«бытие» в 152 цитаты

152 цитаты про «бытие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я — это начало и конец. Я — это вечное начало бесконечного конца. Все начинается с меня и мной же закончится.

   Я — это начало и конец. Я — это вечное начало бесконечного конца. Все начинается с меня и мной же закончится.
2. «

   Парадигма вытекает из сомненья. Непостижимы тайны бытия.

   Парадигма вытекает из сомненья. Непостижимы тайны бытия.

   — Михаил Сафарбекович Гуцериев
3. «

   Везде, где бы ни было в жизни, среди ли черствых, шероховато-бедных и неопрятно-плеснеющих низменных рядов её или среди однообразно-хладных и скучно-опрятных сословий высших, везде хоть раз встретится на пути человеку явленье, не похожее на всё то, что случалось ему видеть дотоле, которое хоть раз пробудит в нём чувство, не похожее на те, которые суждено ему чувствовать всю жизнь.

   Везде, где бы ни было в жизни, среди ли черствых, шероховато-бедных и неопрятно-плеснеющих низменных рядов её или среди однообразно-хладных и скучно-опрятных сословий высших, везде хоть раз встретится на пути человеку явленье, не похожее на всё то, что случалось ему видеть дотоле, которое хоть раз пробудит в нём чувство, не похожее на те, которые суждено ему чувствовать всю жизнь.

   — Николай Гоголь · книга
4. «

   Тот, кто воспринимает все не иначе как самого себя, и который видит во всем самого себя, не отказывается ни от чего. Для просветленного все существующее — не что иное, как отражение его сути. Поэтому как может любое страдание или ложь существовать для того, кто познал это единство?

   Тот, кто воспринимает все не иначе как самого себя, и который видит во всем самого себя, не отказывается ни от чего. Для просветленного все существующее — не что иное, как отражение его сути. Поэтому как может любое страдание или ложь существовать для того, кто познал это единство?

   — Упанишады · книга
5. «

   Сумма нашего бытия никогда не делится на разум без остатка, но всегда остается какая-нибудь удивительная дробь.

   Сумма нашего бытия никогда не делится на разум без остатка, но всегда остается какая-нибудь удивительная дробь.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
6. «

   Как ты привык к плохим обоям Убогой комнаты своей, Но, лихорадкой беспокоим, Увидишь в них проклятым роем Драконов, мандрагор, чертей, — Так, приглядись к толпе людей, Одной и той же раз за разом, Болезненно-раскрытым глазом, — Увидишь в них ясней, ясней Поток цветов, чертей, зверей — И возопишь, и содрогнешься, Но от него не отвернешься — И вдруг постигнешь, что твое С ним неразрывно бытие.

   Как ты привык к плохим обоям Убогой комнаты своей, Но, лихорадкой беспокоим, Увидишь в них проклятым роем Драконов, мандрагор, чертей, — Так, приглядись к толпе людей, Одной и той же раз за разом, Болезненно-раскрытым глазом, — Увидишь в них ясней, ясней Поток цветов, чертей, зверей — И возопишь, и содрогнешься, Но от него не отвернешься — И вдруг постигнешь, что твое С ним неразрывно бытие.

   — Юрий Верховский
7. «

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Жизнь продолжалась, несмотря ни на что. Она, зараза такая, всегда продолжается, что бы ни случилось. Какие бы ни произошли события, радостные, трагические, кошмарные, всё заканчивается... а жизнь продолжается. Плавная, могучая и неповоротливая река бытия не останавливается даже в великие моменты, потрясающие всё человечество <...> Словом, всё проходит, и события прошедших дней так же сотрутся и забудутся, смятые повседеневной суетностью человеческого существования.

   Жизнь продолжалась, несмотря ни на что. Она, зараза такая, всегда продолжается, что бы ни случилось. Какие бы ни произошли события, радостные, трагические, кошмарные, всё заканчивается... а жизнь продолжается. Плавная, могучая и неповоротливая река бытия не останавливается даже в великие моменты, потрясающие всё человечество <...> Словом, всё проходит, и события прошедших дней так же сотрутся и забудутся, смятые повседеневной суетностью человеческого существования.

   — Оксана Панкеева · книга
9. «

   Если же траву на поле, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, то кольми паче вас, маловеры! Итак, не ищите, что вам есть, или что пить, и не беспокойтесь, потому что всего этого ищут люди мира сего; ваш же Отец знает, что вы имеете нужду в том; наипаче ищите Царствия Божия, и это всё приложится вам.

   Если же траву на поле, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, то кольми паче вас, маловеры! Итак, не ищите, что вам есть, или что пить, и не беспокойтесь, потому что всего этого ищут люди мира сего; ваш же Отец знает, что вы имеете нужду в том; наипаче ищите Царствия Божия, и это всё приложится вам.

   — Библия. Новый Завет · книга
10. «

    Бытие есть забота и страх, понял я: появись на свет – и свету не на что больше упасть, кроме как на страх и заботу. Мы появляемся не на свет, нет – мы появляемся на боль.

    Бытие есть забота и страх, понял я: появись на свет – и свету не на что больше упасть, кроме как на страх и заботу. Мы появляемся не на свет, нет – мы появляемся на боль.

    — Виктор Пелевин · книга
11. «

    Ключевое стремление человека заключается не в уничтожении окружающего бытия, а в его изнасиловании. Весь исторический процесс – это перманентная доминация личности, толпы и архетипа.

