200 лучших цитат — Алексей Пехов

200 цитат, по которым узнают Алексей Пехов: коротко, точно, без воды.

1. № 1
   «

   Мне лучше лежать, Ведь все-таки я — мертвец, И греет гнилью холодный склеп Ржавчиной пахнет доспех Снаружи веют другие ветра,

   Мне лучше лежать, Ведь все-таки я — мертвец, И греет гнилью холодный склеп Ржавчиной пахнет доспех Снаружи веют другие ветра,

   — Медок · книга
2. № 2
   «

   Я, конечно, тоже надеялся на богов, но обычно так случается, что, когда крепко прижмет, все боги находятся очень и очень далеко, и приходится самому справляться со своими кознями судьбы. Так что у меня вся надежда была только на себя...

   Я, конечно, тоже надеялся на богов, но обычно так случается, что, когда крепко прижмет, все боги находятся очень и очень далеко, и приходится самому справляться со своими кознями судьбы. Так что у меня вся надежда была только на себя...

   — Гаррет-Тень · книга
3. № 3
   «

   — Ты борешься с Тьмой в себе? — Я уничтожаю Тьму, — ответил я.

   — Ты борешься с Тьмой в себе? — Я уничтожаю Тьму, — ответил я.

   — Гаррет-Тень · книга
4. № 4
   «

   Мир несовершенен. В нём полно завистников и тех, кому мне довелось перебежать дорогу. Пускай бормочут. Дальше шёпота за спиной всё равно не отважатся пойти.

   Мир несовершенен. В нём полно завистников и тех, кому мне довелось перебежать дорогу. Пускай бормочут. Дальше шёпота за спиной всё равно не отважатся пойти.

   — Гаррет-Тень · книга
5. № 5
   «

   С годами ощущения и эмоции притупляются. А тысячелетия жизни убивают все чувства. Душа становится холодной. Не способной гореть. Фэри лишали людей того, что я искал в них и ценил больше всего — ярких, живых чувств.

   С годами ощущения и эмоции притупляются. А тысячелетия жизни убивают все чувства. Душа становится холодной. Не способной гореть. Фэри лишали людей того, что я искал в них и ценил больше всего — ярких, живых чувств.

   — Наталья Турчанинова · книга
6. № 6
   «

   Улица обычно или убивает или учит.

   Улица обычно или убивает или учит.

   — Наталья Турчанинова · книга
7. № 7
   «

   Кроме отсутствия инстинкта самосохранения подростки склонны к созданию идолов и поклонению им. Какое-то рудиментарное язычество.

   Кроме отсутствия инстинкта самосохранения подростки склонны к созданию идолов и поклонению им. Какое-то рудиментарное язычество.

   — Наталья Турчанинова · книга
8. № 8
   «

   Свидание с некромантом всегда заканчивается на кладбище.

   Свидание с некромантом всегда заканчивается на кладбище.

   — Елена Бычкова · книга
9. № 9
   «

   Нельзя добиться блага, переделывая окружающих против их воли...

   Нельзя добиться блага, переделывая окружающих против их воли...

   — Елена Бычкова · книга
10. № 10
    «

    Смерть есть зло, самими это установлено богами. Умирали бы и боги, если б благом была смерть.

    Смерть есть зло, самими это установлено богами. Умирали бы и боги, если б благом была смерть.

    — Елена Бычкова · книга
11. № 11
    «

    ...то, чего очень боишься, всегда кажется всесильным.

    ...то, чего очень боишься, всегда кажется всесильным.

    — Елена Бычкова · книга
12. № 12
    «

    Такова природа огня, выжигать за собой землю и не думать о том, что остается позади.

    Такова природа огня, выжигать за собой землю и не думать о том, что остается позади.

    — Елена Бычкова · книга
13. № 13
    «

    — Вы считаете, что раньше мир был чище? — Вот именно это слово! Гораздо чище. И менее порочен, несмотря на то, что половина населения дохла из-за плохой гигиены! Телевидение, вся эта медиашелуха, помноженная на деньги, прибыли и пустой звон, привела к полнейшей деградации, которой не было даже во времена моей молодости, когда многие бегали по лесам в грязных шкурах и ломали друг другу черепа дедовскими палицами. В то время не было болезни в умах. Люди, несмотря на грязь плоти, — были чисты.

    — Вы считаете, что раньше мир был чище? — Вот именно это слово! Гораздо чище. И менее порочен, несмотря на то, что половина населения дохла из-за плохой гигиены! Телевидение, вся эта медиашелуха, помноженная на деньги, прибыли и пустой звон, привела к полнейшей деградации, которой не было даже во времена моей молодости, когда многие бегали по лесам в грязных шкурах и ломали друг другу черепа дедовскими палицами. В то время не было болезни в умах. Люди, несмотря на грязь плоти, — были чисты.

    — Елена Бычкова · книга
14. № 14
    «

    В наше время осторожность нужно соблюдать не только в словах, но и в мыслях.

    В наше время осторожность нужно соблюдать не только в словах, но и в мыслях.

    — Елена Бычкова · книга
15. № 15
    «

    Твои родные могут быть живы, — рассудительно заметил бетайлас. — Не надо паниковать раньше времени. Но Лориан не паниковал. Он был в отчаянии. <...> — Они мне мешали, — сказал он глухим голосом. — Я хотел быть свободным. Делать, что хочу. Ни перед кем не отчитываться. И вот теперь я свободен. Я чувствовал его отчаяние, которое с каждой минутой становилось всё сильнее. Он с горечью думал о том, что почти не бывал дома, <...> чтобы те не мешали ему жить своей опасной, но очень интересной жизнью. Редко звонил, отделываясь ничего не значащими формальными фразами, и получал возможность не думать о них до следующего телефонного звонка. А теперь звонить было некому. И я, стоя рядом, переживал вместе с ним его горе.

    Твои родные могут быть живы, — рассудительно заметил бетайлас. — Не надо паниковать раньше времени. Но Лориан не паниковал. Он был в отчаянии. <...> — Они мне мешали, — сказал он глухим голосом. — Я хотел быть свободным. Делать, что хочу. Ни перед кем не отчитываться. И вот теперь я свободен. Я чувствовал его отчаяние, которое с каждой минутой становилось всё сильнее. Он с горечью думал о том, что почти не бывал дома, <...> чтобы те не мешали ему жить своей опасной, но очень интересной жизнью. Редко звонил, отделываясь ничего не значащими формальными фразами, и получал возможность не думать о них до следующего телефонного звонка. А теперь звонить было некому. И я, стоя рядом, переживал вместе с ним его горе.

    — Елена Бычкова · книга
16. № 16
    «

    — Что стало с остальными созданиями Основателя? — Их убили собственные дети — кровные братья, подобные тебе. Умертвили, усыпили, парализовали. — Но почему?! — Боги должны выглядеть как люди, — наверное, он улыбнулся, Пауле почудилась горькая усмешка в его голосе. — Иначе их будут бояться и ненавидеть. А нам были нужны ваша любовь и доверие.

    — Что стало с остальными созданиями Основателя? — Их убили собственные дети — кровные братья, подобные тебе. Умертвили, усыпили, парализовали. — Но почему?! — Боги должны выглядеть как люди, — наверное, он улыбнулся, Пауле почудилась горькая усмешка в его голосе. — Иначе их будут бояться и ненавидеть. А нам были нужны ваша любовь и доверие.

    — Елена Бычкова · книга
17. № 17
    «

    — Ты что, думаешь, никто ничего не делает просто так? — Увы, — улыбнулась Фелиция, — я слишком хорошо знаю человеческую природу. Нами всегда движет жажда выгоды, а в чем эта выгода будет выражаться, решает каждый для себя сам — удовлетворение любопытства, ожидание ответной любезности, похвалы или восхищения, материального вознаграждения или собственного морального успокоения.

    — Ты что, думаешь, никто ничего не делает просто так? — Увы, — улыбнулась Фелиция, — я слишком хорошо знаю человеческую природу. Нами всегда движет жажда выгоды, а в чем эта выгода будет выражаться, решает каждый для себя сам — удовлетворение любопытства, ожидание ответной любезности, похвалы или восхищения, материального вознаграждения или собственного морального успокоения.

    — Елена Бычкова · книга
18. № 18
    «

    Никогда не верил, что кровопускание может кому-то помочь, иначе на войне от этого бы никто не умирал. Потеря крови ослабляет человека, но никак не ставит его на ноги, что бы там ни говорили ученые мужи.

    Никогда не верил, что кровопускание может кому-то помочь, иначе на войне от этого бы никто не умирал. Потеря крови ослабляет человека, но никак не ставит его на ноги, что бы там ни говорили ученые мужи.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
19. № 19
    «

    Жить долго — естественное желание любого разумного человека.

    Жить долго — естественное желание любого разумного человека.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
20. № 20
    «

    Удача вора — женщина капризная, в любой миг может отвернуться, но, пока она со мной, я могу заниматься своим воровским ремеслом.

    Удача вора — женщина капризная, в любой миг может отвернуться, но, пока она со мной, я могу заниматься своим воровским ремеслом.

    — Крадущийся в тени · книга
21. № 21
    «

    Боги не очень-то жаловали своим присутствием мир, который они сами и создали.

    Боги не очень-то жаловали своим присутствием мир, который они сами и создали.

    — Крадущийся в тени · книга
22. № 22
    «

    — Ты борешься с Тьмой в себе? — спросил меня один из двух жрецов, стоявших возле главных ворот. — Я уничтожаю Тьму.

    — Ты борешься с Тьмой в себе? — спросил меня один из двух жрецов, стоявших возле главных ворот. — Я уничтожаю Тьму.

    — Гаррет-Тень · книга
23. № 23
    «

    Эх, зелень необученная! Я бы на твоем месте каждую минутку ловил!

    Эх, зелень необученная! Я бы на твоем месте каждую минутку ловил!

