466 цитат Ирвина Ялома, ставших крылатыми

Ниже 466 цитат Ирвина Ялома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человек боится смерти тем больше, чем меньше он по-настоящему проживает свою жизнь и чем больше его нереализованный потенциал.

   Человек боится смерти тем больше, чем меньше он по-настоящему проживает свою жизнь и чем больше его нереализованный потенциал.

   — Лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы · книга
2. «

   Имейте смелость менять свои убеждения!

   Имейте смелость менять свои убеждения!

   — Когда Ницше плакал · книга
3. «

   … сны – это восхитительная тайна, которая молит разгадать её. Я завидую вам: вы можете видеть сны.

   … сны – это восхитительная тайна, которая молит разгадать её. Я завидую вам: вы можете видеть сны.

   — Фридрих Ницше · книга
4. «

   На каждое «да» есть своё «нет».

   На каждое «да» есть своё «нет».

   — Шопенгауэр как лекарство · книга
5. «

   … жизнь нельзя откладывать на потом, её надо прожить сейчас, не оставлять до выходных, до отпуска, до того времени, когда дети пойдут в университет, до пенсии, когда уже не будет сил и возможностей. Я неоднократно слышал, как кто-то из участниц группы жаловался: «Ну почему я по-настоящему научилась жить только сейчас, когда моё тело изрешечено раком?»

   … жизнь нельзя откладывать на потом, её надо прожить сейчас, не оставлять до выходных, до отпуска, до того времени, когда дети пойдут в университет, до пенсии, когда уже не будет сил и возможностей. Я неоднократно слышал, как кто-то из участниц группы жаловался: «Ну почему я по-настоящему научилась жить только сейчас, когда моё тело изрешечено раком?»

   — Мамочка и смысл жизни. Психотерапевтические истории · книга
6. «

   Да, я не могу отрицать, что жизнь в старости – это одна чёртова утрата за другой. Но, несмотря на это, на своём седьмом, восьмом и девятом десятке я обрёл гораздо большее спокойствие и счастье, чем мне когда-либо представлялось возможным.

   Да, я не могу отрицать, что жизнь в старости – это одна чёртова утрата за другой. Но, несмотря на это, на своём седьмом, восьмом и девятом десятке я обрёл гораздо большее спокойствие и счастье, чем мне когда-либо представлялось возможным.

   — Как я стал собой. Воспоминания · книга
7. «

   Может быть, она слишком поспешила с утверждением, что сетевые отношения слишком обезличенные. А может быть, как раз наоборот. Может быть, сетевая дружба – более подлинная, более сложная, так как не зависит от чисто внешних, физических атрибутов человека.

   Может быть, она слишком поспешила с утверждением, что сетевые отношения слишком обезличенные. А может быть, как раз наоборот. Может быть, сетевая дружба – более подлинная, более сложная, так как не зависит от чисто внешних, физических атрибутов человека.

   — Мамочка и смысл жизни. Психотерапевтические истории · книга
8. «

   У романтической любви есть одно неизменное качество: она никогда не остаётся навсегда – эфемерность является частью природы этого влюблённого ослепления. Но не пытайтесь приблизить её кончину. Не пытайтесь соперничать с любовью, так же как не стали бы пытаться соперничать с сильными религиозными убеждениями – это дуэль, в которой невозможно победить (и существует определённое сходство между влюблённостью и переживанием религиозного экстаза: один мой пациент называл это состояние «состоянием Сикстинской капеллы», другой описывал свою любовь как небесное, не подверженное гибели состояние).

   У романтической любви есть одно неизменное качество: она никогда не остаётся навсегда – эфемерность является частью природы этого влюблённого ослепления. Но не пытайтесь приблизить её кончину. Не пытайтесь соперничать с любовью, так же как не стали бы пытаться соперничать с сильными религиозными убеждениями – это дуэль, в которой невозможно победить (и существует определённое сходство между влюблённостью и переживанием религиозного экстаза: один мой пациент называл это состояние «состоянием Сикстинской капеллы», другой описывал свою любовь как небесное, не подверженное гибели состояние).

   — Дар психотерапии · книга
9. «

   Полное принятие ответственности за свои действия расширяет границы вины, уменьшая возможности бегства. Индивидуум уже не может спокойно удовлетвориться таким алиби, как «Я не имел этого в виду», «Я не мог ничего поделать», «Я следовал непреодолимому импульсу».

   Полное принятие ответственности за свои действия расширяет границы вины, уменьшая возможности бегства. Индивидуум уже не может спокойно удовлетвориться таким алиби, как «Я не имел этого в виду», «Я не мог ничего поделать», «Я следовал непреодолимому импульсу».

   — Экзистенциальная психотерапия · книга
10. «

    Чтобы стареть красиво, нужно смириться с тем, что наши возможности ограничены.

    Чтобы стареть красиво, нужно смириться с тем, что наши возможности ограничены.

