Костя Кулыгин

— Ну что, дождался? — Дождался. Я столько за тобой бегал! — Кость, пообещай мне, что ты больше никуда не исчезнешь? — Обещаю. Но и ты дай слово, что я не буду ночевать на диване в кухне? — Хорошо, даю слово! Что никогда не выгоню тебя из нашей спальни! — Мы с тобой семья! Как я счастлив! — И я! Ну что, и в горе и в радости? — До самой… — Ой, всё! Никаких смертей в ближайшие 50 лет!

— Так, товарищи-коллеги! Послушайте, нас слишком много и она волнуется, боится нас. Давайте кто-нибудь один её осмотрит? — О! Правильно! Или два! Например я и… Костян! — Витя, а причём тут ты? Ты когда-нибудь челюсть вправлял? — Нет. — А я вправлял! — Себе?

— Как ты? — Да как я... Нормально я. Ну кроме того, что мне предлагают убить собственную жену… — Послушай, насколько я понимаю, никто не может заставить тебя сделать это. — Кость, я как врач... я понимаю… я понимаю, что держать человека в этом вегетативном состоянии неправильно. Ну Ольга это не тот человек, который… могла бы жить как овощ. Я как муж… — Пашка, послушай это… это нормально, что тебе так тяжело принимать решение. — Костян… дело же не в том, что мне тяжело принимать это решение. Дело в том, что она уже всё решила… [дает Кулыгину завещание] — Завещание? — Ты помнишь… ту историю с Дианой? Когда мы с Ольгой разошлись… мне кажется ей так одиноко было… так больно!

— Коллеги, давайте не будем тратить время на споры! — Сан Саныч, ты сказал, что предлагаешь нововведения?! То есть мы с коллективом можем отказаться? — Раиса, вы затронули важный пункт… — Ко мне можно на ты, раньше как-то справлялись! — Рая, а что ты не сказала, что ты — Раиса? — Не называй меня так! — Хорошо. Присаживайся, тебя лишат премии, Раиса Петровна!

[В кабинет Арефьевой заходит Кулыгин и берёт ручку и бумагу] — А что, вообще, происходит? — Как ваше отчество? — Зачем тебе? — Неважно. Ладно, и так сойдёт. — Что ты делаешь? — Помолчите, пожалуйста, я прошу. [дописывает заявление] На! Прошу! — Что это? — Почитай… те! — Ты с ума сошёл? — Я написал заявление, ваше дело подписать. Всё! Поминай как звали. — И куда ты пойдёшь? — Неважно. Подписывайте. — Нет, что ты делать будешь? Таксовать? — Я не настолько хорошо вожу машину! — Да что случилось? Зачем всё это? — Затем, что вы меня достали! Работать не даёте! — Кто, мы? Ты можешь объяснить нормально? — Вы, обе! Ты и она! [показывает рукой на окно, где стоит машина бригады, в которой работает Рая] Достали! Подписывайте! — Не подпишу. — Подпишешь! — Не подпишу! [Кулыгин берет со стола ручку и сует в руку Арефьевой, чтобы она подписала заявление] На! Сказал, подписывай! — Так, давай в машину и вперед! — А мне нельзя! — Что значит нельзя? — Я не могу! [Кулыгин роется в ящиках] — Что ты ищешь? — Догадайся! [находит бутылку с алкоголем и выпивает её] Всё! Я пьяный! Дальше сами! [уходит]

— А, сейчас расплачусь! — Ты? Только не ты, Паш! Держись! [Жених и невеста целуются] — Всё! Плачу! — Интересно, что с тобой будет, когда мы с Райкой целоваться будем?! — Да в смысле? Я ржать буду!

— Вы же позволите, доктор? — Угощайтесь, гости дорогие! — Благодарю!