    — Дядька · книга
24. № 24
    «

    А затем Фонарщик затянул песнь-Прощение. Песнь, которую поют Дикие над могилами и телами своих братьев, не важно, пали они в бою или умерли от старости. Песнь странную и даже неподходящую для воинов. Ведь как воины могут прощать своих врагов?

    А затем Фонарщик затянул песнь-Прощение. Песнь, которую поют Дикие над могилами и телами своих братьев, не важно, пали они в бою или умерли от старости. Песнь странную и даже неподходящую для воинов. Ведь как воины могут прощать своих врагов?

    — Крадущийся в тени · книга
25. № 25
    «

    Но то, что не сделал разум молодых рас, сделала их кровь. Кровь и ненависть. Ненависть и кровь. Две стороны одного и того же меча, пробившего брешь в печати равновесия.

    Но то, что не сделал разум молодых рас, сделала их кровь. Кровь и ненависть. Ненависть и кровь. Две стороны одного и того же меча, пробившего брешь в печати равновесия.

    — Джанга с тенями · книга
26. № 26
    «

    Может, я и мудрый дурак, но ты, Гаррет, дурак самый настоящий! И знаешь почему? Потому что мудрец знает, что он дурак, а следовательно, он мудрый дурак! А такие, как ты, считающие себя наиумнейшими и наимудрейшими, даже не догадываются, какие они круглые дураки!

    Может, я и мудрый дурак, но ты, Гаррет, дурак самый настоящий! И знаешь почему? Потому что мудрец знает, что он дурак, а следовательно, он мудрый дурак! А такие, как ты, считающие себя наиумнейшими и наимудрейшими, даже не догадываются, какие они круглые дураки!

    — Кли-Кли · книга
27. № 27
    «

    От боли можно отмахнуться, с ней можно бороться, о ней можно забыть на время. Боль живая, она пульсирует, она дышит, и если ты знаешь, что боль не всесильна, то с ней можно договориться, а то и победить ее. Другое дело холод. Он бездушен и безучастен ко всему живому. Холод опасен, и если поначалу он тебя мучает и обжигает пальцы, то потом просто пытается усыпить, принести ложное тепло и спокойствие, унести сознание в бесконечную реку забвения и снов, которая впадает в море Смерти.

    От боли можно отмахнуться, с ней можно бороться, о ней можно забыть на время. Боль живая, она пульсирует, она дышит, и если ты знаешь, что боль не всесильна, то с ней можно договориться, а то и победить ее. Другое дело холод. Он бездушен и безучастен ко всему живому. Холод опасен, и если поначалу он тебя мучает и обжигает пальцы, то потом просто пытается усыпить, принести ложное тепло и спокойствие, унести сознание в бесконечную реку забвения и снов, которая впадает в море Смерти.

    — Джанга с тенями · книга
28. № 28
    «

    Если ты доверяешь первому встречному, то ты рано или поздно покойник.

    Если ты доверяешь первому встречному, то ты рано или поздно покойник.

    — Джанга с тенями · книга
29. № 29
    «

    У нас существует поверье, что, когда эльф умирает в бою, на небе загорается новая звезда.

    У нас существует поверье, что, когда эльф умирает в бою, на небе загорается новая звезда.

    — Эграсса · книга
30. № 30
    «

    Не стоит полагаться и доверять людям, иначе можно потерять свой дом навсегда.

    Не стоит полагаться и доверять людям, иначе можно потерять свой дом навсегда.

    — Кли-Кли · книга
31. № 31
    «

    Много будешь знать — быстро помрешь.

    Много будешь знать — быстро помрешь.

    — Халлас · книга
32. № 32
    «

    Когда умер друг, не давай волю слезам, а найди врага и отомсти.

    Когда умер друг, не давай волю слезам, а найди врага и отомсти.

    — Вьюга теней · книга
33. № 33
    «

    Она очень сильно надеялась на вас, людей… уважала и считала, что вы не так уж плохи, просто сами не знаете об этом…

    Она очень сильно надеялась на вас, людей… уважала и считала, что вы не так уж плохи, просто сами не знаете об этом…

    — Вьюга теней · книга
34. № 34
    «

    Смерть слепа, но никогда не ошибается в своем выборе.

    Смерть слепа, но никогда не ошибается в своем выборе.

    — Вьюга теней · книга
35. № 35
    «

    Смерть терпелива. Она умеет ждать.

    Смерть терпелива. Она умеет ждать.

    — Вьюга теней · книга
36. № 36
    «

    В профессии вора одна из неоспоримых добродетелей — умение ждать. На крыше здания, в темном пыльном закутке, по горло в дерьме — не важно где ты находишься и кого поджидаешь, но если ты терпелив, то тебе всегда будет сопутствовать удача.

    В профессии вора одна из неоспоримых добродетелей — умение ждать. На крыше здания, в темном пыльном закутке, по горло в дерьме — не важно где ты находишься и кого поджидаешь, но если ты терпелив, то тебе всегда будет сопутствовать удача.

    — Вьюга теней · книга
37. № 37
    «

    Весели Смерть! Порадуй ее своей песней, да так, чтобы она навсегда запомнила этот бой!

    Весели Смерть! Порадуй ее своей песней, да так, чтобы она навсегда запомнила этот бой!

    — Вьюга теней · книга
38. № 38
    «

    Повсюду царили смерть, отчаяние и страх. Люди уже не сражались за свои жизни. Они просто ждали решения высших сил, кому из них жить, а кому умереть. Эта овечья покорность, отупляющая сознание, была не менее страшна, чем сама болезнь.

    Повсюду царили смерть, отчаяние и страх. Люди уже не сражались за свои жизни. Они просто ждали решения высших сил, кому из них жить, а кому умереть. Эта овечья покорность, отупляющая сознание, была не менее страшна, чем сама болезнь.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
39. № 39
    «

    Страх притягивает темные души. Они безумеют от его едкой вони и приходят к живым лишь для того, чтобы сделать их мертвыми.

    Страх притягивает темные души. Они безумеют от его едкой вони и приходят к живым лишь для того, чтобы сделать их мертвыми.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
40. № 40
    «

    До него дошло, что я не в настроении, поэтому он перебросил свой ораторский пыл на Геру, взывая к её совести. Крайне неудачный способ убедить ведьму чего-то не делать.

    До него дошло, что я не в настроении, поэтому он перебросил свой ораторский пыл на Геру, взывая к её совести. Крайне неудачный способ убедить ведьму чего-то не делать.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
41. № 41
    «

    Осторожнее с надеждами, они приводят к разочарованиям.

    Осторожнее с надеждами, они приводят к разочарованиям.

    — Пересмешник · книга
42. № 42
    «

    Сомнения и неуверенность — плохие спутники в жизни. Они заставляют толкаться на одном месте, а затем жалеть об упущенных возможностях.

    Сомнения и неуверенность — плохие спутники в жизни. Они заставляют толкаться на одном месте, а затем жалеть об упущенных возможностях.

    — Бэсс · книга
43. № 43
    «

    Только с настоящим другом можно отправиться в постель. Все остальные этого совершенно недостойны.

    Только с настоящим другом можно отправиться в постель. Все остальные этого совершенно недостойны.

    — Людвиг · книга
44. № 44
    «

    У меня слишком мало добрых поступков, чтобы я о них никому не рассказывал.

    У меня слишком мало добрых поступков, чтобы я о них никому не рассказывал.

    — Елена Бычкова · книга
45. № 45
    «

    Неизвестность — хреновая штука. Можно гадать до бесконечности, но обычно все догадки рушатся прахом, потому что ты всё равно не готов к тому, что тебя ждёт.

    Неизвестность — хреновая штука. Можно гадать до бесконечности, но обычно все догадки рушатся прахом, потому что ты всё равно не готов к тому, что тебя ждёт.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
46. № 46
    «

    Деньги рты не затыкают. Это прерогатива пуль.

    Деньги рты не затыкают. Это прерогатива пуль.

    — Наталья Турчанинова · книга
47. № 47
    «

    Лучшие уроки мы получаем, совершая ошибки.

    Лучшие уроки мы получаем, совершая ошибки.

    — Тиль эр' Картиа · книга
48. № 48
    «

    Хороших людей вообще не бывает. Как и плохих. Просто каждый всеми силами преследует свои цели и свои интересы. И если его интересы и поступки совпадают с твоими — он хороший. А если нет — то плохой.

    Хороших людей вообще не бывает. Как и плохих. Просто каждый всеми силами преследует свои цели и свои интересы. И если его интересы и поступки совпадают с твоими — он хороший. А если нет — то плохой.

    — Под знаком мантикоры · книга
49. № 49
    «

    Мы всегда поспешны в своих решениях и слишком часто жалеем о них, пытаясь исправить то, что исправлять давно уже не следует.

    Мы всегда поспешны в своих решениях и слишком часто жалеем о них, пытаясь исправить то, что исправлять давно уже не следует.

    — Тиль эр' Картиа · книга
50. № 50
    «

    Каждый из нас проходит по мостам жизни, сжигая их за собой и унося в памяти запах дыма и горечь слез.

    Каждый из нас проходит по мостам жизни, сжигая их за собой и унося в памяти запах дыма и горечь слез.

    — Тиль эр' Картиа · книга
51. № 51
    «

    ... доверие — гораздо крепче сомнений. Первое способно выдержать многое. Вторые разлетаются от малейшего дуновения ветерка. Пока веришь человеку и поддерживаешь его, шансов на то, что случится плохое, гораздо меньше. Сомнения — первый шаг в могилу.

    ... доверие — гораздо крепче сомнений. Первое способно выдержать многое. Вторые разлетаются от малейшего дуновения ветерка. Пока веришь человеку и поддерживаешь его, шансов на то, что случится плохое, гораздо меньше. Сомнения — первый шаг в могилу.

    — Нэсс · книга
52. № 52
    «

    Мы испытываем стыд не потому, что допустили ошибку, а потому, что наш позор видят другие.

    Мы испытываем стыд не потому, что допустили ошибку, а потому, что наш позор видят другие.

    — Тиль эр' Картиа · книга
53. № 53
    «

    Удобства растут, а мир портится.