    — Шопенгауэр как лекарство · книга
11. «

    У меня бывают мрачные периоды. А у кого их не бывает? Но они не властны надо мной. Это не моя болезнь, это моя жизнь. Можно сказать, что я осмеливаюсь их иметь.

    У меня бывают мрачные периоды. А у кого их не бывает? Но они не властны надо мной. Это не моя болезнь, это моя жизнь. Можно сказать, что я осмеливаюсь их иметь.

    — Когда Ницше плакал · книга
12. «

    Цель терапии и про­работки переноса заключается в том, чтобы помочь пациенту отделиться от родителей, развить автономию и целост­ность.

    Цель терапии и про­работки переноса заключается в том, чтобы помочь пациенту отделиться от родителей, развить автономию и целост­ность.

    — Маршал · книга
13. «

    Джил, пациентка, долгое время страдающая страхом смерти, привыкла ставить знак равенства между смертью и бессмысленностью. Когда я попросил рассказать, откуда пришла подобная мысль, Джил отчётливо вспомнила, как впервые подумала об этом. Закрыв глаза, она описала такую сцену: ей девять лет, она сидит на кресле-качалке на веранде и горюет о смерти любимой собачки. – Вот тогда, – рассказала Джил, – я и поняла, что, если все мы должны умереть, то ни в чём нет ни малейшего смысла. Нет смысла играть на пианино, как следует застилать постель, получать золотые звёздочки за отличную посещаемость в школе. Зачем эти звёздочки, если все они исчезнут? – Джил, – ответил я ей, – у вас девятилетняя дочь. Представьте, что она спросит вас: «Если мы умрём, то для чего тогда жить? И как жить?» Что бы вы ей ответили? Она ответила без колебаний: – Я бы объяснила ей, что в жизни есть много радостей, рассказала о красоте лесов, о том, как здорово проводить время с друзьями и с семьёй, о счастье делиться с людьми своей любовью, чтобы после нас мир стал чуточку лучше… Высказавшись, она откинулась на спинку кресла и широко открыла глаза, изумлённая своими же словами. Весь ей вид выражал недоумение: откуда это взялось? – Отличный ответ, Джил. В глубине души вы всё знаете. Это уже не первый раз, когда вам удаётся найти истину, воображая, что вы даёте советы своей дочери. А теперь вам нужно научиться быть мамой самой себе.

    Джил, пациентка, долгое время страдающая страхом смерти, привыкла ставить знак равенства между смертью и бессмысленностью. Когда я попросил рассказать, откуда пришла подобная мысль, Джил отчётливо вспомнила, как впервые подумала об этом. Закрыв глаза, она описала такую сцену: ей девять лет, она сидит на кресле-качалке на веранде и горюет о смерти любимой собачки. – Вот тогда, – рассказала Джил, – я и поняла, что, если все мы должны умереть, то ни в чём нет ни малейшего смысла. Нет смысла играть на пианино, как следует застилать постель, получать золотые звёздочки за отличную посещаемость в школе. Зачем эти звёздочки, если все они исчезнут? – Джил, – ответил я ей, – у вас девятилетняя дочь. Представьте, что она спросит вас: «Если мы умрём, то для чего тогда жить? И как жить?» Что бы вы ей ответили? Она ответила без колебаний: – Я бы объяснила ей, что в жизни есть много радостей, рассказала о красоте лесов, о том, как здорово проводить время с друзьями и с семьёй, о счастье делиться с людьми своей любовью, чтобы после нас мир стал чуточку лучше… Высказавшись, она откинулась на спинку кресла и широко открыла глаза, изумлённая своими же словами. Весь ей вид выражал недоумение: откуда это взялось? – Отличный ответ, Джил. В глубине души вы всё знаете. Это уже не первый раз, когда вам удаётся найти истину, воображая, что вы даёте советы своей дочери. А теперь вам нужно научиться быть мамой самой себе.

    — Вглядываясь в солнце. Жизнь без страха смерти · книга
14. «

    В предшествующей главе о профессиональных опасностях я описывал трудную, никогда не оканчивающуюся работу по самоисследованию, которой требует наша профессия. Но уже само требование – скорее привилегия, нежели бремя, поскольку оно имеет встроенный механизм против стагнации. Активный терапевт всегда развивается, всегда наращивает знания о себе и осознанность. Как можно подводить других к исследованию глубоких структур разума и бытия, не изучая при этом одновременно самого себя?

    В предшествующей главе о профессиональных опасностях я описывал трудную, никогда не оканчивающуюся работу по самоисследованию, которой требует наша профессия. Но уже само требование – скорее привилегия, нежели бремя, поскольку оно имеет встроенный механизм против стагнации. Активный терапевт всегда развивается, всегда наращивает знания о себе и осознанность. Как можно подводить других к исследованию глубоких структур разума и бытия, не изучая при этом одновременно самого себя?

