Подборка: 72 цитаты Федора Сологуба

Подборка из 72 цитаты Федора Сологуба: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Построить жизнь по идеалам добра и красоты! С этими людьми и этим телом! Невозможно! Как замкнуться от людской пошлости, как уберечься от людей! Мы все вместе живем, и как бы одна душа томится во всем многоликом человечестве. Мир весь во мне. Но страшно, что он таков, каков он есть.

   Построить жизнь по идеалам добра и красоты! С этими людьми и этим телом! Невозможно! Как замкнуться от людской пошлости, как уберечься от людей! Мы все вместе живем, и как бы одна душа томится во всем многоликом человечестве. Мир весь во мне. Но страшно, что он таков, каков он есть.

   — Елена · книга
2. «

   Она — всегда немая Галатея. А я — страдающий, любя, Пигмалион.

   Она — всегда немая Галатея. А я — страдающий, любя, Пигмалион.

   — Лелька · книга
3. «

   Не верь тому, что возвестили Преданья темной старины, Что есть предел любовной силе, Что ей ущербы суждены.

   Не верь тому, что возвестили Преданья темной старины, Что есть предел любовной силе, Что ей ущербы суждены.
4. «

   Запутались в толпе, тёмной и безликой, – как челнок запутался в тростнике.

   Запутались в толпе, тёмной и безликой, – как челнок запутался в тростнике.

   — В толпе · книга
5. «

   Преступники, извините, не всегда бывают достаточно изобретательны. Люди благонамеренные не напрасно жалуются на современную биллетристику, ибо она снабжает преступные элементы населения адскими замыслами и весьма, до тонкости разработанными преступными планами. Сочинители люди остроумные: они изобретают, а преступникам остается только применять.

   Преступники, извините, не всегда бывают достаточно изобретательны. Люди благонамеренные не напрасно жалуются на современную биллетристику, ибо она снабжает преступные элементы населения адскими замыслами и весьма, до тонкости разработанными преступными планами. Сочинители люди остроумные: они изобретают, а преступникам остается только применять.

   — Кундик-Разноходский · книга
6. «

   ...каждый боялся, что его сочтут глупым, если он станет спорить, а вдруг окажется, что это — правда.

   ...каждый боялся, что его сочтут глупым, если он станет спорить, а вдруг окажется, что это — правда.

   — Мелкий бес · книга
7. «

   Да, начальникам совсем иначе живется на свете.

   Да, начальникам совсем иначе живется на свете.

   — Ардальон Борисович Передонов · книга
8. «

   Не скажешь, какими путями Приходит к нам в душу печаль, Лицо умывая слезами, Туманом окутавши даль.

   Не скажешь, какими путями Приходит к нам в душу печаль, Лицо умывая слезами, Туманом окутавши даль.
9. «

   В поле не видно ни зги. Кто-то зовет: «Помоги!» Что я могу? Сам я и беден и мал, Сам я смертельно устал, Как помогу?

   В поле не видно ни зги. Кто-то зовет: «Помоги!» Что я могу? Сам я и беден и мал, Сам я смертельно устал, Как помогу?
10. «

    Передонов не любил размышлять. В первую минуту он всегда верил тому, что ему скажут.

    Передонов не любил размышлять. В первую минуту он всегда верил тому, что ему скажут.

    — Мелкий бес · книга
11. «

    Директор, Николай Власьевич Храпов, имел известное число правил, которые столь удобно прикладывались к жизни, что придерживаться их было нисколько необременительно. По службе он спокойно исполнял все, что требовалось законами или распоряжениями начальства, а также правилами общепринятого умеренного либерализма. Поэтому начальство, родители и ученики были довольны директором.

    Директор, Николай Власьевич Храпов, имел известное число правил, которые столь удобно прикладывались к жизни, что придерживаться их было нисколько необременительно. По службе он спокойно исполнял все, что требовалось законами или распоряжениями начальства, а также правилами общепринятого умеренного либерализма. Поэтому начальство, родители и ученики были довольны директором.

    — Мелкий бес · книга
12. «

    Только грустно мне порою, Отчего ты не со мною, Полуночная Лилит, Ты, чей лик над сонной мглою, Скрытый маскою – луною, Тихо всходит и скользит.

    Только грустно мне порою, Отчего ты не со мною, Полуночная Лилит, Ты, чей лик над сонной мглою, Скрытый маскою – луною, Тихо всходит и скользит.
13. «

    Я — царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою. Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком, который уступает и отдает свое.

    Я — царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою. Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком, который уступает и отдает свое.

