли в сумраке, они утратили свой смысл, а то, что было полно смысла, жило без слов, и о нем невозможно было говорить.

    — Время жить и время умирать · книга
20. «

    Атмосфера — это ореол, излучение, тепло, таинственность — всё, что одушевляет красоту и делает её живой.

    Атмосфера — это ореол, излучение, тепло, таинственность — всё, что одушевляет красоту и делает её живой.

    — Готтфрид Ленц · книга