66 цитат, которые говорил Роберт Льюис Стивенсон

Роберт Льюис Стивенсон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 66 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Между хорошим обедом и долгой жизнью только та разница, что за обедом сладкое подают в конце.

   Между хорошим обедом и долгой жизнью только та разница, что за обедом сладкое подают в конце.

   — Вилли с мельницы · книга
2. «

   Тот, у кого нет своих убеждений, не должен вытаскивать меча из ножен.

   Тот, у кого нет своих убеждений, не должен вытаскивать меча из ножен.

   — Алисия Ройзэнгэм · книга
3. «

   Нечистая совесть — лютый враг покоя!

   Нечистая совесть — лютый враг покоя!

   — Пул · книга
4. «

   В чужих краях он появляется нежданно-негаданно и привлекает к себе внимание, совсем не рассчитывая на это; в своем же городе все выходит наоборот, и ему остается только дивиться, как плохо его здесь помнят. В других местах его восторгает все новое; здесь терзает исчезновение старого.

   В чужих краях он появляется нежданно-негаданно и привлекает к себе внимание, совсем не рассчитывая на это; в своем же городе все выходит наоборот, и ему остается только дивиться, как плохо его здесь помнят. В других местах его восторгает все новое; здесь терзает исчезновение старого.

   — Владетель Баллантрэ · книга
5. «

   Вот какое у меня правило: чем страннее обстоятельства дела, тем меньше я спрашиваю.

   Вот какое у меня правило: чем страннее обстоятельства дела, тем меньше я спрашиваю.

   — Ричард Энфильд · книга
6. «

   Он обладал особым тщеславием — тщеславием порока, при котором всякое благородное движение души другого вызывает чувство собственного превосходства; закоснев в самодовольном разврате, он чувствовал себя недоступным для подобных порывов.

   Он обладал особым тщеславием — тщеславием порока, при котором всякое благородное движение души другого вызывает чувство собственного превосходства; закоснев в самодовольном разврате, он чувствовал себя недоступным для подобных порывов.

   — от лица автора · книга
7. «

   Если женщина решается на первый шаг, она уже оставляет все соображения мелкого самолюбия далеко позади.

   Если женщина решается на первый шаг, она уже оставляет все соображения мелкого самолюбия далеко позади.

   — Клуб самоубийц · книга
8. «

   Того удерживает мысль о близких, которых слишком ошеломил бы подобный конец, а в случае огласки, быть может, и навлек бы на них нарекания; другой слишком слаб духом, чтобы собственноручно лишить себя жизни. До некоторой степени к этому второму разряду принадлежу и я; я, например, решительно неспособен приложить к виску пистолет и нажать на курок: нечто, сильнее меня самого, мешает мне произвести этот последний жест, и, хоть жизнь мне опротивела совершенно, у меня нет сил пойти навстречу смерти самому.

   Того удерживает мысль о близких, которых слишком ошеломил бы подобный конец, а в случае огласки, быть может, и навлек бы на них нарекания; другой слишком слаб духом, чтобы собственноручно лишить себя жизни. До некоторой степени к этому второму разряду принадлежу и я; я, например, решительно неспособен приложить к виску пистолет и нажать на курок: нечто, сильнее меня самого, мешает мне произвести этот последний жест, и, хоть жизнь мне опротивела совершенно, у меня нет сил пойти навстречу смерти самому.

   — Клуб самоубийц · книга
9. «

   Если бы люди вступали в брак лишь тогда, когда они влюбляются, большая часть людей умирали бы в безбрачии.

   Если бы люди вступали в брак лишь тогда, когда они влюбляются, большая часть людей умирали бы в безбрачии.
10. «

    Вы никогда не можете заранее сказать, что подействует на суеверных людей.

    Вы никогда не можете заранее сказать, что подействует на суеверных людей.

    — Джим Хокинс · книга
11. «

    Мы явились слишком поздно и чтобы спасти, и чтобы наказать.

    Мы явились слишком поздно и чтобы спасти, и чтобы наказать.

    — Аттерсон · книга
12. «

    Артистическая натура часто оказывается не приспособленной к практической жизни.

    Артистическая натура часто оказывается не приспособленной к практической жизни.

    — Ночлег Франсуа Вийона · книга
13. «

    Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни — обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

    Жизнь наша коротка и ненадежна, зачем бежать ее приятностей? Надо цепляться за всякую малость, которую можно урвать у жизни, как цепляется человек за край обрыва над пропастью. Если вдуматься, так каждый миг нашей жизни — обрыв, крутой обрыв, и кто сорвется вниз этой крутизны, тот потеряет всякое подобие человеческое.

    — Маркхейм · книга
14. «

    Путь к переменам должен начаться в сердце...

    Путь к переменам должен начаться в сердце...

    — Бризету · книга
15. «

    ...я понял, что человек на самом деле не един, но двоичен. Я говорю «двоичен» потому, что мне не дано было узнать больше. Но другие пойдут моим путем, превзойдут меня в тех же изысканиях, и я беру на себя смелость предсказать, что в конце концов человек окажется всего лишь общиной, состоящей из многообразных, несхожих и независимых друг от друга сочленов.

    ...я понял, что человек на самом деле не един, но двоичен. Я говорю «двоичен» потому, что мне не дано было узнать больше. Но другие пойдут моим путем, превзойдут меня в тех же изысканиях, и я беру на себя смелость предсказать, что в конце концов человек окажется всего лишь общиной, состоящей из многообразных, несхожих и независимых друг от друга сочленов.

    — Доктор Джекил · книга
16. «

    Под пышным нарядом даже самого великого властелина скрывается всего лишь простой смертный.

    Под пышным нарядом даже самого великого властелина скрывается всего лишь простой смертный.

    — Приключения принца Флоризеля · книга
17. «

    Сатана подчас бывает весьма любезным джентльменом.

    Сатана подчас бывает весьма любезным джентльменом.

    — Принц Флоризель · книга
18. «

    Пустомели и Ветрогоны сражаются на одной стороне или на другой, а лорд Здравый Смысл сидит и выжидает.

    Пустомели и Ветрогоны сражаются на одной стороне или на другой, а лорд Здравый Смысл сидит и выжидает.

    — Черная стрела · книга
19. «

    Таким образом все наталкивало на единственно возможный вывод: Я постепенно утрачивал связь с моим первым и лучшим «Я» и мало по-малому начинал полностью сливаться со второй и худшей частью моего существа. Я понял, что должен выбрать между ними раз и навсегда...

    Таким образом все наталкивало на единственно возможный вывод: Я постепенно утрачивал связь с моим первым и лучшим «Я» и мало по-малому начинал полностью сливаться со второй и худшей частью моего существа. Я понял, что должен выбрать между ними раз и навсегда...

    — Доктор Джекил · книга
20. «

    Ничего нет горше, как потерять человека, которого считал другом.

    Ничего нет горше, как потерять человека, которого считал другом.

    — Катриона · книга