83 цитаты на тему «Красивые цитаты про боль» для размышлений

83 цитаты про «Красивые цитаты про боль»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я не хочу чтоб тебе было больно Так, как мне — вот мой ответ.

   Я не хочу чтоб тебе было больно Так, как мне — вот мой ответ.
2. «

   И хоть любовь не сторонилась боли, Она порою, ран не бередя, Была сладка, как сон под буркой в поле Во время колыбельного дождя.

   И хоть любовь не сторонилась боли, Она порою, ран не бередя, Была сладка, как сон под буркой в поле Во время колыбельного дождя.

   — Расул Гамзатов
3. «

   — Не дай ему разлучить нас. Тяжело дыша, Пит сражается со своими кошмарами. — Нет. Не хочу... Я почти до боли стискиваю его руки. — Будь со мной. Зрачки Пита суживаются до размера булавочных головок, быстро расширяются, затем возвращаются к нормальному размеру. — Всегда, — шепчет он.

   — Не дай ему разлучить нас. Тяжело дыша, Пит сражается со своими кошмарами. — Нет. Не хочу... Я почти до боли стискиваю его руки. — Будь со мной. Зрачки Пита суживаются до размера булавочных головок, быстро расширяются, затем возвращаются к нормальному размеру. — Всегда, — шепчет он.

   — Сьюзен Коллинз · книга
4. «

   Нежность, словно цветок, распустилась там, где сидела боль.

   Нежность, словно цветок, распустилась там, где сидела боль.

   — Элиф Шафак · книга
5. «

   — Кто я? Я совсем не узнаю себя? — Ты не помнишь? Тогда я тебе напомню о тебе. Ты научила меня смеятся..ты научила меня смеятся, когда я плакал. Ты моя злая каратистка. Ты солнечный цветочек. Ты узнала немного себя? Моя звезда, я засыпаю каждую ночь, закутываясь в твою мечту о будующей жизни.

   — Кто я? Я совсем не узнаю себя? — Ты не помнишь? Тогда я тебе напомню о тебе. Ты научила меня смеятся..ты научила меня смеятся, когда я плакал. Ты моя злая каратистка. Ты солнечный цветочек. Ты узнала немного себя? Моя звезда, я засыпаю каждую ночь, закутываясь в твою мечту о будующей жизни.
6. «

   И вдруг в хоре детских голосов зазвучал сильный женский голос. И повел партию. Фло не понимала слов, но мелодия, выводимая голосом, заворожила её, намертво приковав к себе внимание. Девушка слушала её всем своим существом, взлетая вместе с ней под небеса, а затем замирая и таясь в паузах. И голос. Этот голос совершил вдруг то, что казалось Фло невозможным. Он разделил сердце девушки и поселившуюся в нем боль. Разделил их так, словно не срослись они, проникая друг в друга, как родные. Этому голосу Флоренс отдала бы жизнь.

   И вдруг в хоре детских голосов зазвучал сильный женский голос. И повел партию. Фло не понимала слов, но мелодия, выводимая голосом, заворожила её, намертво приковав к себе внимание. Девушка слушала её всем своим существом, взлетая вместе с ней под небеса, а затем замирая и таясь в паузах. И голос. Этот голос совершил вдруг то, что казалось Фло невозможным. Он разделил сердце девушки и поселившуюся в нем боль. Разделил их так, словно не срослись они, проникая друг в друга, как родные. Этому голосу Флоренс отдала бы жизнь.
7. «

   Он сжимает мне руку: кажется, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Наслаждение, почти неотличимое от боли.

   Он сжимает мне руку: кажется, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Наслаждение, почти неотличимое от боли.

   — Стефани Майер · книга
8. «

   Нам остается несвершенная земная боль — несбыча встреч.

   Нам остается несвершенная земная боль — несбыча встреч.

   — Аль Квотион · книга
9. «

   Смерть и наслаждение, боль и радость, тревога и чудо рождения — вот пряжа, из которой соткана ткань человеческой любви.

   Смерть и наслаждение, боль и радость, тревога и чудо рождения — вот пряжа, из которой соткана ткань человеческой любви.

   — Ролло Мэй · книга
10. «

    Что, если нам необходимо испытывать общую боль, чтобы впитать друг друга по-настоящему?

    Что, если нам необходимо испытывать общую боль, чтобы впитать друг друга по-настоящему?

    — Тамрико Шоли · книга
11. «

    И я такая добрая, Влюблюсь — так присосусь. Как ласковая кобра я, Ласкаясь, обовьюсь.

    И я такая добрая, Влюблюсь — так присосусь. Как ласковая кобра я, Ласкаясь, обовьюсь.

    — Зинаида Николаевна Гиппиус
12. «

    Сигарета — лучшее болеутоляющие. Вместе с дымом выдыхаешь грусть.

    Сигарета — лучшее болеутоляющие. Вместе с дымом выдыхаешь грусть.

    — Эльчин Сафарли · книга
13. «

    Я нестерпимо, до ожогов души — живу. И вижу высшее проявление бытия в великом контрасте. В единении уродства и красоты, любви и боли, зла и добра, жизни и смерти, рождения и энтропии, тьмы и света, экстаза и агонии. В их слипшемся единстве, в их отчаянном соитии до исступления, до самоотдачи, до самозабвения. Каждую секунду я чувствую беспредельную боль и безграничное счастье. Пик бездны. А человек... Я хочу, чтобы он видел то, что вижу я. Я хочу, чтобы он чувствовал мои злые дары. Я хочу, чтобы все было — здесь и сейчас. Я хочу, вожделею, алчу, жаждую. Это, черт побери, просто сексуально. Ты видел, как бесконечно прекрасно, невыносимо жадно смерть целует жизнь? Как тесно обвивают зачатки распада любое созидание? И здесь твоя гениальность становится моим безумием. Но так и должно быть, отец, по образу и подобию. Так и должно быть.