[Рая толкает Костю] — Пора вставать? — Пора дать ответ на один маленький простой вопросик. Что за голос был в трубке?! — Рая, я тебе уже сказал, что я не могу тебе сказать, но это совсем не то, что ты себе там напридумывала! — А я сказала, что не могу не знать, кто это был! Поэтому в мою бессонную голову пришла гениальная мысль! — Ммм, интересно услышать. — Нельзя говорить, не говори! — Спасибо… [Рая резко поворачивается к Косте] — Её Лена зовут? — Рая! — Да ну нельзя тебе говорить! Просто кивай! Таня? [Костя мотает головой] Маша? [Опять мотает головой] Даша? — Так. Я в душ! — Нет! В душ пойду я! Там и подумаю заодно над задачкой! — По дороге на работу ещё подумаешь! У нас будет уйма времени! — А на работу мы поедем не вместе! Тайна разделила нас…

— Кость, а Ольгу Кирилловну с Пашей сажать? — Ну конечно! А почему нет? — Ну, она же не любит афишировать свои отношения… — Так это же на работе. А тут — на свадьбе! У нас на свадьбе! — Давай, я их вместе посажу, а там пусть сами разбираются?! — О! Райка — ты гений! — Доброе утро! А кто у нас тут гений? — Рая сегодня за гения! — Мам, ты Глебку посмотрела? Спит ещё? — Конечно, он спит. Он вообще у нас мальчик тихий. — Да. Это в меня! Мама говорила, что я тихий был. Да и сейчас я не громкий, да? — Угу. В тихом омуте — черти водятся! — Кость, мне Леру на свадьбу приглашать, или как? — Рая, давай так. Ты всех зови, а там — разберёмся! — Кость, ты у меня конечно гений, но ведь за каждую порцию платить придётся! — Заплатим. — Два гения на одной кухне! — Три! Нина Михайловна, вы тоже гений! Забыли? — Это я знаю!

— Да стой ты! Любишь чужих жён целовать, люби и по целовальнику получать! — Так он же его прибьёт! — Так скорая рядом! — Жестокий ты, Айболит! — А ты представь себя на месте мужа, будет легче!

— Алё, Костян, вот только сейчас увидел твои сильные стороны! — Послушай, когда люди напиваются, то они звонят своим бывшим девушкам, а не бывшим коллегам. — Я всё осознал, Костян! Я не хочу быть бывшим! — В смысле? — Ну, в смысле меня Арефьева вчера уволила… — Ну так это же была твоя инициатива?! — Это была, Костян, фатальная ошибка! Я тут разрабатываю план, как эффектно вернуться! Вот, думаю на снегу кровью написать: «Возьмите меня обратно!»

— Кулыгин! Составишь, мне компанию на променад? Буквально два-три слова... — Так, у вас же вроде есть партнёр по променаду?! — Иди, иди. Я не ревнивый. [Кулыгин и Ольга уходят] Просто потом хату спалю!

— Оля, Оль… ты меня узнаёшь? — Рыков…Торт успели довести? — Успели, Оль, успели. — Ольга, вы помните, что с вами случилось? Фамилию свою назвать можете? [врач] — Арефьева я. И вообще, почему не работаем? — Как ты нас всех напугала! — С возвращением, дорогая! — Если что, Ольга Кирилловна, я тут не причём! Видит Бог! — Бог видит, как мы счастливы, что ты снова с нами, Оля!

— Там есть кто-нибудь? — Может, вам гранату бросить? Видишь, там никого нет! Но попытка зачетная, пошли домой я тебе шоколадную медальку куплю. — С такими шутками тебе в армию нужно… в горячую точку! — А тебе перцовый пластырь на язык надо! Пойдём! — Мне кажется, здесь не очень высоко. Я могу прыгнуть. — Так, стоп! Вот стоп! Вот не надо! Подвигов нам не надо! Я запрещаю! Ты понял? — Понял, понял. — Всё, пошли. [Кулыгин прыгает вниз] — Кулыгин! Твою мать!

— А вы геморроя, решили себе взять? — Да, сам ты геморрой, это же девочка, Эбола! — Никогда! — Не занудствуй, Рыков! — Только через мой труп, Оль! — Тьфу на тебя, полюбишь её как миленький!

— Короче, она вышла из комнаты, говорит: «Рыков, я че должна за тобой ходить, вещи что ли собирать? Я тебе не жена». Я взял и ляпнул, мол, давай поженимся. Типо, будет повод вещи собирать. Может обиделась, баб же не поймёшь… — Ну да. Нестандартное, конечно, предложение руки и сердца. Такое… завуалированное! — Ой, да пошёл ты!