120 цитат из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера» — подборка редакции

Ниже 120 цитат из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ни одной деятельности, которая должна длиться долго и даже стать призванием и образом жизни, не следует начинать с празднования. Празднуй лишь то, что благополучно закончено. Из всх празднеств брачное празднество наименее уместно, ибо оно более всякого другого должно бы проходить в обстановке тишины, смирения и надежды.

   Ни одной деятельности, которая должна длиться долго и даже стать призванием и образом жизни, не следует начинать с празднования. Празднуй лишь то, что благополучно закончено. Из всх празднеств брачное празднество наименее уместно, ибо оно более всякого другого должно бы проходить в обстановке тишины, смирения и надежды.

   — Вильгельм Мейстер · книга
2. «

   — Неужели с теми, кто работает со мною и для меня, я не могу поделиться выгодами, какие дают нам расширенные познания и успехи времени? — Таков уж человек! Человек желает все забрать себе, чтоб распоряжаться своим достоянием по собственному вкусу. Деньги, если не сам он их тратит, редко кажутся ему хорошо израсходованными.

   — Неужели с теми, кто работает со мною и для меня, я не могу поделиться выгодами, какие дают нам расширенные познания и успехи времени? — Таков уж человек! Человек желает все забрать себе, чтоб распоряжаться своим достоянием по собственному вкусу. Деньги, если не сам он их тратит, редко кажутся ему хорошо израсходованными.

   — Лотарио · книга
3. «

   Вечно юность колеблется между крайностями! Мне кажется, всего естественнее соединить то, что приносит нам удовольствие и пользу. Люби одного, а платит пусть другой, все дело только в том, чтобы мы сумели держать их врозь друг от друга.

   Вечно юность колеблется между крайностями! Мне кажется, всего естественнее соединить то, что приносит нам удовольствие и пользу. Люби одного, а платит пусть другой, все дело только в том, чтобы мы сумели держать их врозь друг от друга.

   — Старуха · книга
4. «

   Не должен человек стыдиться своего происхождения.

   Не должен человек стыдиться своего происхождения.

   — Фридрих · книга
5. «

   Не всякому человеку свойственно заботиться о своем развитии, многие ищут только чего-то вроде домашних средств к сохранению здоровья, рецептов к достижению богатства и всякого рода благополучия.

   Не всякому человеку свойственно заботиться о своем развитии, многие ищут только чего-то вроде домашних средств к сохранению здоровья, рецептов к достижению богатства и всякого рода благополучия.

   — Ярно · книга
6. «

   По нынешним временам не годится иметь владения только в одной местности, держать все деньги только в одном месте.

   По нынешним временам не годится иметь владения только в одной местности, держать все деньги только в одном месте.

   — Ярно · книга
7. «

   Все, что приключается с нами, оставляет след, все незаметно способствует нашему развитию.

   Все, что приключается с нами, оставляет след, все незаметно способствует нашему развитию.

   — Незнакомец · книга
8. «

   Взаимные жгучие поцелуи наполнили их блаженством, какое мы вкушаем лишь в первой кипучей пене только что налитого кубка любви.

   Взаимные жгучие поцелуи наполнили их блаженством, какое мы вкушаем лишь в первой кипучей пене только что налитого кубка любви.
9. «

   Вильгельм начал догадываться, что мир не таков, каким он себе его представлял.

   Вильгельм начал догадываться, что мир не таков, каким он себе его представлял.
10. «

    Счастье — богиня живого человека, и чтобы чувствовать всю ее благосклонность, надо жить и наблюдать людей в их подлиной жизненной днятельности и в их подлинных чувственных наслаждениях.

    Счастье — богиня живого человека, и чтобы чувствовать всю ее благосклонность, надо жить и наблюдать людей в их подлиной жизненной днятельности и в их подлинных чувственных наслаждениях.

    — Вернер · книга
11. «

    Людей очень легко сбить с толку нелепыми и неподобающими представлениями, но если показать им в занятном виде что-нибудь разумное и пристойное, они, без сомнения, заинтересуются.

    Людей очень легко сбить с толку нелепыми и неподобающими представлениями, но если показать им в занятном виде что-нибудь разумное и пристойное, они, без сомнения, заинтересуются.

