172 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» — большая подборка

Ниже 172 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

   О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

   — Артюр Рембо · книга
2. «

   Что было, будет вновь, Что было, будет не однажды.

   Что было, будет вновь, Что было, будет не однажды.

   — Сологуб · книга
3. «

   Мы говорим Гёте, как мы говорим Орфей.

   Мы говорим Гёте, как мы говорим Орфей.

   — Валери · книга
4. «

   Как писать? Писать, не вынося приговоров, не навязывая вкусов, признавая свои заблуждения. Уметь удивляться, радоваться, сомневаться, печалиться и страдать.

   Как писать? Писать, не вынося приговоров, не навязывая вкусов, признавая свои заблуждения. Уметь удивляться, радоваться, сомневаться, печалиться и страдать.
5. «

   Но раз природы мудрой сила на лад один их сотворила, то нам доступна близость всех.

   Но раз природы мудрой сила на лад один их сотворила, то нам доступна близость всех.

   — Джон Донн · книга
6. «

   Поэтам истинной высокой культуры забвение не грозит.

   Поэтам истинной высокой культуры забвение не грозит.
7. «

   Молодость не может быть умудренной, но может быть безмерной, страстной, гениальной.

   Молодость не может быть умудренной, но может быть безмерной, страстной, гениальной.
8. «

   Осознав тщету утопии и веры — что им противопоставил Парнас? — Собственную лирику, лирику-заклинание, поэзию-причащение чуду, священный Глагол. Леконт де Лиль считал своих сподвижников новой теократией, исповедывающей религию Красоты поэзии, священниками собственной истины. Это действительно был культ — культ культуры и искусства.

   Осознав тщету утопии и веры — что им противопоставил Парнас? — Собственную лирику, лирику-заклинание, поэзию-причащение чуду, священный Глагол. Леконт де Лиль считал своих сподвижников новой теократией, исповедывающей религию Красоты поэзии, священниками собственной истины. Это действительно был культ — культ культуры и искусства.
9. «

   Ад — это когда человек замыкается в плотских желаниях, осуществление которых в скором времени изнуряет его: ибо СВЯЩЕННА ВСЯ ЖИЗНЬ.

   Ад — это когда человек замыкается в плотских желаниях, осуществление которых в скором времени изнуряет его: ибо СВЯЩЕННА ВСЯ ЖИЗНЬ.

   — Блейк · книга
10. «

    В XVII веке янсенист Барбье д'Окур, человек большого ума и образованности утверждал, что все поэты — совратители народа.

    В XVII веке янсенист Барбье д'Окур, человек большого ума и образованности утверждал, что все поэты — совратители народа.
11. «

    Каждый подлинный писатель пишет лишь то, что никто другой не напишет за него. И только такие книги вечны.

    Каждый подлинный писатель пишет лишь то, что никто другой не напишет за него. И только такие книги вечны.
12. «

    Я знаю, что вельможа и бродяга, Святой отец и пьяница поэт, Безумец и мудрец, познавший благо И вечной истины спокойный свет, И щеголь, что как кукла разодет, И дамы — нет красивее, поверьте, Будь в ценных жемчугах они иль нет, Никто из них не скроется от смерти.

    Я знаю, что вельможа и бродяга, Святой отец и пьяница поэт, Безумец и мудрец, познавший благо И вечной истины спокойный свет, И щеголь, что как кукла разодет, И дамы — нет красивее, поверьте, Будь в ценных жемчугах они иль нет, Никто из них не скроется от смерти.

    — Вийон · книга
13. «

    Наши умы столь решительно склонились в пользу логически доказуемых теорем и наглядно демонстрируемых явлений, что мы потеряли способность воспринимать метафизические истины.

    Наши умы столь решительно склонились в пользу логически доказуемых теорем и наглядно демонстрируемых явлений, что мы потеряли способность воспринимать метафизические истины.
14. «

    Дитя человеческое — это божественное создание, пока оно еще не погрязло в скверне людского хамелеонства.

    Дитя человеческое — это божественное создание, пока оно еще не погрязло в скверне людского хамелеонства.

    — Гёльдерлин · книга
15. «

    Пускай дерзают те, чей безграничен дар, Кто с первых опытов отмечен Аполлоном. Безвестный, я пойду путем непроторенным, Но без глубоких тайн и без великих чар.

    Пускай дерзают те, чей безграничен дар, Кто с первых опытов отмечен Аполлоном. Безвестный, я пойду путем непроторенным, Но без глубоких тайн и без великих чар.

    — Дю Белле · книга
16. «

    Действуй так, чтобы твоя воля была абсолютною волей, чтобы весь моральный мир мог хотеть твоего поступка.

    Действуй так, чтобы твоя воля была абсолютною волей, чтобы весь моральный мир мог хотеть твоего поступка.

    — Август Шеллинг · книга
17. «

    Истинное искусство может подняться из своего состояния цивилизованного варварства на достойную ему высоту лишь на плечах великого социального движения; у него с ним общая цель. Эта цель — человек прекрасный и сильный.

    Истинное искусство может подняться из своего состояния цивилизованного варварства на достойную ему высоту лишь на плечах великого социального движения; у него с ним общая цель. Эта цель — человек прекрасный и сильный.

    — Вагнер · книга
18. «

    Веди счет каждому дню, учитывай каждую потраченную минуту. Время — единственное, где скаредность похвальна. Вот музыка. В ней угроза для ясности духа, но она же — волшебное средство удержать время.

    Веди счет каждому дню, учитывай каждую потраченную минуту. Время — единственное, где скаредность похвальна. Вот музыка. В ней угроза для ясности духа, но она же — волшебное средство удержать время.

    — И. В. Гёте · книга
19. «

    В этике Гёте добро неотделимо от зла. Не следует думать, учит он, что развитию и совершенствованию способствует только безупречно-чистое и высоконравственное. Всё великое формирует человека, важно, чтобы он сумел это обнаружить. Этика несовместима с искусством, ибо стоит ниже его.

    В этике Гёте добро неотделимо от зла. Не следует думать, учит он, что развитию и совершенствованию способствует только безупречно-чистое и высоконравственное. Всё великое формирует человека, важно, чтобы он сумел это обнаружить. Этика несовместима с искусством, ибо стоит ниже его.
20. «

    Любовь превращается в нечто огромное, но мы и не думаем о том, какую маленькую роль играет в ней реальная женщина, ибо то, что в любовь вносится нами самими, преобладает над тем, что исходит из любимого существа.

    Любовь превращается в нечто огромное, но мы и не думаем о том, какую маленькую роль играет в ней реальная женщина, ибо то, что в любовь вносится нами самими, преобладает над тем, что исходит из любимого существа.

    — Пруст · книга