    Ключевое стремление человека заключается не в уничтожении окружающего бытия, а в его изнасиловании. Весь исторический процесс – это перманентная доминация личности, толпы и архетипа.
12. «

    То, к чему стремится наше сердце, находится на субъективном уровне бытия, а это значит, что это невозможно доказать или проверить обычными средствами.

    То, к чему стремится наше сердце, находится на субъективном уровне бытия, а это значит, что это невозможно доказать или проверить обычными средствами.

    — Бхакти Судхир Госвами
13. «

    Все содержится во всем.

    Все содержится во всем.

    — Анаксагор Клазоменский
14. «

    Когда меня спрашивают, чего я хочу, мне как-то сразу вообще перестает хотеться чего-либо. «Все равно нет ничего, что меня обрадовало бы», мелькает в голове в таких случаях. В то же время я никогда не мог отказаться от подарка, даже если он мне совсем не нравился. Отрезать «не надо» я не мог; а если вещь даже и нравилась, я, в конце концов, испытывал только ужасную горечь, словно приобрел краденое; да еще необъяснимый страх преследовал меня. Короче говоря, решить эту альтернативу я был не в состоянии. На закате жизни эта черточка моего характера стала казаться мне существеннейшим фактором моего позорного бытия.

    Когда меня спрашивают, чего я хочу, мне как-то сразу вообще перестает хотеться чего-либо. «Все равно нет ничего, что меня обрадовало бы», мелькает в голове в таких случаях. В то же время я никогда не мог отказаться от подарка, даже если он мне совсем не нравился. Отрезать «не надо» я не мог; а если вещь даже и нравилась, я, в конце концов, испытывал только ужасную горечь, словно приобрел краденое; да еще необъяснимый страх преследовал меня. Короче говоря, решить эту альтернативу я был не в состоянии. На закате жизни эта черточка моего характера стала казаться мне существеннейшим фактором моего позорного бытия.

    — Осаму Дадзай · книга
15. «

    Вы можете поднять свою осознанность на разные уровни. По мере того, как она повышается, в вашем опыте открываются всё новые измерения бытия. Миры, которые вы не представляли себе в самых смелых мечтах, становятся для вас живой реальностью.

    Вы можете поднять свою осознанность на разные уровни. По мере того, как она повышается, в вашем опыте открываются всё новые измерения бытия. Миры, которые вы не представляли себе в самых смелых мечтах, становятся для вас живой реальностью.

    — Садхгуру · книга
16. «

    Бытие не есть проявление чьей-либо частной воли, это явление хаотическое. Ты, сидящий предо мной, — вовсе не индивидуальное существо, а лишь частица всеобщего хаоса. Твой хаос — это и мой хаос. Мой хаос — также и твой. Бытие — это общение. Общение суть Бытие.

    Бытие не есть проявление чьей-либо частной воли, это явление хаотическое. Ты, сидящий предо мной, — вовсе не индивидуальное существо, а лишь частица всеобщего хаоса. Твой хаос — это и мой хаос. Мой хаос — также и твой. Бытие — это общение. Общение суть Бытие.

    — Харуки Мураками · книга
17. «

    Наше существование поддерживается за счёт определённых сгустков времени. Представьте себе, что столяр сделал выдвижной ящик для стола. Через десятилетия и века время кристаллизуется, приняв форму этого ящика, подменяет его собой. Небольшой кусочек пространства поначалу был занят вещью, но постепенно предмет как бы вытесняется сгустившимся временем. На смену материальному объекту приходит его дух.

    Наше существование поддерживается за счёт определённых сгустков времени. Представьте себе, что столяр сделал выдвижной ящик для стола. Через десятилетия и века время кристаллизуется, приняв форму этого ящика, подменяет его собой. Небольшой кусочек пространства поначалу был занят вещью, но постепенно предмет как бы вытесняется сгустившимся временем. На смену материальному объекту приходит его дух.

    — Юкио Мисима · книга
18. «

    Все в этом мире было так зыбко: тот, кто не готов рисковать и не верит в то, что жизнь может приносить радость, обречен на прозябание.

    Все в этом мире было так зыбко: тот, кто не готов рисковать и не верит в то, что жизнь может приносить радость, обречен на прозябание.

    — Элена Ферранте · книга
19. «

    Небытие для буддизма (а по правде сказать, и для всего Востока в целом) не содержит в себе того довольно мрачного значения, какое придаем ему мы. Оно совпадает с последним опытом света или, если угодно, с состоянием вечного сияющего отсутствия, лучистой пустоты: это бытие, возобладавшее над всеми своими атрибутами, или скорее в высшей степени позитивное несуществование, которое излучает нематериальное, беспочвенное блаженство, не имеющее никакой опоры в каком бы то ни было из миров.

    Небытие для буддизма (а по правде сказать, и для всего Востока в целом) не содержит в себе того довольно мрачного значения, какое придаем ему мы. Оно совпадает с последним опытом света или, если угодно, с состоянием вечного сияющего отсутствия, лучистой пустоты: это бытие, возобладавшее над всеми своими атрибутами, или скорее в высшей степени позитивное несуществование, которое излучает нематериальное, беспочвенное блаженство, не имеющее никакой опоры в каком бы то ни было из миров.

    — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) · книга
20. «

    Долгая жизнь — это в некотором смысле постоянная отсрочка смерти.

    Долгая жизнь — это в некотором смысле постоянная отсрочка смерти.

    — Рю Мураками · книга