    — Зерло · книга
12. «

    Холодная и хитрая, она в какую-нибудь неделю изучила слабые струнки всех в доме, которые, умей она их использовать, могли бы легко составить ее счастье. Но и здесь она пользовалась своими преимуществами только для того, чтобы позабавиться, повеселиться и надерзить там, где это не грозило опасностью.

    Холодная и хитрая, она в какую-нибудь неделю изучила слабые струнки всех в доме, которые, умей она их использовать, могли бы легко составить ее счастье. Но и здесь она пользовалась своими преимуществами только для того, чтобы позабавиться, повеселиться и надерзить там, где это не грозило опасностью.
13. «

    Счастлив тот, кто вовремя сознает несоответствие своих желаний своим силам.

    Счастлив тот, кто вовремя сознает несоответствие своих желаний своим силам.

    — Вильгельм Мейстер · книга
14. «

    Я не знаю зрелища восхитительнее, чем корабль, возвращающийся из счастливого плавания и раньше срока пристающий к берегу с богатой добычей.

    Я не знаю зрелища восхитительнее, чем корабль, возвращающийся из счастливого плавания и раньше срока пристающий к берегу с богатой добычей.

    — Вернер · книга
15. «

    Смешение сословий через супружество заслуживает название неравного брака лишь постольку, поскольку одна сторона не может принимать участие в прирожденном, привычном и как бы ставшем необходимостью образе жизни другой стороны.

    Смешение сословий через супружество заслуживает название неравного брака лишь постольку, поскольку одна сторона не может принимать участие в прирожденном, привычном и как бы ставшем необходимостью образе жизни другой стороны.

    — Тереза (Teresa) · книга
16. «

    С ранней юности смутные желания и намерения мои заключались в том, чтобы выработать из себя то, что я есть.

    С ранней юности смутные желания и намерения мои заключались в том, чтобы выработать из себя то, что я есть.

    — Вильгельм Мейстер · книга
17. «

    Сколько удобств, сколько облегчений дает наследственное имение. И как процветает торговля, основанная на прочном капитале, с которым неудачный опыт не грозит остановкой всего дела!

    Сколько удобств, сколько облегчений дает наследственное имение. И как процветает торговля, основанная на прочном капитале, с которым неудачный опыт не грозит остановкой всего дела!

    — Вильгельм Мейстер · книга
18. «

    Дело совсем иного рода, когда человек уже про рождению занимает высокое место в человеческом обществе. Кому унаследованные богатства доставили совершенно беззаботное существование, кто с самой юности щедро окружен так сказать, с избытком всем, что положено человеку, тот привыкает видеть в этих благах самое главное в жизни; достоинства человека, богато одаренного природой, не так ему заметны.

    Дело совсем иного рода, когда человек уже про рождению занимает высокое место в человеческом обществе. Кому унаследованные богатства доставили совершенно беззаботное существование, кто с самой юности щедро окружен так сказать, с избытком всем, что положено человеку, тот привыкает видеть в этих благах самое главное в жизни; достоинства человека, богато одаренного природой, не так ему заметны.

    — Вильгельм Мейстер · книга
19. «

    Трижды счастливы те, кого рождение сразу возносит над низшими ступенями человечества, им не приходится переживать положения, в которых иные порядочные люди томятся всю жизнь.

    Трижды счастливы те, кого рождение сразу возносит над низшими ступенями человечества, им не приходится переживать положения, в которых иные порядочные люди томятся всю жизнь.

    — Вильгельм Мейстер · книга
20. «

    Прекрасное, чистое, благородное, высоконравственное существо, лишенное силы чувства, делающей героя, гибнет под бременем, которого он не мог ни снести, ни сбросить, всякий долг для него священен, а этот непомерно тяжел. От него требуют невозможного, — невозможного не самого по себе, а того, что для него невозможно.

    Прекрасное, чистое, благородное, высоконравственное существо, лишенное силы чувства, делающей героя, гибнет под бременем, которого он не мог ни снести, ни сбросить, всякий долг для него священен, а этот непомерно тяжел. От него требуют невозможного, — невозможного не самого по себе, а того, что для него невозможно.

    — Вильгельм Мейстер · книга