    Удобства растут, а мир портится.

    — Тиль эр' Картиа · книга
54. № 54
    «

    Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.

    Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.

    — Наталья Турчанинова · книга
55. № 55
    «

    Да, это не сказка. Только в сказках умирают с честью и безмолвно. В жизни обычно долго корчатся, вопят и истекают кровью.

    Да, это не сказка. Только в сказках умирают с честью и безмолвно. В жизни обычно долго корчатся, вопят и истекают кровью.

    — Крадущийся в тени · книга
56. № 56
    «

    Многие из нынешнего поколения не любят сидеть на месте. Все куда-то спешат, торопятся, стремятся чего-то достичь, стараются изменить, хотя в большинстве своем сами не знают, чего хотят... Таких людей, как вы, я называю «искатели ветра». Вы слепо гонитесь за ним, но что станете делать, когда отыщете? Никто из вас не думает, куда заведет тот поиск. Ты можешь найти совсем не то, что ищешь, и, вместо того, чтобы поймать ветер Хаоса, попадешь в бурю. Готов ли ты встретиться с ней лицом к лицу?

    Многие из нынешнего поколения не любят сидеть на месте. Все куда-то спешат, торопятся, стремятся чего-то достичь, стараются изменить, хотя в большинстве своем сами не знают, чего хотят... Таких людей, как вы, я называю «искатели ветра». Вы слепо гонитесь за ним, но что станете делать, когда отыщете? Никто из вас не думает, куда заведет тот поиск. Ты можешь найти совсем не то, что ищешь, и, вместо того, чтобы поймать ветер Хаоса, попадешь в бурю. Готов ли ты встретиться с ней лицом к лицу?

    — Вор · книга
57. № 57
    «

    — В жизни нужны приключения? — ехидненько хихикнул он. — В жизни нужен смысл, старина.

    — В жизни нужны приключения? — ехидненько хихикнул он. — В жизни нужен смысл, старина.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
58. № 58
    «

    У священников один разговор — в другой жизни будет лучше, а здесь терпи, парень, и не забудь заплатить за исповедь.

    У священников один разговор — в другой жизни будет лучше, а здесь терпи, парень, и не забудь заплатить за исповедь.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
59. № 59
    «

    Никто не может быть счастлив без иллюзий. Они необходимы для нашего счастья не меньше, чем реальность.

    Никто не может быть счастлив без иллюзий. Они необходимы для нашего счастья не меньше, чем реальность.

    — Стэфан · книга
60. № 60
    «

    Люди не всегда жестоки и бездушны. Но зло всегда было для них привлекательно, потому что оно носит очень соблазнительную маску порочности и вседозволенности, которую многие понимают как свободу.

    Люди не всегда жестоки и бездушны. Но зло всегда было для них привлекательно, потому что оно носит очень соблазнительную маску порочности и вседозволенности, которую многие понимают как свободу.

    — Елена Бычкова · книга
61. № 61
    «

    — А если некроманты появятся вместе с ними? Например, с бетайласами. — Она отодвинула тарелку и уставилась на собеседника пронзительным, требовательным взглядом. — Тогда стреляй в голову, — неторопливо откладывая вилку с ножом, ответил Ричард. — Кому? — Лучше бетайласам. Кадаверциан могут обидеться.

    — А если некроманты появятся вместе с ними? Например, с бетайласами. — Она отодвинула тарелку и уставилась на собеседника пронзительным, требовательным взглядом. — Тогда стреляй в голову, — неторопливо откладывая вилку с ножом, ответил Ричард. — Кому? — Лучше бетайласам. Кадаверциан могут обидеться.

    — Елена Бычкова · книга
62. № 62
    «

    Между справедливостью и местью нельзя поставить знак равенства.

    Между справедливостью и местью нельзя поставить знак равенства.

    — Виктор эр`Картиа · книга
63. № 63
    «

    — У тебя есть стратегический план дальнейших действий, мой мальчик? — Да. Называется импровизация.

    — У тебя есть стратегический план дальнейших действий, мой мальчик? — Да. Называется импровизация.

    — Пересмешник · книга
64. № 64
    «

    — Быть может, мой поступок оказался не слишком умным. Но вы даже представить себе не можете, насколько унизительно всю жизнь пресмыкаться перед всеми, культивируя в себе ощущение беспомощности. Я должна была отомстить! Колдун насмешливо поднял чёрные брови. Фэри ожидала очередного едкого замечания, но неожиданно он произнес с одобрением: — Лучше быть в ярости, чем в слезах.

    — Быть может, мой поступок оказался не слишком умным. Но вы даже представить себе не можете, насколько унизительно всю жизнь пресмыкаться перед всеми, культивируя в себе ощущение беспомощности. Я должна была отомстить! Колдун насмешливо поднял чёрные брови. Фэри ожидала очередного едкого замечания, но неожиданно он произнес с одобрением: — Лучше быть в ярости, чем в слезах.

    — Елена Бычкова · книга
65. № 65
    «

    — Мне кажется, за те пятнадцать лет, что мы знакомы, если бы мы хотели быть вместе — мы бы были. Как Шуко и Рози, к примеру. Но ты же помнишь, чем закончилось наше последнее «вместе» — через три месяца мы едва не убили друг друга. — Ну, я же говорю — любовь.

    — Мне кажется, за те пятнадцать лет, что мы знакомы, если бы мы хотели быть вместе — мы бы были. Как Шуко и Рози, к примеру. Но ты же помнишь, чем закончилось наше последнее «вместе» — через три месяца мы едва не убили друг друга. — Ну, я же говорю — любовь.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
66. № 66
    «

    Не стоит лезть в чужую голову, иначе у тебя есть шанс наткнуться на очень специфичные мечты.

    Не стоит лезть в чужую голову, иначе у тебя есть шанс наткнуться на очень специфичные мечты.

    — Наталья Турчанинова · книга
67. № 67
    «

    Любое дело важно, даже самое мелкое и, на первый взгляд, незначительное. Маленький камешек тянет за собой в пропасть огромные глыбы, и от такого камнепада невозможно укрыться.

    Любое дело важно, даже самое мелкое и, на первый взгляд, незначительное. Маленький камешек тянет за собой в пропасть огромные глыбы, и от такого камнепада невозможно укрыться.

    — Тиль эр' Картиа · книга
68. № 68
    «

    Я знаю одно, Фелиция. Все проходит. Советую тебе повторять это почаще мысленно. Очень помогает избавляться от иллюзий.

    Я знаю одно, Фелиция. Все проходит. Советую тебе повторять это почаще мысленно. Очень помогает избавляться от иллюзий.

    — Елена Бычкова · книга
69. № 69
    «

    Все когда-нибудь уходят. Рано или поздно это случается, и бегать от этого — глупо, а закрывать глаза на это — ещё глупее. ... Весь вопрос только в том, как уйти и за что стоит расстаться с жизнью.

    Все когда-нибудь уходят. Рано или поздно это случается, и бегать от этого — глупо, а закрывать глаза на это — ещё глупее. ... Весь вопрос только в том, как уйти и за что стоит расстаться с жизнью.

    — Миралисса · книга
70. № 70
    «

    Тень появляется только тогда, когда существует хотя бы крупица света, так что сравнивать её с тьмой по меньшей мере глупо.

    Тень появляется только тогда, когда существует хотя бы крупица света, так что сравнивать её с тьмой по меньшей мере глупо.

    — Гаррет · книга
71. № 71
    «

    Все боятся умереть. Даже те, кто уже мертв. Любое разумное существо должно любить и ценить свою жизнь, иначе оно перестает быть разумным.

    Все боятся умереть. Даже те, кто уже мертв. Любое разумное существо должно любить и ценить свою жизнь, иначе оно перестает быть разумным.

    — Тиль эр' Картиа · книга
72. № 72
    «

    — Такая нелепая смерть. — Покажи мне другую, — ответил Рэй, не открывая глаз. — Хоть одна смерть будет правильной, красивой? — В романах, — тут же отозвался Гризли, — каждая вторая смерть жуть до чего красивая.

    — Такая нелепая смерть. — Покажи мне другую, — ответил Рэй, не открывая глаз. — Хоть одна смерть будет правильной, красивой? — В романах, — тут же отозвался Гризли, — каждая вторая смерть жуть до чего красивая.

    — Елена Бычкова · книга
73. № 73
    «

    Каждая потеря остается потерей, сколько бы их ни было до этого.

    Каждая потеря остается потерей, сколько бы их ни было до этого.

    — Данте · книга
74. № 74
    «

    ...ты все еще связан социальными рамками. Не спорю, многие из них вполне хороши, но некоторые очень мешают заглянуть за горизонт. Ты же знаешь эти не слишком умные варианты – «но если я это сделаю, что обо мне подумают окружающие?» А не плевать ли на них, Пересмешник?

    ...ты все еще связан социальными рамками. Не спорю, многие из них вполне хороши, но некоторые очень мешают заглянуть за горизонт. Ты же знаешь эти не слишком умные варианты – «но если я это сделаю, что обо мне подумают окружающие?» А не плевать ли на них, Пересмешник?

    — Данте · книга
75. № 75
    «

    Придурок, прости господи, – обреченно вздохнул Проповедник, слушавший наш разговор. – Или опасный идеалист, что, впрочем, одно и то же.

    Придурок, прости господи, – обреченно вздохнул Проповедник, слушавший наш разговор. – Или опасный идеалист, что, впрочем, одно и то же.

    — Проповедник · книга
76. № 76
    «

    Головой надо думать, Гаррет, а не грешным делом. Толку будет в два раза больше, можешь мне поверить.

    Головой надо думать, Гаррет, а не грешным делом. Толку будет в два раза больше, можешь мне поверить.

    — Джанга с тенями · книга
77. № 77
    «

    Людям всегда были нужны мифы о кровожадных чудовищах, чтобы оправдать себя...

    Людям всегда были нужны мифы о кровожадных чудовищах, чтобы оправдать себя...

    — Елена Бычкова · книга
78. № 78
    «

    Пустота никогда не может заменить цели...