    — Метейя · книга
14. «

    В этом полудиком городе для съехашихся отовсюду почетных гостей и властей устраивались торжества и пиршества, никому не нужные, и щедро тратили на эту пустую и глупую затею деньги, которых не хватало на школы и больницы. И для простого народа. — нельзя же без него обойтись, — готовились увеселения на городском выгоне. Для раздачи народу изготовили подарки. Предполагали давать каждому кружку с городским гербом и узелок: платок с видом Мстиславля, и в нем пряники да орехи. Заготовляли заблаговременно, — а потому пряники стали ко дню праздника черствые, а орехи — гнилые.

    В этом полудиком городе для съехашихся отовсюду почетных гостей и властей устраивались торжества и пиршества, никому не нужные, и щедро тратили на эту пустую и глупую затею деньги, которых не хватало на школы и больницы. И для простого народа. — нельзя же без него обойтись, — готовились увеселения на городском выгоне. Для раздачи народу изготовили подарки. Предполагали давать каждому кружку с городским гербом и узелок: платок с видом Мстиславля, и в нем пряники да орехи. Заготовляли заблаговременно, — а потому пряники стали ко дню праздника черствые, а орехи — гнилые.

    — В толпе · книга
15. «

    Есть правда горькая в пророчестве: Ты должен вечным быть рабом. Свобода — только в одиночестве. Какое рабство — быть вдвоём.

    Есть правда горькая в пророчестве: Ты должен вечным быть рабом. Свобода — только в одиночестве. Какое рабство — быть вдвоём.
16. «

    Если скажешь: — Упоенье есть невиннее любви! - То поэта вдохновенье вдохновеньем не зови,

    Если скажешь: — Упоенье есть невиннее любви! - То поэта вдохновенье вдохновеньем не зови,
17. «

    Мы живем среди природы, которая вся насквозь проникнута стремление к жизни. Тысячелетия тому назад волевая энергия природы была так велика, что возникли бесчисленные разновидности жизни на земле. Теперь энергия природы принимает иной характер: природа стремится не только к бытию, — она стремится к тому, чтобы осознать себя. Нас окружает страстное желание не только быть, но быть самым сознательным, — быть человеком, и более, чем человеком.

    Мы живем среди природы, которая вся насквозь проникнута стремление к жизни. Тысячелетия тому назад волевая энергия природы была так велика, что возникли бесчисленные разновидности жизни на земле. Теперь энергия природы принимает иной характер: природа стремится не только к бытию, — она стремится к тому, чтобы осознать себя. Нас окружает страстное желание не только быть, но быть самым сознательным, — быть человеком, и более, чем человеком.

    — Приклонский · книга
18. «

    Передонов привязал кота на веревку, — ошейник сделал из носового платка, — и повел в парикмахерскую. Кот дико мяукал, метался, упирался, иногда в отчаянии бросался он на Передонова, но Передонов отстранял его палкою. Мальчишки толпою бежали сзади, гукали, хохотали. Прохожие останавливались. Из окон выглядывали на шум. Передонов угрюмо тянул кота за веревку, ничем не смущаясь. Привел-таки и сказал парикмахеру: «Хозяин, кота побрей, да поглаже». Парикмахер обиделся, покраснел. Он сказал дрожащим голосом:»Извините, господин, мы этакими делами не занимаемся. И даже не приходилось видеть бритых котов. Это, должно быть, самая последняя мода, до нас еще не дошла.

    Передонов привязал кота на веревку, — ошейник сделал из носового платка, — и повел в парикмахерскую. Кот дико мяукал, метался, упирался, иногда в отчаянии бросался он на Передонова, но Передонов отстранял его палкою. Мальчишки толпою бежали сзади, гукали, хохотали. Прохожие останавливались. Из окон выглядывали на шум. Передонов угрюмо тянул кота за веревку, ничем не смущаясь. Привел-таки и сказал парикмахеру: «Хозяин, кота побрей, да поглаже». Парикмахер обиделся, покраснел. Он сказал дрожащим голосом:»Извините, господин, мы этакими делами не занимаемся. И даже не приходилось видеть бритых котов. Это, должно быть, самая последняя мода, до нас еще не дошла.

    — Мелкий бес · книга
19. «

    Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

    Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

    — Мелкий бес · книга
20. «

    Жаждет сердце тишины, Сердце бедное, больное. Качая, уврачую Усталое, больное. Забуду всю явь земную, Забуду земные сны, Качаясь на прибое Рокочущей волны. Сердце бедное, больное, Ты дождешься тишины.

    Жаждет сердце тишины, Сердце бедное, больное. Качая, уврачую Усталое, больное. Забуду всю явь земную, Забуду земные сны, Качаясь на прибое Рокочущей волны. Сердце бедное, больное, Ты дождешься тишины.