17 цитат из книги «Уильям Шекспир. Юлий Цезарь», ставших крылатыми

Ниже 17 цитат из книги «Уильям Шекспир. Юлий Цезарь»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мы знаем, что умрем, но люди тщатся Как можно дольше дни свои продлить.

   Мы знаем, что умрем, но люди тщатся Как можно дольше дни свои продлить.

   — Брут · книга
2. «

   Кто здесь настолько низок, чтобы желать стать рабом?

   Кто здесь настолько низок, чтобы желать стать рабом?

   — Брут · книга
3. «

   Когда дружба начинает слабеть и охлаждаться, она всегда прибегает к усиленной вежливости.

   Когда дружба начинает слабеть и охлаждаться, она всегда прибегает к усиленной вежливости.

   — Брут · книга
4. «

   Любовь сильнее страха смерти.

   Любовь сильнее страха смерти.

   — Брут · книга
5. «

   Все жители вокруг, вплоть до Филипп, Нам подчиняются по принужденью, Раздражены поборами и данью, И неприятель, проходя средь них, Свои ряды пополнить ими может.

   Все жители вокруг, вплоть до Филипп, Нам подчиняются по принужденью, Раздражены поборами и данью, И неприятель, проходя средь них, Свои ряды пополнить ими может.

   — Брут · книга
6. «

   Когда любовь пресыщена и тает, То внешний церемониал ей нужен. Уверток нет в прямой и честной вере; А человек пустой, как конь строптивый, Выказывает стать свою и прыть.

   Когда любовь пресыщена и тает, То внешний церемониал ей нужен. Уверток нет в прямой и честной вере; А человек пустой, как конь строптивый, Выказывает стать свою и прыть.

   — Брут · книга
7. «

   Пройдут века, И в странах, что еще не существуют, Актеры будут представлять наш подвиг.

   Пройдут века, И в странах, что еще не существуют, Актеры будут представлять наш подвиг.

   — Кассий · книга
8. «

   Безмозглый человек, он ум питает Отбросами чужими, подражаньем И старые обноски с плеч чужих Берет за образец.

   Безмозглый человек, он ум питает Отбросами чужими, подражаньем И старые обноски с плеч чужих Берет за образец.

   — Марк Антоний · книга
9. «

   Проклятье поразит тела людей; Гражданская война, усобиц ярость Италию на части раздерут; И кровь и гибель будут так привычны, Ужасное таким привычным станет, Что матери смотреть с улыбкой будут, Как четвертует их детей война.

   Проклятье поразит тела людей; Гражданская война, усобиц ярость Италию на части раздерут; И кровь и гибель будут так привычны, Ужасное таким привычным станет, Что матери смотреть с улыбкой будут, Как четвертует их детей война.

   — Марк Антоний · книга
10. «

    Порой своей судьбою люди правят. Не звезды, милый Брут, а сами мы Виновны в том, что сделались рабами.

    Порой своей судьбою люди правят. Не звезды, милый Брут, а сами мы Виновны в том, что сделались рабами.

    — Кассий · книга
11. «

    Вчера еще единым словом Цезарь Всем миром двигал: вот он недвижим, Без почестей, пренебрегаем всеми.

    Вчера еще единым словом Цезарь Всем миром двигал: вот он недвижим, Без почестей, пренебрегаем всеми.

    — Марк Антоний · книга
12. «

    Подчас наш рок от нас самих зависит; Не жребий наш — мы сами виноваты В своем порабощенье.

    Подчас наш рок от нас самих зависит; Не жребий наш — мы сами виноваты В своем порабощенье.

    — Гай Юлий Цезарь · книга
13. «

    Опасна власть, когда с ней совесть в ссоре.

    Опасна власть, когда с ней совесть в ссоре.

    — Брут · книга
14. «

    У каждого раба в руках есть средство Освободиться от своих оков.

    У каждого раба в руках есть средство Освободиться от своих оков.

    — Каска · книга
15. «

    Кто столько твёрд, что выше обольщений?

    Кто столько твёрд, что выше обольщений?

    — Брут · книга
16. «

    Хочу я видеть в свите только тучных, Прилизанных и крепко спящих ночью. А Кассий тощ, в глазах холодный блеск. Он много думает, такой опасен.

    Хочу я видеть в свите только тучных, Прилизанных и крепко спящих ночью. А Кассий тощ, в глазах холодный блеск. Он много думает, такой опасен.

    — Цезарь · книга
17. «

    И ты, Брут?

    И ты, Брут?

    — Гай Юлий Цезарь · книга