    Пустота никогда не может заменить цели...

    — Стэфан · книга
79. № 79
    «

    Мы одной ногой в могиле с тех пор, как родились. Весь вопрос лишь в том, когда тебя толкнут в спину, и ты туда ляжешь.

    Мы одной ногой в могиле с тех пор, как родились. Весь вопрос лишь в том, когда тебя толкнут в спину, и ты туда ляжешь.

    — Ракель · книга
80. № 80
    «

    — Если на человека слишком долго давить, он ломается. — Или же обрастает шипами.

    — Если на человека слишком долго давить, он ломается. — Или же обрастает шипами.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
81. № 81
    «

    Избавь нас Господь от тех, кто думает, что исполняет Его волю!

    Избавь нас Господь от тех, кто думает, что исполняет Его волю!

    — капеллан Папы · книга
82. № 82
    «

    Сильнее любви магии нет. Она — источник всего сущего. Перед тем, кто освоит это чувство без остатка, открываются воистину грандиозные перспективы... Её любовь спасла тебя, а твоя — её.

    Сильнее любви магии нет. Она — источник всего сущего. Перед тем, кто освоит это чувство без остатка, открываются воистину грандиозные перспективы... Её любовь спасла тебя, а твоя — её.

    — Гаррет · книга
83. № 83
    «

    ... свои желания лучше выполнять самому.

    ... свои желания лучше выполнять самому.

    — Елена Бычкова · книга
84. № 84
    «

    Не скажу, что я религиозен. Скорее наоборот — молчаливый атеист, не лезущий в чужую веру, никого не учащий, как следует жить, чему поклоняться и в кого верить. Я уважаю все религиозные конфессии <..>. Во всяком случае, до тех пор, пока меня не стараются обратить в чью-либо веру, я остаюсь очень терпимым...

    Не скажу, что я религиозен. Скорее наоборот — молчаливый атеист, не лезущий в чужую веру, никого не учащий, как следует жить, чему поклоняться и в кого верить. Я уважаю все религиозные конфессии <..>. Во всяком случае, до тех пор, пока меня не стараются обратить в чью-либо веру, я остаюсь очень терпимым...

    — Тиль эр' Картиа · книга
85. № 85
    «

    Смерть — это поединок один на один с неизбежным, в котором человек всегда проигрывает.

    Смерть — это поединок один на один с неизбежным, в котором человек всегда проигрывает.

    — Елена Бычкова · книга
86. № 86
    «

    Храм должен быть в голове, а не на земле. Человек, если он праведник, сам себе храм.

    Храм должен быть в голове, а не на земле. Человек, если он праведник, сам себе храм.

    — Отор · книга
87. № 87
    «

    — Тебе дорога эта красотка? — невзначай поинтересовалась Бэсс. — Не знаю, — искренне ответил я. — Вы, мужчины, сплошное ходячее противоречие.... Никогда не знаете, чего хотите в женщинах. Отсюда в нашем мире столько проблем......... Никогда не могла понять, как можно не знать о собственных чувствах. Если любишь — люби, ненавидишь — ненавидь.

    — Тебе дорога эта красотка? — невзначай поинтересовалась Бэсс. — Не знаю, — искренне ответил я. — Вы, мужчины, сплошное ходячее противоречие.... Никогда не знаете, чего хотите в женщинах. Отсюда в нашем мире столько проблем......... Никогда не могла понять, как можно не знать о собственных чувствах. Если любишь — люби, ненавидишь — ненавидь.

    — Пересмешник · книга
88. № 88
    «

    ... все мы полны скрытых сюрпризов. Жаль, что основная часть из них вряд ли доставит радость окружающим.

    ... все мы полны скрытых сюрпризов. Жаль, что основная часть из них вряд ли доставит радость окружающим.

    — Нэсс · книга
89. № 89
    «

    ...спасаем мир и занимаемся другой бесполезной и совершенно дурацкой ерундой. Глупо? Что ж, склонен с вами согласиться...

    ...спасаем мир и занимаемся другой бесполезной и совершенно дурацкой ерундой. Глупо? Что ж, склонен с вами согласиться...

    — Гаррет · книга
90. № 90
    «

    Знания удивительно живучи. Сколько книги ни сжигай, сколько ни уничтожай, сколько ни прячь под замками, всегда найдется еще один том в каком-нибудь старом сундуке, шкафу, на чердаке, у коллекционера или в тайнике. Со временем книги, в том числе и запрещенные, появляются и часто попадают в плохие руки.

    Знания удивительно живучи. Сколько книги ни сжигай, сколько ни уничтожай, сколько ни прячь под замками, всегда найдется еще один том в каком-нибудь старом сундуке, шкафу, на чердаке, у коллекционера или в тайнике. Со временем книги, в том числе и запрещенные, появляются и часто попадают в плохие руки.

    — Аутодафе · книга
91. № 91
    «

    Нет ничего опаснее обжитых мест. Там можно встретить все, что угодно, начиная с банального карманника и заканчивая тварью, облюбовавшей подвал булочной. При большом скоплении народа удобно промышлять и охотиться.

    Нет ничего опаснее обжитых мест. Там можно встретить все, что угодно, начиная с банального карманника и заканчивая тварью, облюбовавшей подвал булочной. При большом скоплении народа удобно промышлять и охотиться.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
92. № 92
    «

    — Зря беспокоишься. Зивий меня хорошо знает, если с тобой что-то случится, я рассержусь. — Звучит очень обнадеживающе. Находясь на колу, я буду искренне радоваться, что ты устроишь взбучку этому гаденышу.

    — Зря беспокоишься. Зивий меня хорошо знает, если с тобой что-то случится, я рассержусь. — Звучит очень обнадеживающе. Находясь на колу, я буду искренне радоваться, что ты устроишь взбучку этому гаденышу.

    — Людвиг ван Нормайенн · книга
93. № 93
    «

    Солнце ещё не скрылось за горизонтом, но уже собралось на покой, а луна походила на снежную сову. Над городом всего лишь на час воспарила гигантская дремлющая птица, имя которой — сумерки.

    Солнце ещё не скрылось за горизонтом, но уже собралось на покой, а луна походила на снежную сову. Над городом всего лишь на час воспарила гигантская дремлющая птица, имя которой — сумерки.

    — Крадущийся в тени · книга
94. № 94
    «

    Тень — родная сестра тьмы.

    Тень — родная сестра тьмы.

    — Фор · книга
95. № 95
    «

    Говорят, если бы можно было заставить птицу думать над тем, как именно та летит, она бы никогда не смогла расправить крылья...

    Говорят, если бы можно было заставить птицу думать над тем, как именно та летит, она бы никогда не смогла расправить крылья...

    — Елена Бычкова · книга
96. № 96
    «

    Цивилизация овец губит волков.

    Цивилизация овец губит волков.

    — Наталья Турчанинова · книга
97. № 97
    «

    Минуты текли со скоростью улитки, которая ненароком попала в королевские винные погреба и налакалась в них дармового пойла по самое не хочу.

    Минуты текли со скоростью улитки, которая ненароком попала в королевские винные погреба и налакалась в них дармового пойла по самое не хочу.

    — Джанга с тенями · книга
98. № 98
    «

    Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

    Жизнь назначает за все свои дары слишком высокие цены, и мы покупаем самую ничтожную из ее тайн за чудовищную и безмерную плату.

    — Елена Бычкова · книга
99. № 99
    «

    Нет изначального добра и изначального зла. Есть люди, их желания, мечты, цели и поступки. Все остальное – отражения этого.

    Нет изначального добра и изначального зла. Есть люди, их желания, мечты, цели и поступки. Все остальное – отражения этого.

    — Пожиратель душ · книга
100. № 100
     «

     Никто из нас не знает, чему будет рад в тот или иной момент.

     Никто из нас не знает, чему будет рад в тот или иной момент.

     — Пожиратель душ · книга
101. № 101
     «

     Историю пишут победители, не так ли? А еще старые хронисты, которые спрятали истину в тайный сундук и в угоду власти создали новую «правду». Стоит написать строчку — и через несколько сотен лет ее воспримут как откровение и незыблемую основу. И никто не усомнится, не подумает, что на самом деле все было не так… Совсем не так.

     Историю пишут победители, не так ли? А еще старые хронисты, которые спрятали истину в тайный сундук и в угоду власти создали новую «правду». Стоит написать строчку — и через несколько сотен лет ее воспримут как откровение и незыблемую основу. И никто не усомнится, не подумает, что на самом деле все было не так… Совсем не так.

     — Под знаком мантикоры · книга
102. № 102
     «

     ...не стоит тебе, друг мой, судить других. Иначе кто-то обязательно поспешит осудить тебя.

     ...не стоит тебе, друг мой, судить других. Иначе кто-то обязательно поспешит осудить тебя.

     — Нэсс · книга
103. № 103
     «

     — Я планирую оставаться в таком настроении до тех пор, пока ты не переберешься через этот чертов перевал и не окажешься в цивилизации. — Ну если под цивилизацией ты понимаешь войну, которая с цепом носится по стране, шарахая по всем, кто не успел от него увернуться, то я тебя не разочарую. Скоро мы будем в этой цивилизации по самые уши.

     — Я планирую оставаться в таком настроении до тех пор, пока ты не переберешься через этот чертов перевал и не окажешься в цивилизации. — Ну если под цивилизацией ты понимаешь войну, которая с цепом носится по стране, шарахая по всем, кто не успел от него увернуться, то я тебя не разочарую. Скоро мы будем в этой цивилизации по самые уши.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
104. № 104
     «

     Тот, кто ищет правду и справедливость, сеет смерть так же часто, как тот, кто разжигает свою ненависть и удовлетворяет месть.

     Тот, кто ищет правду и справедливость, сеет смерть так же часто, как тот, кто разжигает свою ненависть и удовлетворяет месть.

     — Золотые костры · книга
105. № 105
     «

     Умирать не страшно. <...> Просто обидно. Никогда не успеваешь сделать всё, что хотел.

