«Роберт Музиль. Человек без свойств»: 554 цитаты

Собрали 554 цитаты из книги «Роберт Музиль. Человек без свойств» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Все леса здесь принадлежат поземельному банку. Здесь природа — плановый продукт лесной промышленности; выстроенный рядами склад для производства целлюлозы.

   Все леса здесь принадлежат поземельному банку. Здесь природа — плановый продукт лесной промышленности; выстроенный рядами склад для производства целлюлозы.

   — Ульрих · книга
2. «

   Мораль — это фантазия. Фантазия — это не произвол. Если отдать фантазию на произвол судьбы, это отомстит за себя. Разум разные эпохи по-своему развивали, а нравственную фантазию по-своему закрепляли и замыкали.

   Мораль — это фантазия. Фантазия — это не произвол. Если отдать фантазию на произвол судьбы, это отомстит за себя. Разум разные эпохи по-своему развивали, а нравственную фантазию по-своему закрепляли и замыкали.

   — Ульрих · книга
3. «

   — Я усматриваю два течения духа времени. Первое течение утверждает, что человек добр, если только его, так сказать, оставляют в покое... — Как это добр? Кто сегодня настолько наивен, чтобы так думать? — Другое течение тоже, конечно, хочет любить человека. Только оно считает, что для этого его нужно сначала переделать силой.

   — Я усматриваю два течения духа времени. Первое течение утверждает, что человек добр, если только его, так сказать, оставляют в покое... — Как это добр? Кто сегодня настолько наивен, чтобы так думать? — Другое течение тоже, конечно, хочет любить человека. Только оно считает, что для этого его нужно сначала переделать силой.

   — генерал Штумм фон Бордвер · книга
4. «

   Надо прежде всего отказаться от подхода к событиям с позиции личной корысти. Надо рассматривать их не столько как нечто личное и реальное, сколько как нечто общее и отвлеченное.

   Надо прежде всего отказаться от подхода к событиям с позиции личной корысти. Надо рассматривать их не столько как нечто личное и реальное, сколько как нечто общее и отвлеченное.

   — Ульрих · книга
5. «

   Ульрих любил девушек этого рода, честолюбивых, строгого поведения и похожих в своей благовоспитанной робости на фруктовые деревья, чья сладкая спелость упадет когда-нибудь в рот какому-нибудь молодому бездельнику, если он соизволит разомкнуть губы.

   Ульрих любил девушек этого рода, честолюбивых, строгого поведения и похожих в своей благовоспитанной робости на фруктовые деревья, чья сладкая спелость упадет когда-нибудь в рот какому-нибудь молодому бездельнику, если он соизволит разомкнуть губы.
6. «

   Переход от признания мира древним к признанию его красивым таков же примерно, как переход от умонастроения молодых людей к более высокой морали взрослых, которая остается смешным назиданием до тех пор, пока вдруг сам не усвоишь ее.

   Переход от признания мира древним к признанию его красивым таков же примерно, как переход от умонастроения молодых людей к более высокой морали взрослых, которая остается смешным назиданием до тех пор, пока вдруг сам не усвоишь ее.
7. «

   Зарабатывание денег, требует от нас мышления, которое не всегда благородно. Между тем вполне вероятно, что мы, большие дельцы, призваны для того, чтобы при следующем повороте истории взять на себя руководство массами.

   Зарабатывание денег, требует от нас мышления, которое не всегда благородно. Между тем вполне вероятно, что мы, большие дельцы, призваны для того, чтобы при следующем повороте истории взять на себя руководство массами.

   — Арнгейм · книга
8. «

   Как могут они утверждать: собственность ведет к бездуховности? Разве я бездуховен?

   Как могут они утверждать: собственность ведет к бездуховности? Разве я бездуховен?

   — Лео Фишель · книга
9. «

   Применяясь к своему противнику, он пользовался множеством слов, но никогда не снисходил при этом до потребности говорить правду.

