Подборка из книги: 225 цитат — «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»

Ниже 225 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Постижение внутренней трагичности бытия остается на похмелье после опьяняющей эйфории юности.

   Постижение внутренней трагичности бытия остается на похмелье после опьяняющей эйфории юности.
2. «

   Символично, что никакие научные открытия не только не содействуют вытеснению веры, но, скорее, споспешествуют ее возрождению и распространению по всему миру. Не знание одолевает веру, но вера — знание.

   Символично, что никакие научные открытия не только не содействуют вытеснению веры, но, скорее, споспешествуют ее возрождению и распространению по всему миру. Не знание одолевает веру, но вера — знание.
3. «

   Сокровищница мировой культуры состоит из трудов инакомыслящих, мыслящих шире своего времени и своих конкретных задач.

   Сокровищница мировой культуры состоит из трудов инакомыслящих, мыслящих шире своего времени и своих конкретных задач.
4. «

   Поэзия должна стремиться к поэзии культовых песнопений.

   Поэзия должна стремиться к поэзии культовых песнопений.

   — Гумилев · книга
5. «

   Я ее слишком любил, чтобы обращать на нее внимание.

   Я ее слишком любил, чтобы обращать на нее внимание.

   — И. В. Гёте · книга
6. «

   Из отсутствия будущего вырастают ужасы настоящего.

   Из отсутствия будущего вырастают ужасы настоящего.

   — Музиль · книга
7. «

   Я лучше всех знаю, почему смеется только человек: он один страдает так глубоко, что вынужден был изобрести смех.

   Я лучше всех знаю, почему смеется только человек: он один страдает так глубоко, что вынужден был изобрести смех.

   — Фридрих Ницше · книга
8. «

   Любое подлинное произведение искусства допускает бесконечное количество толкований, причем никогда нельзя сказать, вложена ли эта бесконечность самим художником или раскрывается в произведении, как таковая.

   Любое подлинное произведение искусства допускает бесконечное количество толкований, причем никогда нельзя сказать, вложена ли эта бесконечность самим художником или раскрывается в произведении, как таковая.
9. «

   Идя вслед за Плотином, Ориген вдохновенно проповедовал грядущий мир (перекуем мечи на орала!) и красоту ненасильственной жизни: мы не учимся искусству воевать, ибо через Иисуса Христа сделались детьми мира.

   Идя вслед за Плотином, Ориген вдохновенно проповедовал грядущий мир (перекуем мечи на орала!) и красоту ненасильственной жизни: мы не учимся искусству воевать, ибо через Иисуса Христа сделались детьми мира.
10. «

    Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

    Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

    — Бертран · книга
11. «

    Герой Замка обречен, но не говорит: я сдаюсь. Он убеждается в господстве зла, но не идет на соглашение с ним. Он ничего не добьется, но от своего не отступит. Мы видим ничтожность героя, но не можем отказать ему в уважении: он одинокий, подверженый страстям человек, но он упорный человек и не предает себя.

    Герой Замка обречен, но не говорит: я сдаюсь. Он убеждается в господстве зла, но не идет на соглашение с ним. Он ничего не добьется, но от своего не отступит. Мы видим ничтожность героя, но не можем отказать ему в уважении: он одинокий, подверженый страстям человек, но он упорный человек и не предает себя.
12. «

    Настоящее не существует. Оно становится. Всё было.

    Настоящее не существует. Оно становится. Всё было.

    — Жан-Поль Сартр · книга
13. «

    Каждая страная, каждая эпоха имеет своих самоуглубленных и раскованных, воспевающих человеческую истинность, живущих в своей поэтической реальности и в своем поэтическом времени, для которых целью поэзии является применимая к жизни правда.

    Каждая страная, каждая эпоха имеет своих самоуглубленных и раскованных, воспевающих человеческую истинность, живущих в своей поэтической реальности и в своем поэтическом времени, для которых целью поэзии является применимая к жизни правда.
14. «

    Не всякий, кто бьет, враг: есть отеческие наказания.

    Не всякий, кто бьет, враг: есть отеческие наказания.

    — Августин · книга
15. «

    На основании долгих размышлений и опыта я пришел к выводу, что: 1. всякая религия истинна; 2. всякая религия заключает в себе некоторые заблуждения; 3. все религии почти также дороги мне, как мой индуизм. Я отношусь к другим верам с таким же благоговением, как к своей собственной.

    На основании долгих размышлений и опыта я пришел к выводу, что: 1. всякая религия истинна; 2. всякая религия заключает в себе некоторые заблуждения; 3. все религии почти также дороги мне, как мой индуизм. Я отношусь к другим верам с таким же благоговением, как к своей собственной.
16. «

    Всё, что движется, приводится чем-то в движение; восходя по цепочке от следствия к причине, мы рано или поздно придем к первопричине — тому, что всё движет, будучи неподвижен. Это Бог.

    Всё, что движется, приводится чем-то в движение; восходя по цепочке от следствия к причине, мы рано или поздно придем к первопричине — тому, что всё движет, будучи неподвижен. Это Бог.

    — Фома Аквинский · книга
17. «

    Что будущее ценит в прошлом — веру, верность, святость? Нет, дух сомнения, этот главный движитель культуры.

    Что будущее ценит в прошлом — веру, верность, святость? Нет, дух сомнения, этот главный движитель культуры.
18. «

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    — Франк · книга
19. «

    Освобождение разума от воли, от ее рабства — непродолжительно и редко. Когда же это случается и познание отрывается от бесконечного потока желаний, от рабского служения воле, когда мысль больше не обращена на хотение, тогда — и лишь тогда — сам собой наступает покой, который мы вечно искали и который вечно бежал нас на пути желания.

    Освобождение разума от воли, от ее рабства — непродолжительно и редко. Когда же это случается и познание отрывается от бесконечного потока желаний, от рабского служения воле, когда мысль больше не обращена на хотение, тогда — и лишь тогда — сам собой наступает покой, который мы вечно искали и который вечно бежал нас на пути желания.
20. «

    Кто согрешит против одной заповеди, грешит против всех.

    Кто согрешит против одной заповеди, грешит против всех.

    — Иаков · книга