     Умирать не страшно. <...> Просто обидно. Никогда не успеваешь сделать всё, что хотел.

     — Проповедник · книга
106. № 106
     «

     Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

     Мое отношение к смертным ничуть не хуже, чем их отношение друг к другу. Я даже убиваю их в меньших масштабах, чем они устраивают это сами для себя. И за все время существования Золотых Ос я не смог придумать ничего более жестокого, чем придумали люди — массовые убийства, резервации, концентрационные лагеря, геноцид, садистические опыты…

     — Елена Бычкова · книга
107. № 107
     «

     У легенд две беды. Им либо не верят, либо слишком сильно верят.

     У легенд две беды. Им либо не верят, либо слишком сильно верят.

     — демон из Дерфельда · книга
108. № 108
     «

     В человеке не может жить одно зло или одно добро. Меня тошнит от людей, которые так считают. Даже самый гнусный злодей может быть храбрым в бою и способным совершить добрый поступок. Например, пощадить проигравшего или спасти умирающую от голода и холода псину. А самый отчаянный герой может оказаться способным на трусость, подлость и предательство.

     В человеке не может жить одно зло или одно добро. Меня тошнит от людей, которые так считают. Даже самый гнусный злодей может быть храбрым в бою и способным совершить добрый поступок. Например, пощадить проигравшего или спасти умирающую от голода и холода псину. А самый отчаянный герой может оказаться способным на трусость, подлость и предательство.

     — Нэсс · книга
109. № 109
     «

     Чем меньше о тебе знают другие, тем сильнее ты защищён от разных неожиданностей.

     Чем меньше о тебе знают другие, тем сильнее ты защищён от разных неожиданностей.

     — Гаррет · книга
110. № 110
     «

     Когда случается бунт, люди перестают быть людьми и превращаются в жаждущую крови толпу.

     Когда случается бунт, люди перестают быть людьми и превращаются в жаждущую крови толпу.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
111. № 111
     «

     Я тоже идеалист. Мне претит мысль, что я везу тебя на заклание, ибо мне не нравится библейская история про отца, решившего отдать своего сына в жертву Богу. Есть в этом что-то противоестественное тому, чему учит Всевышний.

     Я тоже идеалист. Мне претит мысль, что я везу тебя на заклание, ибо мне не нравится библейская история про отца, решившего отдать своего сына в жертву Богу. Есть в этом что-то противоестественное тому, чему учит Всевышний.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
112. № 112
     «

     Больше всего чудовищ не среди ругару, старг или боздуханов, а среди нашего племени. Хуже людей я пока никого не встречал.

     Больше всего чудовищ не среди ругару, старг или боздуханов, а среди нашего племени. Хуже людей я пока никого не встречал.

     — Золотые костры · книга
113. № 113
     «

     Если человека пичкать обрывками культуры, которой тот не понимает, то он становится прекрасным фанатиком и оружием в чужих руках.

     Если человека пичкать обрывками культуры, которой тот не понимает, то он становится прекрасным фанатиком и оружием в чужих руках.

     — Влад · книга
114. № 114
     «

     Атмосфера тревоги растеклась по улицам, заползла в дома, а следом за ней, на мягких лапах, следовал пока ещё невидимый, но уже ощущаемый страх. Кроме этих двух вечных спутников был ещё кое-кто. Но столь призрачный, что я не готов был поручиться, что слышал шорох плаща и видел блеск луны на лезвии косы.

     Атмосфера тревоги растеклась по улицам, заползла в дома, а следом за ней, на мягких лапах, следовал пока ещё невидимый, но уже ощущаемый страх. Кроме этих двух вечных спутников был ещё кое-кто. Но столь призрачный, что я не готов был поручиться, что слышал шорох плаща и видел блеск луны на лезвии косы.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
115. № 115
     «

     Боль — самая динамичная и эффективная форма допроса.

     Боль — самая динамичная и эффективная форма допроса.

     — Старый Лис · книга
116. № 116
     «

     Чрезмерная страсть не приносит двум людям ни славы, ни удовлетворения, ни счастья. Ведь она не так многогранна, как любовь. Страсть нечто иное, местами более сильное, более дикое, примитивное и в то же время яркое. Порой она заставляет кипеть кровь и заводит почище, чем пузырьки розового шампанского жвилья. Беда лишь в том, что, когда это чувство у кого-то из двоих проходит, на коже остается лишь соль, песок да зола.

     Чрезмерная страсть не приносит двум людям ни славы, ни удовлетворения, ни счастья. Ведь она не так многогранна, как любовь. Страсть нечто иное, местами более сильное, более дикое, примитивное и в то же время яркое. Порой она заставляет кипеть кровь и заводит почище, чем пузырьки розового шампанского жвилья. Беда лишь в том, что, когда это чувство у кого-то из двоих проходит, на коже остается лишь соль, песок да зола.

     — Пересмешник · книга
117. № 117
     «

     Порой в молчании куда больше толка, чем в словах.

     Порой в молчании куда больше толка, чем в словах.

     — Франческа Джакометти · книга
118. № 118
     «

     Каждый из нас наживает врагов, некоторые — могущественны и злопамятны, поэтому желательно, чтобы и друзья были не слабее.

     Каждый из нас наживает врагов, некоторые — могущественны и злопамятны, поэтому желательно, чтобы и друзья были не слабее.

     — Гертруда фон Рюдигер · книга
119. № 119
     «

     Если бы мы знали секреты друг друга, то они бы стали лучшим утешением для наших сердец.

     Если бы мы знали секреты друг друга, то они бы стали лучшим утешением для наших сердец.

     — Стефан · книга
120. № 120
     «

     Не всегда ураган гасит искры. Иногда он может превратить их в пожар.

     Не всегда ураган гасит искры. Иногда он может превратить их в пожар.

     — Искра и ветер · книга
121. № 121
     «

     ...когда ты всесилен, приходится придумывать ограничения. Не для мира. Для себя. Иначе жизнь теряет всякий смысл, если в любое мгновение можно достать луну с небес.

     ...когда ты всесилен, приходится придумывать ограничения. Не для мира. Для себя. Иначе жизнь теряет всякий смысл, если в любое мгновение можно достать луну с небес.

     — Гаррет · книга
122. № 122
     «

     Удивительные вы существа, люди. Иногда готовы перегрызть друг другу глотку за медяк или другую чушь, а иногда решаете прикрыть собой спины товарищей, понимая, что живым выбраться не удастся.

     Удивительные вы существа, люди. Иногда готовы перегрызть друг другу глотку за медяк или другую чушь, а иногда решаете прикрыть собой спины товарищей, понимая, что живым выбраться не удастся.

     — Кли-Кли · книга
123. № 123
     «

     Настоящую грацию девушки можно определить, понаблюдав, как она спускается или поднимается по лестнице, а ещё — как выходит из воды по гальке.

     Настоящую грацию девушки можно определить, понаблюдав, как она спускается или поднимается по лестнице, а ещё — как выходит из воды по гальке.

     — Елена Бычкова · книга
124. № 124
     «

     Шансы есть всегда.

     Шансы есть всегда.

     — Искатели ветра · книга
125. № 125
     «

     Я стараюсь думать. Это не дает мне превратиться в идиота.

     Я стараюсь думать. Это не дает мне превратиться в идиота.

     — Искатели ветра · книга
126. № 126
     «

     Некоторые прописные истины следует говорить постоянно, иначе люди перестают в них верить, и тогда всё идёт наперекосяк.

     Некоторые прописные истины следует говорить постоянно, иначе люди перестают в них верить, и тогда всё идёт наперекосяк.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
127. № 127
     «

     Не бояться — это глупость. Не бояться за судьбу близких — это глупость вдвойне.

     Не бояться — это глупость. Не бояться за судьбу близких — это глупость вдвойне.

     — Искатели ветра · книга
128. № 128
     «

     Так всегда бывает, когда страшного слишком много. Страх сам себя сжигает. Происходит пресыщение. Ты уже не чувствуешь ничего, кроме тупой усталости. Слишком привык, хотя понимаю, как могут звучать мои слова со стороны. Но привыкнуть можно ко всему.

     Так всегда бывает, когда страшного слишком много. Страх сам себя сжигает. Происходит пресыщение. Ты уже не чувствуешь ничего, кроме тупой усталости. Слишком привык, хотя понимаю, как могут звучать мои слова со стороны. Но привыкнуть можно ко всему.

     — Нэсс · книга
129. № 129
     «

     Бог только и делает, что всех прощает. Не думаешь, что рано или поздно ему это надоест?

     Бог только и делает, что всех прощает. Не думаешь, что рано или поздно ему это надоест?

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
130. № 130
     «

     …Мир нельзя сделать лучше. Это не в человеческой власти <...>. Нельзя спасти того, кто этого не хочет. Не имеет никакого смысла показывать свиньям солнце, когда их интересует лишь грязь. Иначе они запачкают даже его, лишат света тех немногих, кто этого достоин, но так и не поднимут задницу из лужи.

     …Мир нельзя сделать лучше. Это не в человеческой власти <...>. Нельзя спасти того, кто этого не хочет. Не имеет никакого смысла показывать свиньям солнце, когда их интересует лишь грязь. Иначе они запачкают даже его, лишат света тех немногих, кто этого достоин, но так и не поднимут задницу из лужи.

     — Мириам · книга
131. № 131
     «

     Я спал коротким и потому бесконечно сладким сном. В него хотелось зарыться, словно в тёплый лебяжий пух, и спать, спать, спать, не думая больше ни о чём. Не живя, не умирая и вообще не существуя...

     Я спал коротким и потому бесконечно сладким сном. В него хотелось зарыться, словно в тёплый лебяжий пух, и спать, спать, спать, не думая больше ни о чём. Не живя, не умирая и вообще не существуя...

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
132. № 132
     «

     С одной стороны, туман это хорошо — можно спрятаться, но с другой стороны — в нем может спрятаться еще кто-нибудь.

     С одной стороны, туман это хорошо — можно спрятаться, но с другой стороны — в нем может спрятаться еще кто-нибудь.