   Применяясь к своему противнику, он пользовался множеством слов, но никогда не снисходил при этом до потребности говорить правду.
10. «

    Кто жалеет розог, ненавидит дитя, а кто его любит, тот и наказывает.

    Кто жалеет розог, ненавидит дитя, а кто его любит, тот и наказывает.

    — Линднер · книга
11. «

    Одно из важнейших условий полководческого искусства — иметь ясное представление о силе противника.

    Одно из важнейших условий полководческого искусства — иметь ясное представление о силе противника.

    — генерал Штумм фон Бордвер · книга
12. «

    Познать человека или вещь безотносительно к себе вообще не возможно.

    Познать человека или вещь безотносительно к себе вообще не возможно.

    — Ульрих · книга
13. «

    Примененный к нему полицией способ измерения и описания воодушевил его, как любовное стихотворение, сочиненное сатаной. Замечательнее всего тут было то, что полиция может не только расчленить человека так, что от него ничего не останется, но что из этих ничтожных составных частей она безошибочно собирает его и по ним узнает.

    Примененный к нему полицией способ измерения и описания воодушевил его, как любовное стихотворение, сочиненное сатаной. Замечательнее всего тут было то, что полиция может не только расчленить человека так, что от него ничего не останется, но что из этих ничтожных составных частей она безошибочно собирает его и по ним узнает.
14. «

    От жизни, если она громадна, нельзя требовать, чтобы она была еще и легкой.

    От жизни, если она громадна, нельзя требовать, чтобы она была еще и легкой.

    — Джейн · книга
15. «

    Лучший всадник на лучшей лошади, если он с ней не в ладах, преодолевает препятствия хуже, чем всадник, приспособляющийся к движениям своей клячи.

    Лучший всадник на лучшей лошади, если он с ней не в ладах, преодолевает препятствия хуже, чем всадник, приспособляющийся к движениям своей клячи.

    — Арнгейм · книга
16. «

    Ганс Зепп был в сущности добрый малый, но зато его пунктиком был «не немецкий человек», на которого он злобно сваливал вину за все, чего не мог изменить.

    Ганс Зепп был в сущности добрый малый, но зато его пунктиком был «не немецкий человек», на которого он злобно сваливал вину за все, чего не мог изменить.
17. «

    Немцы, если уж не видно строгого кантовского «оригинального духа», находят гениальным и всякое экстравагантное и бросающееся в глаза поведение.

    Немцы, если уж не видно строгого кантовского «оригинального духа», находят гениальным и всякое экстравагантное и бросающееся в глаза поведение.

    — Ульрих · книга
18. «

    Оба они были хорошо осведомленными, аристократичными и сдержанными обладателями каких-то высоких постов, на которые их отодвинули, когда снова отпала нужда в том промежуточном между двумя политическими кризисами правительстве.

    Оба они были хорошо осведомленными, аристократичными и сдержанными обладателями каких-то высоких постов, на которые их отодвинули, когда снова отпала нужда в том промежуточном между двумя политическими кризисами правительстве.
19. «

    Время двигалось. Люди, которые тогда еще не жили, не захотят этому поверить, но уже тогда время двигалось со скоростью верхового верблюда, а не только сегодня. Не знали лишь куда. Да и не могли как следует разобраться, что было наверху, а что внизу, что шло вперед, а что назад.

    Время двигалось. Люди, которые тогда еще не жили, не захотят этому поверить, но уже тогда время двигалось со скоростью верхового верблюда, а не только сегодня. Не знали лишь куда. Да и не могли как следует разобраться, что было наверху, а что внизу, что шло вперед, а что назад.
20. «

    Неужели полюбовное существование толкает к ненависти? Неужели благопристойная жизнь хочет грубости? Неужели мирный покой нуждается в жестокости? Неужели порядок требует, чтобы его растерзали?

    Неужели полюбовное существование толкает к ненависти? Неужели благопристойная жизнь хочет грубости? Неужели мирный покой нуждается в жестокости? Неужели порядок требует, чтобы его растерзали?

    — Кларисса · книга