57 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» — подборка редакции

Ниже 57 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В сущности воля Шопенгауэра — это бессознательность Фрейда.

   В сущности воля Шопенгауэра — это бессознательность Фрейда.
2. «

   Религиозное чувство необъятно: от полного самозабвения до самообожествления.

   Религиозное чувство необъятно: от полного самозабвения до самообожествления.
3. «

   Я достиг того, что в моей душе исчезла всякая человеческая надежда.

   Я достиг того, что в моей душе исчезла всякая человеческая надежда.

   — Артюр Рембо · книга
4. «

   Каждый подлинный писатель пишет лишь то, что никто другой не напишет за него. И только такие книги вечны.

   Каждый подлинный писатель пишет лишь то, что никто другой не напишет за него. И только такие книги вечны.
5. «

   То, что могло бы удовлетворить обыденный ум, не удовлетворяет ум мудреца.

   То, что могло бы удовлетворить обыденный ум, не удовлетворяет ум мудреца.
6. «

   Во все времена человеку предшествует огромная культура — даже Гомеру и творцам Ветхого Завета.

   Во все времена человеку предшествует огромная культура — даже Гомеру и творцам Ветхого Завета.
7. «

   Прошлое — это преодоленное прошлое, превзойденное им. Не оторвавшись от него, нельзя считать себя в настоящем. Это очень глубокая мысль, но ее следует уточнить: настоящее — это всё «теперь» плюс всё то из прошлого, что еще не преодолено. Следовательно, время вполне может тянуть прошлое за собой, а порой и забрасывать нас в неолит. Как, например, в данное время...

   Прошлое — это преодоленное прошлое, превзойденное им. Не оторвавшись от него, нельзя считать себя в настоящем. Это очень глубокая мысль, но ее следует уточнить: настоящее — это всё «теперь» плюс всё то из прошлого, что еще не преодолено. Следовательно, время вполне может тянуть прошлое за собой, а порой и забрасывать нас в неолит. Как, например, в данное время...
8. «

   В недрах западного средневековья зрела свобода, как в недрах восточного — тоталитаризм. Византийская знать не знала чувства собственного достоинства, раболепствуя перед императором, она могда в любой момент ему изменить. Понятия рыцарства, рыцарских чувств и рыцарских обязательств отсутствовали в Византии. Здесь снизу доверху все были рабами, холопство рождало прозвол деспотизма.

   В недрах западного средневековья зрела свобода, как в недрах восточного — тоталитаризм. Византийская знать не знала чувства собственного достоинства, раболепствуя перед императором, она могда в любой момент ему изменить. Понятия рыцарства, рыцарских чувств и рыцарских обязательств отсутствовали в Византии. Здесь снизу доверху все были рабами, холопство рождало прозвол деспотизма.
9. «

   Шеллинг — поэт науки, скажет затем Герцен, но это не вполне точно: Шеллинг не воспел науку, а впервые открыл ее поэтическую суть. Ибо наука — тоже откровение, субъективность, личностность, вдохновенность, заинтересованность, заражение, борьба идей.

   Шеллинг — поэт науки, скажет затем Герцен, но это не вполне точно: Шеллинг не воспел науку, а впервые открыл ее поэтическую суть. Ибо наука — тоже откровение, субъективность, личностность, вдохновенность, заинтересованность, заражение, борьба идей.
10. «

    Не тот достоин преклонения, кто завоевал мир, а тот, кто преодолел его.

    Не тот достоин преклонения, кто завоевал мир, а тот, кто преодолел его.

    — Артур Шопенгауэр · книга
11. «

    Религия множественна: каждый — сознательно или бессознательно — творит Бога сам. Скажи мне, кто твой Бог, и я скажу, кто ты. Как только не добывают Бога: рвением, нирваной, самоистязанием, трудом, покорностью, насилием, преследованием еретиков, благостью, молчанием, распятием, наукой, искусством, атеизмом, болтовней...

    Религия множественна: каждый — сознательно или бессознательно — творит Бога сам. Скажи мне, кто твой Бог, и я скажу, кто ты. Как только не добывают Бога: рвением, нирваной, самоистязанием, трудом, покорностью, насилием, преследованием еретиков, благостью, молчанием, распятием, наукой, искусством, атеизмом, болтовней...
12. «

    Я лучше всех знаю, почему смеется только человек: он один страдает так глубоко, что вынужден был изобрести смех.

    Я лучше всех знаю, почему смеется только человек: он один страдает так глубоко, что вынужден был изобрести смех.

    — Фридрих Ницше · книга
13. «

    Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

    Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

    — Бертран · книга
14. «

    Пускай дерзают те, чей безграничен дар, Кто с первых опытов отмечен Аполлоном. Безвестный, я пойду путем непроторенным, Но без глубоких тайн и без великих чар.

    Пускай дерзают те, чей безграничен дар, Кто с первых опытов отмечен Аполлоном. Безвестный, я пойду путем непроторенным, Но без глубоких тайн и без великих чар.

    — Дю Белле · книга
15. «

    Представление, которое находится в моем уме, не может быть в таком же виде в твоем.

    Представление, которое находится в моем уме, не может быть в таком же виде в твоем.

    — Беркли (Berkley) · книга
16. «

    Все зло от свободы. Свобода воли тождественна разнузданности.

    Все зло от свободы. Свобода воли тождественна разнузданности.

    — Августин · книга
17. «

    Культура обладает свойством пробивать толщу невежества во все времена.

    Культура обладает свойством пробивать толщу невежества во все времена.
18. «

    Семья — тяжкий груз, от нее можно отречься, но ее нельзя преодолеть.

    Семья — тяжкий груз, от нее можно отречься, но ее нельзя преодолеть.

    — Кафка · книга
19. «

    Писать так, чтобы фраза возбуждала больше представлений, чем в ней заключено слов. Увы, слишком много слов, слишком мало мыслей. И нищета наша от многословья.

    Писать так, чтобы фраза возбуждала больше представлений, чем в ней заключено слов. Увы, слишком много слов, слишком мало мыслей. И нищета наша от многословья.
20. «

    На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

    На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

    — Блейк · книга