     — Гаррет-Тень · книга
133. № 133
     «

     Не будет ангелов, Хартвиг. И папских башмаков. И людской благодарности тоже. Последняя — гораздо большая редкость, чем первое и второе.

     Не будет ангелов, Хартвиг. И папских башмаков. И людской благодарности тоже. Последняя — гораздо большая редкость, чем первое и второе.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
134. № 134
     «

     Мы все в чём-то виноваты! <...> И за наши ошибки часто расплачиваются другие. <...> Те, кто с нами, те, кого мы любим, иногда уходят от нас. Это закон жизни.

     Мы все в чём-то виноваты! <...> И за наши ошибки часто расплачиваются другие. <...> Те, кто с нами, те, кого мы любим, иногда уходят от нас. Это закон жизни.

     — Гаррет · книга
135. № 135
     «

     Каждой личности приходится сражаться для того, чтобы её не погубило собственное племя.

     Каждой личности приходится сражаться для того, чтобы её не погубило собственное племя.

     — Стефан · книга
136. № 136
     «

     В природе человеческой превращаться в диких собак во времена, когда следует становиться праведником. Ожидание смерти хуже самой смерти. Люди искушаются соблазнами, страхом, Дьяволом и совершают безумства...

     В природе человеческой превращаться в диких собак во времена, когда следует становиться праведником. Ожидание смерти хуже самой смерти. Люди искушаются соблазнами, страхом, Дьяволом и совершают безумства...

     — Страж · книга
137. № 137
     «

     Эклектизм царит в умонастроениях. Люди забывают прошлое, отказываются от него без всякой жалости, без всякого ума и ждут прихода нового, золотого века. Эры открытий. Ждут триумфа науки, не видя, что становится только хуже. Воздух и вода грязнее, войны жестче, цены выше, жизнь хуже. Возьми тот же маленький народец — с началом эпохи прогресса они вымирают тысячами. Им тяжело приспособиться к таким быстрым изменениям мира. Как и многим другим, кстати говоря.

     Эклектизм царит в умонастроениях. Люди забывают прошлое, отказываются от него без всякой жалости, без всякого ума и ждут прихода нового, золотого века. Эры открытий. Ждут триумфа науки, не видя, что становится только хуже. Воздух и вода грязнее, войны жестче, цены выше, жизнь хуже. Возьми тот же маленький народец — с началом эпохи прогресса они вымирают тысячами. Им тяжело приспособиться к таким быстрым изменениям мира. Как и многим другим, кстати говоря.

     — Данте · книга
138. № 138
     «

     Любая жизнь стоит неприятностей. Особенно, если из-за тебя она может прерваться.

     Любая жизнь стоит неприятностей. Особенно, если из-за тебя она может прерваться.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
139. № 139
     «

     Нам все кажется — что мы вечные И что время всегда остается Помириться при завтрашней встрече, Рассказать, что давно уже рвется, Позабыть все смешные обиды, Гордость, мелочность, страх обмануться И, как в воду, безумно, бесстыдно, С головою в любовь окунуться. Нам все кажется — что мы вечные И что время всегда остается, Только помни — однажды под вечер Ты решишься, А он не вернется...

     Нам все кажется — что мы вечные И что время всегда остается Помириться при завтрашней встрече, Рассказать, что давно уже рвется, Позабыть все смешные обиды, Гордость, мелочность, страх обмануться И, как в воду, безумно, бесстыдно, С головою в любовь окунуться. Нам все кажется — что мы вечные И что время всегда остается, Только помни — однажды под вечер Ты решишься, А он не вернется...

     — Джузеппе · книга
140. № 140
     «

     Месть вообще в большинстве своём лишена смысла, если только ты не можешь найти более веских причин для того, что бы умереть.

     Месть вообще в большинстве своём лишена смысла, если только ты не можешь найти более веских причин для того, что бы умереть.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
141. № 141
     «

     Что есть правда? Ее не существует. Выражаясь словами Александра Фэриартоса, это эфемерное понятие. Оно слишком нестабильно и хрупко, чтобы опираться на него во время диспутов. В споре нужна хитрость и сила, но никак не правда.

     Что есть правда? Ее не существует. Выражаясь словами Александра Фэриартоса, это эфемерное понятие. Оно слишком нестабильно и хрупко, чтобы опираться на него во время диспутов. В споре нужна хитрость и сила, но никак не правда.

     — Елена Бычкова · книга
142. № 142
     «

     Годы долгого мира даруют ощущение безопасности. Как правило, ложное.

     Годы долгого мира даруют ощущение безопасности. Как правило, ложное.

     — Искатели ветра · книга
143. № 143
     «

     Человек может быть хорошим, но, к сожалению, не слишком дальновидным. Порой сказанные слова, которым он не придаёт значения, могут попасть в уши к дурным людям и быть использованы против тебя. В жизни всё бывает.

     Человек может быть хорошим, но, к сожалению, не слишком дальновидным. Порой сказанные слова, которым он не придаёт значения, могут попасть в уши к дурным людям и быть использованы против тебя. В жизни всё бывает.

     — Лерек · книга
144. № 144
     «

     Самая страшная пытка — это ожидание. Оно сломило, а то и убило множество людей. Что может быть хуже, чем стоять за невысокими стенами из наваленных бревен, присыпанных землей, и вглядываться в осеннюю мглу в течении целого дня, наблюдая лишь одну и ту же картину — дорогу, съедаемую белесой стеной тумана.

     Самая страшная пытка — это ожидание. Оно сломило, а то и убило множество людей. Что может быть хуже, чем стоять за невысокими стенами из наваленных бревен, присыпанных землей, и вглядываться в осеннюю мглу в течении целого дня, наблюдая лишь одну и ту же картину — дорогу, съедаемую белесой стеной тумана.

     — Крадущийся в тени · книга
145. № 145
     «

     Если долго-долго смотреть на небо, то за ночь можно увидеть десятки падающих звезд, которые могут стать нашими желаниями, пускай даже эти желания, скорее всего, никогда и не сбудутся.

     Если долго-долго смотреть на небо, то за ночь можно увидеть десятки падающих звезд, которые могут стать нашими желаниями, пускай даже эти желания, скорее всего, никогда и не сбудутся.

     — Гаррет-Тень · книга
146. № 146
     «

     Все секреты становятся тайной, а тайна превращается в зло. В этом истина любого секрета.

     Все секреты становятся тайной, а тайна превращается в зло. В этом истина любого секрета.

     — Влад · книга
147. № 147
     «

     Если насилие хаотично, то остановить его невозможно.

     Если насилие хаотично, то остановить его невозможно.

     — Бэсс · книга
148. № 148
     «

     Со временем всё забылось. Страсти, обида и ненависть погасли. От пламени костра остался лишь серый пепел. Во всяком случае, я хочу так думать.

     Со временем всё забылось. Страсти, обида и ненависть погасли. От пламени костра остался лишь серый пепел. Во всяком случае, я хочу так думать.

     — Тиль эр' Картиа · книга
149. № 149
     «

     …Мы не увидим ни ада, ни рая. Мы живём только этой жизнью, а после нас ждёт лишь мрак и забвение.

     …Мы не увидим ни ада, ни рая. Мы живём только этой жизнью, а после нас ждёт лишь мрак и забвение.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
150. № 150
     «

     Человек не должен бояться смерти, если в нём достаточно смелости для того, чтобы выносить все трудности и испытания жизни.

     Человек не должен бояться смерти, если в нём достаточно смелости для того, чтобы выносить все трудности и испытания жизни.

     — Елена Бычкова · книга
151. № 151
     «

     ...зеркала любят лгать, даже если ты просишь их сказать правду. На приказ показать истину они всегда отвечают смехом и искажением реальности. Юлят, ловчат, изворачиваются и лгут, лгут, лгут.

     ...зеркала любят лгать, даже если ты просишь их сказать правду. На приказ показать истину они всегда отвечают смехом и искажением реальности. Юлят, ловчат, изворачиваются и лгут, лгут, лгут.

     — Искатели ветра · книга
152. № 152
     «

     Любить ближнего своего чудесная заповедь, но порой мне кажется, что Господь придумал её для кого-то ещё. Не для людей, обожающих грешить направо и налево. Возможно, он просто ошибся и отправил сообщение не в тот мир.

     Любить ближнего своего чудесная заповедь, но порой мне кажется, что Господь придумал её для кого-то ещё. Не для людей, обожающих грешить направо и налево. Возможно, он просто ошибся и отправил сообщение не в тот мир.

     — Проповедник · книга
153. № 153
     «

     Стэфан часто с иронией говорит, что в нашей жизни только три важные вещи. Первое — это доброта. Второе — это доброта. И третье — это тоже доброта. Но ни одна из этих важных вещей не ценится.

     Стэфан часто с иронией говорит, что в нашей жизни только три важные вещи. Первое — это доброта. Второе — это доброта. И третье — это тоже доброта. Но ни одна из этих важных вещей не ценится.

     — Стэфан · книга
154. № 154
     «

     Интересно, почему в некоторых ситуациях некоторые личности страдают избирательной потерей слуха?

     Интересно, почему в некоторых ситуациях некоторые личности страдают избирательной потерей слуха?

     — Гаррет · книга
155. № 155
     «

     Подросток. Очень гибкая психика. Они постоянно живут в ожидании чуда, даже если сами не понимают этого. Желают видеть себя главным героем истории, происходящей в настоящей жизни. Мечтают стать владельцами личного волшебника, робота, инопланетянина, лепрекона, русалки... вампира. Вслух могут рассуждать о невозможности этого и вспыхивать про себя жаркой, почти детской мечтой о волшебном друге.

     Подросток. Очень гибкая психика. Они постоянно живут в ожидании чуда, даже если сами не понимают этого. Желают видеть себя главным героем истории, происходящей в настоящей жизни. Мечтают стать владельцами личного волшебника, робота, инопланетянина, лепрекона, русалки... вампира. Вслух могут рассуждать о невозможности этого и вспыхивать про себя жаркой, почти детской мечтой о волшебном друге.