    Я нестерпимо, до ожогов души — живу. И вижу высшее проявление бытия в великом контрасте. В единении уродства и красоты, любви и боли, зла и добра, жизни и смерти, рождения и энтропии, тьмы и света, экстаза и агонии. В их слипшемся единстве, в их отчаянном соитии до исступления, до самоотдачи, до самозабвения. Каждую секунду я чувствую беспредельную боль и безграничное счастье. Пик бездны. А человек... Я хочу, чтобы он видел то, что вижу я. Я хочу, чтобы он чувствовал мои злые дары. Я хочу, чтобы все было — здесь и сейчас. Я хочу, вожделею, алчу, жаждую. Это, черт побери, просто сексуально. Ты видел, как бесконечно прекрасно, невыносимо жадно смерть целует жизнь? Как тесно обвивают зачатки распада любое созидание? И здесь твоя гениальность становится моим безумием. Но так и должно быть, отец, по образу и подобию. Так и должно быть.

    — Аль Квотион · книга
14. «

    Я мало знаю и мало видел, но истории стекались ко мне со всего света. А из легенд ценнее те, что сердце сложило из собственных осколков. И нет песни звонче той, что поёт перебитое однажды горло.

    Я мало знаю и мало видел, но истории стекались ко мне со всего света. А из легенд ценнее те, что сердце сложило из собственных осколков. И нет песни звонче той, что поёт перебитое однажды горло.

    — Ияр · игра
15. «

    Меня не радует твоя печаль, Раскаянье твоё не веселит. Сочувствие обидчика едва ль Залечит язвы жгучие обид.

    Меня не радует твоя печаль, Раскаянье твоё не веселит. Сочувствие обидчика едва ль Залечит язвы жгучие обид.

    — Уильям Шекспир
16. «

    И вспоминать себя — смешной девчонкой, родителей, друзей уже ушедших, дни боли, застелившие мир черным, дни счастья — почему их было меньше?

    И вспоминать себя — смешной девчонкой, родителей, друзей уже ушедших, дни боли, застелившие мир черным, дни счастья — почему их было меньше?

    — Аль Квотион · книга
17. «

    Я всегда закрываю глаза, когда счастлив. Так закрываются двери житниц. Переполненных житниц. Ты во мне — благодатный хлеб. Да, я сделаю тебе больно. Да, ты сделаешь больно мне. Да, мы будем мучиться. Но таков удел человеческий. Встретить весну — значит принять и зиму. Открыться другому — значит потом страдать в одиночестве. (Как нелепы телефонные звонки, телеграммы, возвращения на скоростных самолетах, люди разучились жить ощущением присутствия.) <...> Благословенна грядущая зима. Я не прошу избавить меня от боли. Я прошу избавить меня от сна, который сковал во мне любовь. Не хочу больше ровных дней, не ведающих о временах года, не хочу бессмысленного вращения Земли, которое не ведет ни к кому, ни от кого не уводит. Сделай так, чтобы я любил. Станьте мне необходимой, как свет.

    Я всегда закрываю глаза, когда счастлив. Так закрываются двери житниц. Переполненных житниц. Ты во мне — благодатный хлеб. Да, я сделаю тебе больно. Да, ты сделаешь больно мне. Да, мы будем мучиться. Но таков удел человеческий. Встретить весну — значит принять и зиму. Открыться другому — значит потом страдать в одиночестве. (Как нелепы телефонные звонки, телеграммы, возвращения на скоростных самолетах, люди разучились жить ощущением присутствия.) <...> Благословенна грядущая зима. Я не прошу избавить меня от боли. Я прошу избавить меня от сна, который сковал во мне любовь. Не хочу больше ровных дней, не ведающих о временах года, не хочу бессмысленного вращения Земли, которое не ведет ни к кому, ни от кого не уводит. Сделай так, чтобы я любил. Станьте мне необходимой, как свет.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
18. «

    Она унаследовала невероятную ярость от своих предков. Гнев, который течет по её венам — её наследие. Ужасная боль, которую она перенесла, вызвала это. Стремительная и смертоносная, Дух бесконечно ищет свою месть.

    Она унаследовала невероятную ярость от своих предков. Гнев, который течет по её венам — её наследие. Ужасная боль, которую она перенесла, вызвала это. Стремительная и смертоносная, Дух бесконечно ищет свою месть.

    — Бенедикт Бейкер · игра
19. «

    Отчего-то мне вдруг Захотелось море увидеть, Я к морю пришёл — В то утро, когда не мог я Боль души победить.

    Отчего-то мне вдруг Захотелось море увидеть, Я к морю пришёл — В то утро, когда не мог я Боль души победить.

    — Исикава Такубоку
20. «

    Там воля всех вольнее воль Не приневолит вольного. И болей всех больнее боль Вернёт с пути окольного.

    Там воля всех вольнее воль Не приневолит вольного. И болей всех больнее боль Вернёт с пути окольного.

    — Александр Александрович Блок