    — Дар психотерапии · книга
15. «

    Одна женщина <…> избегала смотреть на меня и задавать мне какие бы то ни было личные вопросы, даже тогда, например, когда я явился на сеанс на костылях после хирургической операции на колене. Когда я задал ей прямой вопрос, она объяснила: – Я не хочу, чтобы ваша жизнь была рассказом. – Рассказом? – переспросил я. – Что вы имеете в виду? – Я хочу сохранить вас вне времени. А у рассказа есть начало, середина и конец… Особенно конец.

    Одна женщина <…> избегала смотреть на меня и задавать мне какие бы то ни было личные вопросы, даже тогда, например, когда я явился на сеанс на костылях после хирургической операции на колене. Когда я задал ей прямой вопрос, она объяснила: – Я не хочу, чтобы ваша жизнь была рассказом. – Рассказом? – переспросил я. – Что вы имеете в виду? – Я хочу сохранить вас вне времени. А у рассказа есть начало, середина и конец… Особенно конец.

    — Дар психотерапии · книга
16. «

    Вы наказываете себя за что-то, что вы сделали раньше, четыре года назад, когда Крисси умирала. Вы наказываете себя за что-то, что вы делаете сейчас, за что-то, что вы продолжаете делать в этот самый момент. Вы цепляетесь за неё, пытаясь удержать её в этой жизни, хотя знаете, что она принадлежит иной. Позволить ей уйти не значит отказаться от неё или не любить её – как раз наоборот, это значит по-настоящему её любить – любить так сильно, чтобы отпустить её в другую жизнь.

    Вы наказываете себя за что-то, что вы сделали раньше, четыре года назад, когда Крисси умирала. Вы наказываете себя за что-то, что вы делаете сейчас, за что-то, что вы продолжаете делать в этот самый момент. Вы цепляетесь за неё, пытаясь удержать её в этой жизни, хотя знаете, что она принадлежит иной. Позволить ей уйти не значит отказаться от неё или не любить её – как раз наоборот, это значит по-настоящему её любить – любить так сильно, чтобы отпустить её в другую жизнь.

    — Палач любви · книга
17. «

    … наиболее очевидным, наиболее интуитивно ясным является факт смерти. Ещё в детстве, гораздо раньше, чем обычно думают, мы узнаём, что смерть придёт, что она неизбежна. Несмотря на это, по словам Спинозы, «всё стремится сохраниться в своём собственном бытии». В самой основе человека лежит конфликт между желанием продолжать жить и осознанием неизбежности смерти.

    … наиболее очевидным, наиболее интуитивно ясным является факт смерти. Ещё в детстве, гораздо раньше, чем обычно думают, мы узнаём, что смерть придёт, что она неизбежна. Несмотря на это, по словам Спинозы, «всё стремится сохраниться в своём собственном бытии». В самой основе человека лежит конфликт между желанием продолжать жить и осознанием неизбежности смерти.

    — Палач любви · книга
18. «

    Ваше великодушие, ваш долг, ваша преданность – это стены вашей же тюрьмы.

    Ваше великодушие, ваш долг, ваша преданность – это стены вашей же тюрьмы.

    — Фридрих Ницше · книга
19. «

    Забавно: в детстве у него была на вооружении концепция, которую он так и не смог увидеть во всем великолепии, – он был «исключительно одаренным парнем» – как и мы все, – но так и не понял, в чем заключалась эта одаренность. Он так и не понял, что его долг состоит в совершенствовании характера, преодолении себя, своей культуры, своей семьи, похоти, грубой животной природы, стать тем, кто он есть, и тем, что он есть. Он так и не вырос, так и не сбросил свою первую кожу: он увидел свое призвание в достижении материальных и профессиональных целей. И когда он достиг всего этого, так и не заглушив тот голос, который говорил ему: «Стань собой», он отчаялся и начал жаловаться на то, что его обманули. Даже сейчас он так ничего и не понимает!

    Забавно: в детстве у него была на вооружении концепция, которую он так и не смог увидеть во всем великолепии, – он был «исключительно одаренным парнем» – как и мы все, – но так и не понял, в чем заключалась эта одаренность. Он так и не понял, что его долг состоит в совершенствовании характера, преодолении себя, своей культуры, своей семьи, похоти, грубой животной природы, стать тем, кто он есть, и тем, что он есть. Он так и не вырос, так и не сбросил свою первую кожу: он увидел свое призвание в достижении материальных и профессиональных целей. И когда он достиг всего этого, так и не заглушив тот голос, который говорил ему: «Стань собой», он отчаялся и начал жаловаться на то, что его обманули. Даже сейчас он так ничего и не понимает!

    — Фридрих Ницше · книга
20. «

    Я всегда считал психотерапию скорее призванием, чем профессией. Если главной мотивацией человека является накопление богатства, а не служением людям, в таком случае для него жизнь психотерапевта – не лучший карьерный выбор.

    Я всегда считал психотерапию скорее призванием, чем профессией. Если главной мотивацией человека является накопление богатства, а не служением людям, в таком случае для него жизнь психотерапевта – не лучший карьерный выбор.

    — Дар психотерапии · книга