     — Наталья Турчанинова · книга
156. № 156
     «

     — В письме не сказано, что женщина ведьма. — Раз есть инквизиция, значит, преступница — ведьма. Наверное, соблазнила какого-нибудь идиота или косо поглядела на соседку, вот и загремит теперь на костер. А может, ляпнула что-нибудь, не подумав. Итог один — ей будет очень и очень горячо. — Люди не должны умирать за свои убеждения. — Какое заблуждение, мой друг! — Алехандро вытащил из-за голенища сапога четвертый, самый маленький, пистолет и присовокупил его к трем другим. — Люди только и делают, что дохнут за убеждения. Это продолжается с начала времен и закончится лишь в Судный день. По-твоему, чем мы здесь занимаемся?

     — В письме не сказано, что женщина ведьма. — Раз есть инквизиция, значит, преступница — ведьма. Наверное, соблазнила какого-нибудь идиота или косо поглядела на соседку, вот и загремит теперь на костер. А может, ляпнула что-нибудь, не подумав. Итог один — ей будет очень и очень горячо. — Люди не должны умирать за свои убеждения. — Какое заблуждение, мой друг! — Алехандро вытащил из-за голенища сапога четвертый, самый маленький, пистолет и присовокупил его к трем другим. — Люди только и делают, что дохнут за убеждения. Это продолжается с начала времен и закончится лишь в Судный день. По-твоему, чем мы здесь занимаемся?

     — Наранья · книга
157. № 157
     «

     — Уг, возьми этих выкормышей росомахи! — Га-нор был зол и растерян. — Где наша армия!? — Или спит, или разбита. Если все еще первое, то скоро случится второе, — холодно отчеканил я.

     — Уг, возьми этих выкормышей росомахи! — Га-нор был зол и растерян. — Где наша армия!? — Или спит, или разбита. Если все еще первое, то скоро случится второе, — холодно отчеканил я.

     — Нэсс · книга
158. № 158
     «

     ... Месть ничем не лучше яда. Месть нужна лишь дуракам и безумцам, которые не понимают её последствий, потому что она никогда не бывает бесплатной.

     ... Месть ничем не лучше яда. Месть нужна лишь дуракам и безумцам, которые не понимают её последствий, потому что она никогда не бывает бесплатной.

     — Виктор · книга
159. № 159
     «

     Война требует денег, поэтому многие предпочитают мир.

     Война требует денег, поэтому многие предпочитают мир.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
160. № 160
     «

     Если ты не знаешь, кто твой враг, — подозревай каждого. Если ты не знаешь, кто твой друг, — не доверяй никому.

     Если ты не знаешь, кто твой враг, — подозревай каждого. Если ты не знаешь, кто твой друг, — не доверяй никому.

     — Джованни Тече · книга
161. № 161
     «

     — <...> Почему мы всегда хотим чего-то большего и недостижимого? — <...> Когда достигаешь какой-то цели, всегда следует найти новую, иначе отсутствие стремления вперёд приведёт нас назад.

     — <...> Почему мы всегда хотим чего-то большего и недостижимого? — <...> Когда достигаешь какой-то цели, всегда следует найти новую, иначе отсутствие стремления вперёд приведёт нас назад.

     — Тиль эр' Картиа · книга
162. № 162
     «

     Лишние знания никогда не бывают вредны, и им всегда найдётся применение...

     Лишние знания никогда не бывают вредны, и им всегда найдётся применение...

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
163. № 163
     «

     Я услышал крики на улице, выглянул вниз, увидел фигуры с факелами. Почти с десяток пытались выбить дверь в соседнем доме, используя для этого дубовую лавку. <...> — Чего они хотят? <...> — Чего обычно желают люди, когда наступает беззаконие? Убить, ограбить, сломать, поджечь и изнасиловать. Не поручусь, что именно в таком порядке. <...> Горожане одуреют от крови и вседозволенности и устроят такое, чего постыдились бы банды ландскнехтов.

     Я услышал крики на улице, выглянул вниз, увидел фигуры с факелами. Почти с десяток пытались выбить дверь в соседнем доме, используя для этого дубовую лавку. <...> — Чего они хотят? <...> — Чего обычно желают люди, когда наступает беззаконие? Убить, ограбить, сломать, поджечь и изнасиловать. Не поручусь, что именно в таком порядке. <...> Горожане одуреют от крови и вседозволенности и устроят такое, чего постыдились бы банды ландскнехтов.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
164. № 164
     «

     Зло становится добром, а добро злом, стоит лишь посмотреть на них с разных берегов реки Жизни!

     Зло становится добром, а добро злом, стоит лишь посмотреть на них с разных берегов реки Жизни!

     — Гаррет-Тень · книга
165. № 165
     «

     Обычно глупые поступки совершаются не от недостатка ума, а именно из страха и ненависти.

     Обычно глупые поступки совершаются не от недостатка ума, а именно из страха и ненависти.

     — Пожиратель душ · книга
166. № 166
     «

     — ... Зло трудно забыть. – Здесь я с тобой согласен... Добро люди забывают гораздо быстрее.

     — ... Зло трудно забыть. – Здесь я с тобой согласен... Добро люди забывают гораздо быстрее.

     — Пожиратель душ · книга
167. № 167
     «

     — Слушай, а мне показалось или вы в самом деле боитесь ее куда больше вашего чудо-стрелка? Кнут недовольно поморщился. Гнус прав. Этот парень порой раздражает до умопомрачения. — Она может вскипятить мозги, прежде, чем ты вытащишь из ножен меч. — Это умеют делать все женщины, — хохотнул Шен.

     — Слушай, а мне показалось или вы в самом деле боитесь ее куда больше вашего чудо-стрелка? Кнут недовольно поморщился. Гнус прав. Этот парень порой раздражает до умопомрачения. — Она может вскипятить мозги, прежде, чем ты вытащишь из ножен меч. — Это умеют делать все женщины, — хохотнул Шен.

     — Шен · книга
168. № 168
     «

     Если солдатня может себе позволить быть тупой, то офицеры — нет.

     Если солдатня может себе позволить быть тупой, то офицеры — нет.

     — Искатели ветра · книга
169. № 169
     «

     Почему меня тянет к тебе, крохотный огонек на мосту? Ни тепла от тебя, ни света. Движение руки, и я погашу тебя. Зачем ты мне? Почему мое давно уже успокоенное сердце вспоминает, как сладко замирать и взлетать, как приятно волноваться и ждать?… как хорошо быть человеком, как хорошо… не быть одному…

     Почему меня тянет к тебе, крохотный огонек на мосту? Ни тепла от тебя, ни света. Движение руки, и я погашу тебя. Зачем ты мне? Почему мое давно уже успокоенное сердце вспоминает, как сладко замирать и взлетать, как приятно волноваться и ждать?… как хорошо быть человеком, как хорошо… не быть одному…

     — Наталья Турчанинова · книга
170. № 170
     «

     Жизнь — поразительная штука. Она гораздо более странная, чем сказки.

     Жизнь — поразительная штука. Она гораздо более странная, чем сказки.

     — Нэсс · книга
171. № 171
     «

     — Знаешь, я заметил, что, несмотря на то, что на своем пути, в этих славных трактирах и меблированных комнатах, ты встречаешь разных девушек, кстати, многие из них очень милы, никого из них ты не оставил рядом. Все равно рано или поздно возвращаешься к этой ведьме. — Ну, она же все-таки ведьма.

     — Знаешь, я заметил, что, несмотря на то, что на своем пути, в этих славных трактирах и меблированных комнатах, ты встречаешь разных девушек, кстати, многие из них очень милы, никого из них ты не оставил рядом. Все равно рано или поздно возвращаешься к этой ведьме. — Ну, она же все-таки ведьма.

     — Проповедник · книга
172. № 172
     «

     Мы всегда возвращаемся к тем, кто любит и принимает нас теми, кем мы являемся на самом деле. С кем не нужно притворяться, играя чужую роль. В этом нуждаются не только дэймосы. Все люди.

     Мы всегда возвращаемся к тем, кто любит и принимает нас теми, кем мы являемся на самом деле. С кем не нужно притворяться, играя чужую роль. В этом нуждаются не только дэймосы. Все люди.

     — Мэтт · книга
173. № 173
     «

     Сон. Сон это всегда облегчение, сон — как водопад, который смывает с путника накопившуюся усталость. Сон нужен каждому, но иногда вместе со сном приходят кошмары. Они вечные спутники сна, они всегда где-то рядом, всегда ждут, что ты зазеваешься, дашь им волю, и вот тогда-то и наступит самый сладостный миг для осмелевших и набравшихся силы кошмаров. Они вихрем ворвутся в сознание, оттеснят сон и, как клещи, вопьются в отдыхающий мозг.

     Сон. Сон это всегда облегчение, сон — как водопад, который смывает с путника накопившуюся усталость. Сон нужен каждому, но иногда вместе со сном приходят кошмары. Они вечные спутники сна, они всегда где-то рядом, всегда ждут, что ты зазеваешься, дашь им волю, и вот тогда-то и наступит самый сладостный миг для осмелевших и набравшихся силы кошмаров. Они вихрем ворвутся в сознание, оттеснят сон и, как клещи, вопьются в отдыхающий мозг.

     — Гаррет-Тень · книга
174. № 174
     «

     Хранье, сидящей у иллюминатора, вспомнилась старинная легенда о том, что небосвод создан древними богами из черепа великана, павшего в битве с ними. А звёзды и солнце — это раны, полученные им во время боя, и сквозь них струится вечный свет запредельного мира...

     Хранье, сидящей у иллюминатора, вспомнилась старинная легенда о том, что небосвод создан древними богами из черепа великана, павшего в битве с ними. А звёзды и солнце — это раны, полученные им во время боя, и сквозь них струится вечный свет запредельного мира...

     — Елена Бычкова · книга
175. № 175
     «

     — Женщины — сосуд Дьявола! — Надо думать, ты в этом вопросе мало что понимаешь и к сосуду никогда не припадал.

