128 цитат Этеля Лилиана Войнича, ставших крылатыми

Этель Лилиан Войнич — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 128 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Берите его [будущее], пока оно ваше, и думайте не о том дурном, что вами когда-то сделано, а о том хорошем, что вы еще можете сделать.

   Берите его [будущее], пока оно ваше, и думайте не о том дурном, что вами когда-то сделано, а о том хорошем, что вы еще можете сделать.

   — Чезаре Мартини · книга
2. «

   Предать любовь может только тот, кого любят…

   Предать любовь может только тот, кого любят…

   — Прерванная дружба · книга
3. «

   — Вы прислали на расстрел новобранцев, полковник! Посмотрим, может быть, у меня что-нибудь получится... Ну, молодцы! На левом фланге, держать ружье выше! Это карабин, а не сковородка! Ну, теперь, готовьсь!... Цельсь!... — Пли! — Крикнул полковник, бросаясь вперёд. Нельзя было стерпеть, чтобы этот человек сам командовал своим расстрелом.

   — Вы прислали на расстрел новобранцев, полковник! Посмотрим, может быть, у меня что-нибудь получится... Ну, молодцы! На левом фланге, держать ружье выше! Это карабин, а не сковородка! Ну, теперь, готовьсь!... Цельсь!... — Пли! — Крикнул полковник, бросаясь вперёд. Нельзя было стерпеть, чтобы этот человек сам командовал своим расстрелом.

   — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
4. «

   Мы, атеисты, считаем, что человек должен нести свое бремя, как бы тяжко оно ни было. Если же он упадет – тем хуже для него. Но христианин скулит и взывает к богу, к своим святым, а если они не помогают, то даже к врагам, лишь бы найти спину, на которую можно взвалить свою ношу, Неужели в вашей библии, в ваших молитвенниках, во всех ваших лицемерных богословских книгах недостаточно всяких правил, что вы приходите ко мне и спрашиваете, как вам поступить?

   Мы, атеисты, считаем, что человек должен нести свое бремя, как бы тяжко оно ни было. Если же он упадет – тем хуже для него. Но христианин скулит и взывает к богу, к своим святым, а если они не помогают, то даже к врагам, лишь бы найти спину, на которую можно взвалить свою ношу, Неужели в вашей библии, в ваших молитвенниках, во всех ваших лицемерных богословских книгах недостаточно всяких правил, что вы приходите ко мне и спрашиваете, как вам поступить?

   — Овод · книга
5. «

   …Человеку приходится считаться со слабостями собственной натуры: так уж он устроен, что не может жить совсем без привязанностей.

   …Человеку приходится считаться со слабостями собственной натуры: так уж он устроен, что не может жить совсем без привязанностей.

   — Прерванная дружба · книга
6. «

   Нет дурака глупее умного дурака.

   Нет дурака глупее умного дурака.

   — Сними обувь твою · книга
7. «

   Давайте помолчим. Когда один из нас умрет, другой вспомнит эти минуты. Забудем шумный мир, который так назойливо жужжит нам в уши, пойдем рука об руку в таинственные чертоги смерти и опустимся там на ложе, усыпанное дремотными маками. Молчите! Не надо говорить.

   Давайте помолчим. Когда один из нас умрет, другой вспомнит эти минуты. Забудем шумный мир, который так назойливо жужжит нам в уши, пойдем рука об руку в таинственные чертоги смерти и опустимся там на ложе, усыпанное дремотными маками. Молчите! Не надо говорить.

   — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
8. «

   Но выражение усталой покорности уже слетело с его лица. Ужас, давивший в ночной тиши, сновидения, переносившие его в мир теней, исчезли вместе с ночью, которая породила их. Как только засияло солнце и Овод встретился лицом к лицу со своими врагами, воля вернулась к нему, и он уже ничего не боялся.

   Но выражение усталой покорности уже слетело с его лица. Ужас, давивший в ночной тиши, сновидения, переносившие его в мир теней, исчезли вместе с ночью, которая породила их. Как только засияло солнце и Овод встретился лицом к лицу со своими врагами, воля вернулась к нему, и он уже ничего не боялся.

   — Овод · книга
9. «

   — Ах, Рене, Рене, вы навсегда останетесь ребенком! — Вежливый намек на то, что я навсегда останусь ослом? — Скажем — херувимом.

   — Ах, Рене, Рене, вы навсегда останетесь ребенком! — Вежливый намек на то, что я навсегда останусь ослом? — Скажем — херувимом.

   — Рене · книга
10. «

    Унция свинца — превосходное средство от бессонницы.

    Унция свинца — превосходное средство от бессонницы.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
11. «

    Не забывайте, то, что действительно нужно изменить, это отношение человека к человеку.

    Не забывайте, то, что действительно нужно изменить, это отношение человека к человеку.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
12. «

    Бесконтрольная власть развращает людей.

    Бесконтрольная власть развращает людей.

    — Овод · книга
13. «

    — Вам надели их [наручники] на свежую рану? — Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.

    — Вам надели их [наручники] на свежую рану? — Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
14. «

    Смерть не избавляет человека от последствий его поступков.

    Смерть не избавляет человека от последствий его поступков.

    — Маргарита · книга
15. «

    Можно простить все человеческие слабости, кроме трусости.

    Можно простить все человеческие слабости, кроме трусости.

    — Дюпре · книга
16. «

    Если бы каждый из нас мог начать жизнь сначала, многие вообще не пожелали бы родиться.

    Если бы каждый из нас мог начать жизнь сначала, многие вообще не пожелали бы родиться.

    — Владимир · книга
17. «

    Ведь богу всё равно. Он привык спасать мир ценой чужих страданий.

    Ведь богу всё равно. Он привык спасать мир ценой чужих страданий.

    — Феликс Риварес · книга
18. «

    Сейчас я уже достаточно отвечаю за свои слова, чтобы знать, что я за них не отвечаю.

    Сейчас я уже достаточно отвечаю за свои слова, чтобы знать, что я за них не отвечаю.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
19. «

    На небесах, вероятно, н-немало духов, н-никогда еще не видавших такой диковинки, как честный кардинал. А духи — большие охотники до новинок.

    На небесах, вероятно, н-немало духов, н-никогда еще не видавших такой диковинки, как честный кардинал. А духи — большие охотники до новинок.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга
20. «

    …Признания в любви нельзя повторять.

    …Признания в любви нельзя повторять.

    — Артур Бертон / Феличе Риварес (Овод) · книга