     — Женщины — сосуд Дьявола! — Надо думать, ты в этом вопросе мало что понимаешь и к сосуду никогда не припадал.

     — Проповедник · книга
176. № 176
     «

     Что-то, по-моему, они вообще не похожи на военных. Слишком много рассуждают... и думают.

     Что-то, по-моему, они вообще не похожи на военных. Слишком много рассуждают... и думают.

     — Елена Бычкова · книга
177. № 177
     «

     Бог един, он справедлив и, даже несмотря на то что жутко занят, любит тебя. Пускай ты и молился последний раз сто лет назад, а даров ему и вовсе не приносил. По мне — это гораздо более правильно, чем «тебя испепелят молнии, проклятый грешник, так как ты забыл прочитать на ночь „Славься, Мелот“».

     Бог един, он справедлив и, даже несмотря на то что жутко занят, любит тебя. Пускай ты и молился последний раз сто лет назад, а даров ему и вовсе не приносил. По мне — это гораздо более правильно, чем «тебя испепелят молнии, проклятый грешник, так как ты забыл прочитать на ночь „Славься, Мелот“».

     — Нэсс · книга
178. № 178
     «

     Смирение для слабых духом.

     Смирение для слабых духом.

     — Сврямряук · книга
179. № 179
     «

     ...очень часто люди сами выковывают цепи собственного страха. Иногда они даже не желают знать правду, не проверяют, так ли страшно то, чем их пытаются напугать.

     ...очень часто люди сами выковывают цепи собственного страха. Иногда они даже не желают знать правду, не проверяют, так ли страшно то, чем их пытаются напугать.

     — Ветер полыни · книга
180. № 180
     «

     Как показывает опыт, неприятности на голову сваливаются неожиданно.

     Как показывает опыт, неприятности на голову сваливаются неожиданно.

     — Искатели ветра · книга
181. № 181
     «

     Маленькая война на просторах большого мира. Маленькая драма и маленькая смерть. Сколько их было? Сколько их еще будет? Скольких героев незаслуженно забудут поколения, и скольких не героев будут помнить, хотя они этого не заслужили?

     Маленькая война на просторах большого мира. Маленькая драма и маленькая смерть. Сколько их было? Сколько их еще будет? Скольких героев незаслуженно забудут поколения, и скольких не героев будут помнить, хотя они этого не заслужили?

     — Гаррет · книга
182. № 182
     «

     ... сколь жалкое это оправдание — не иметь выбора.

     ... сколь жалкое это оправдание — не иметь выбора.

     — Тиль эр' Картиа · книга
183. № 183
     «

     История вещь очень хрупкая. Уничтожь хроники, и через сто лет уже никто не вспомнит о том, что было раньше

     История вещь очень хрупкая. Уничтожь хроники, и через сто лет уже никто не вспомнит о том, что было раньше

     — Ветер полыни · книга
184. № 184
     «

     Все время ждать зла – это значит проиграть до битвы.

     Все время ждать зла – это значит проиграть до битвы.

     — Жнецы ветра · книга
185. № 185
     «

     Если ты видел одну войну, можешь считать, что видел их все. Сколько бы ни прошло лет – они не меняются. Все те же пожары, все те же мертвецы, все то же воронье, те же свежие и неаккуратные могилы вдоль дорог. Начинающийся голод, разлитый по деревням страх, зверские цены, лихие люди, способные убить за один лишь косой взгляд или пару изношенных сапог.

     Если ты видел одну войну, можешь считать, что видел их все. Сколько бы ни прошло лет – они не меняются. Все те же пожары, все те же мертвецы, все то же воронье, те же свежие и неаккуратные могилы вдоль дорог. Начинающийся голод, разлитый по деревням страх, зверские цены, лихие люди, способные убить за один лишь косой взгляд или пару изношенных сапог.

     — Искра и ветер · книга
186. № 186
     «

     Законы мироздания сильнее тех, кто создает по ним. Нельзя сделать мир без боли, ненависти, смерти и крови. Нельзя создать мир без света, радости, надежды и любви. Иначе он получится ущербным.

     Законы мироздания сильнее тех, кто создает по ним. Нельзя сделать мир без боли, ненависти, смерти и крови. Нельзя создать мир без света, радости, надежды и любви. Иначе он получится ущербным.

     — Гаррет · книга
187. № 187
     «

     Собаки зря не воют.

     Собаки зря не воют.

     — Искатели ветра · книга
188. № 188
     «

     Порой встречаешь зло там, где его не ждёшь.

     Порой встречаешь зло там, где его не ждёшь.

     — Искатели ветра · книга
189. № 189
     «

     — Зачем ты это делаешь? — удивился Проповедник. — Не милосерднее ли убить его? — Что-то не совмещаются у меня в сознании эти два слова — милосердие и убийство. Будь добр, оставь дурные советы при себе.

     — Зачем ты это делаешь? — удивился Проповедник. — Не милосерднее ли убить его? — Что-то не совмещаются у меня в сознании эти два слова — милосердие и убийство. Будь добр, оставь дурные советы при себе.

     — Людвиг · книга
190. № 190
     «

     — Судя по всему, он выживет. Поздравляю, Людвиг. Твоя ведьма знает свое дело, а в мире появился еще один оборотень. Вот только разве это жизнь? Быть оборотнем? — Дышать, мыслить, чувствовать? Думаю, что да. Это жизнь. У каждого из нас свои изъяны, но лучше существовать с ними, чем лежать в могиле.

     — Судя по всему, он выживет. Поздравляю, Людвиг. Твоя ведьма знает свое дело, а в мире появился еще один оборотень. Вот только разве это жизнь? Быть оборотнем? — Дышать, мыслить, чувствовать? Думаю, что да. Это жизнь. У каждого из нас свои изъяны, но лучше существовать с ними, чем лежать в могиле.

     — Людвиг · книга
191. № 191
     «

     Эти считали, что бог послал им испытание в виде слуги дьявола, князя Горловица, который желал забрать души горожан в ад. И, чтобы этого не случилось, они истязали свою плоть, показывая господу, что являются его рабами. На кой черт всевышнему рабы и исполосованные до крови спины, бичеватели отчего-то умалчивали.

     Эти считали, что бог послал им испытание в виде слуги дьявола, князя Горловица, который желал забрать души горожан в ад. И, чтобы этого не случилось, они истязали свою плоть, показывая господу, что являются его рабами. На кой черт всевышнему рабы и исполосованные до крови спины, бичеватели отчего-то умалчивали.

     — Золотые костры · книга
192. № 192
     «

     Держи ветер за хвост и делай то, что следует!

     Держи ветер за хвост и делай то, что следует!

     — Гаррет · книга
193. № 193
     «

     Политики часто готовы не считать потери, которые несёт их народ. Даже если эти потери катастрофичны для нации.

     Политики часто готовы не считать потери, которые несёт их народ. Даже если эти потери катастрофичны для нации.

     — Лас · книга
194. № 194
     «

     Халатность погубит этот мир. Уж поверьте!

     Халатность погубит этот мир. Уж поверьте!

     — Гаррет · книга
195. № 195
     «

     Главное, держаться как можно более уверенно и нагло. Тогда половину твоих ошибок спишут на дурной характер.

     Главное, держаться как можно более уверенно и нагло. Тогда половину твоих ошибок спишут на дурной характер.

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
196. № 196
     «

     — Проповедник, — тихо позвал я, но он, слишком занятый молитвой, услышал меня лишь с четвертого раза. — Святые заступники! Людвиг, держись. Мы отнесем тебя к лекарю, и ты поправишься. «Какого же дьявола ты тогда читаешь по мне поминальную службу?»

     — Проповедник, — тихо позвал я, но он, слишком занятый молитвой, услышал меня лишь с четвертого раза. — Святые заступники! Людвиг, держись. Мы отнесем тебя к лекарю, и ты поправишься. «Какого же дьявола ты тогда читаешь по мне поминальную службу?»

     — Людвиг ван Нормайенн · книга
197. № 197
     «

     — Думаете, что-нибудь может пойти не так? — Жизнь научила меня тому, что всё и всегда идёт не так.

     — Думаете, что-нибудь может пойти не так? — Жизнь научила меня тому, что всё и всегда идёт не так.

     — Мириам · книга
198. № 198
     «

     Скорее бы все сдохли. Никто и не заметит такой «потери». Господь, сделай так, как я прошу. Они вконец охренели.

     Скорее бы все сдохли. Никто и не заметит такой «потери». Господь, сделай так, как я прошу. Они вконец охренели.

     — Проповедник · книга
199. № 199
     «

     Уж в чем, в чем, а в вежливости эльфам не откажешь. Вначале пожелают доброго дня, а уж потом перережут горло. Культурные, стервецы!

     Уж в чем, в чем, а в вежливости эльфам не откажешь. Вначале пожелают доброго дня, а уж потом перережут горло. Культурные, стервецы!

     — Крадущийся в тени · книга
200. № 200
     «

     Я висел в пустоте и видел сны. Много снов, красивых и страшных одновременно. Снов, где я просто был наблюдателем, снов, где я проживал тысячи жизней, снов, которые были просто с нами. Сны шли и шли, сменяясь, как разноцветные картинки игрушечного калейдоскопа моего далекого детства. Сны, ни к чему не обязывающие, сны, над которыми стоило задуматься, сны, которые стирались из моей памяти, как только они заканчивались и уступали место другим, ни на что не похожим снам.

     Я висел в пустоте и видел сны. Много снов, красивых и страшных одновременно. Снов, где я просто был наблюдателем, снов, где я проживал тысячи жизней, снов, которые были просто с нами. Сны шли и шли, сменяясь, как разноцветные картинки игрушечного калейдоскопа моего далекого детства. Сны, ни к чему не обязывающие, сны, над которыми стоило задуматься, сны, которые стирались из моей памяти, как только они заканчивались и уступали место другим, ни на что не похожим снам.

     — Гаррет-Тень · книга