188 афоризмов на тему «Красивые цитаты на тему «чувства»»

Собрали 188 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «чувства»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Любовь не имеет ничего общего с кем-то другим. Она связана с вами. Это способ существования. Она, по сути, означает, что вы привнесли нечто приятное в свои эмоции. А если ваш любимый человек уедет в другую страну, вы все равно сможете его любить? Да. Вы любите, даже если любимый физически не с вами. Итак, что же такое любовь? Это просто ваше свойство. Вы используете другого человека в качестве ключа, чтобы открыть то, что уже есть внутри вас.

   Любовь не имеет ничего общего с кем-то другим. Она связана с вами. Это способ существования. Она, по сути, означает, что вы привнесли нечто приятное в свои эмоции. А если ваш любимый человек уедет в другую страну, вы все равно сможете его любить? Да. Вы любите, даже если любимый физически не с вами. Итак, что же такое любовь? Это просто ваше свойство. Вы используете другого человека в качестве ключа, чтобы открыть то, что уже есть внутри вас.

   — Садхгуру · книга
2. «

   Wait a second, let me catch my breath. Remind me how it feels to hear your voice.

   Wait a second, let me catch my breath. Remind me how it feels to hear your voice.
3. «

   ... так же, как вы имеете глаза, чтобы видеть свет, и уши, чтобы слышать звуки, так у вас есть и сердце, чтобы чувствовать время. И все то время, которое не прочувствовано сердцем, потеряно, как краски радуги для слепого или песня соловья для глухого. К сожалению, на свете много глухих и слепых сердец, которые ничего не ощущают, хотя и бьются.

   ... так же, как вы имеете глаза, чтобы видеть свет, и уши, чтобы слышать звуки, так у вас есть и сердце, чтобы чувствовать время. И все то время, которое не прочувствовано сердцем, потеряно, как краски радуги для слепого или песня соловья для глухого. К сожалению, на свете много глухих и слепых сердец, которые ничего не ощущают, хотя и бьются.

   — Михаэль Энде · книга
4. «

   — Почему ты злишься? Беспокоишься? Он был готов сорваться на крик, но остановил себя. И глядя мне в глаза сказал: — Да. Люцифер будто впервые в своём признании увидел смелость, а не слабость. Похоже, он понял, что трусостью было отнекиваться от чувств, а не признавать их. И он повторил: — Да, беспокоюсь. Люцифер умолк: он о чём-то думал. А потом раздался его голос, искренний, серьёзный, наполненный светлой печалью: — Каким бы тернистым ни был путь и куда он на первый взгляд ни вёл бы… я не причиню тебя зла. Обещаю.

   — Почему ты злишься? Беспокоишься? Он был готов сорваться на крик, но остановил себя. И глядя мне в глаза сказал: — Да. Люцифер будто впервые в своём признании увидел смелость, а не слабость. Похоже, он понял, что трусостью было отнекиваться от чувств, а не признавать их. И он повторил: — Да, беспокоюсь. Люцифер умолк: он о чём-то думал. А потом раздался его голос, искренний, серьёзный, наполненный светлой печалью: — Каким бы тернистым ни был путь и куда он на первый взгляд ни вёл бы… я не причиню тебя зла. Обещаю.

   — Люцифер · игра
5. «

   — «Она всегда дарит мне что-то на День рождения. Интересно, знает ли она, как отчаянно я жду этого? Интересно, знает ли она, как я радуюсь каждый раз? Интересно, знает ли она, как часто я думаю о ней? Она дарит мне что-то без задних мыслей, приходя ко мне, глядя в глаза и говоря...» — С Днём рождения!

   — «Она всегда дарит мне что-то на День рождения. Интересно, знает ли она, как отчаянно я жду этого? Интересно, знает ли она, как я радуюсь каждый раз? Интересно, знает ли она, как часто я думаю о ней? Она дарит мне что-то без задних мыслей, приходя ко мне, глядя в глаза и говоря...» — С Днём рождения!

   — Кей · аниме
6. «

   Именно ради того, чтобы продлить чувство первого поцелуя, люди отчаянно борются за любовь, совершают благородные рыцарские поступки, бесстрашно и без оглядки пересекают расстояния и время... Но первый поцелуй может быть только один. Первый. И сохранить его вкус человеческой памяти не под силу. Память о нем в чём-то схожа с общей памятью человечества об утраченном рае.

   Именно ради того, чтобы продлить чувство первого поцелуя, люди отчаянно борются за любовь, совершают благородные рыцарские поступки, бесстрашно и без оглядки пересекают расстояния и время... Но первый поцелуй может быть только один. Первый. И сохранить его вкус человеческой памяти не под силу. Память о нем в чём-то схожа с общей памятью человечества об утраченном рае.

   — Сергей Козлов · книга
7. «

   Мы имеем право на ошибки. Мы ждем ласки, когда нам плохо или когда мы ошибаемся в выборе пути. Мы должны уметь подумать и о себе. Жизнь непредсказуема. Она требует от нас самостоятельности. У нас захватывает дух. Нас переполняют страхи. Мы бредем в потемках.

   Мы имеем право на ошибки. Мы ждем ласки, когда нам плохо или когда мы ошибаемся в выборе пути. Мы должны уметь подумать и о себе. Жизнь непредсказуема. Она требует от нас самостоятельности. У нас захватывает дух. Нас переполняют страхи. Мы бредем в потемках.

   — Голос за кадром · сериал
8. «

   «Красив, умён» — твердили дамы, Мужчины морщились: «поэт»... Но, если морщатся мужчины, Должно быть, зависть их берёт, А чувств прекрасной половины Никто, сам чёрт, не разберёт...

   «Красив, умён» — твердили дамы, Мужчины морщились: «поэт»... Но, если морщатся мужчины, Должно быть, зависть их берёт, А чувств прекрасной половины Никто, сам чёрт, не разберёт...

   — Александр Александрович Блок
9. «

   Что такое любовь? Ты падаешь вниз головой, закрыв глаза. По обнаженной коже струится ажур слов и бархат теплой темноты. Любые звуки превращаются в музыку, и ты настраиваешь метроном дыхания на такт сердца. Ладонями ты чувствуешь свет, ты осторожно касаешься изнанки души и она начинает петь. В этот момент долгое падение превращается в полет по кромке звездного неба. Ты замираешь, чтобы собрать губами эти звезды, но ласковая рука скользит по ключице, хватается за плечо, мягко толкает тебя спиной назад и ты... ты летишь. В облаке танцующего снега, упираясь лопатками в невесомость... А с ее горького горячего тела медленно скользит в вечность шелк белья. И в дрожащем пространстве между желанием и тишиной, между вашими телами, ты лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Но что такое жизнь без любви...

   Что такое любовь? Ты падаешь вниз головой, закрыв глаза. По обнаженной коже струится ажур слов и бархат теплой темноты. Любые звуки превращаются в музыку, и ты настраиваешь метроном дыхания на такт сердца. Ладонями ты чувствуешь свет, ты осторожно касаешься изнанки души и она начинает петь. В этот момент долгое падение превращается в полет по кромке звездного неба. Ты замираешь, чтобы собрать губами эти звезды, но ласковая рука скользит по ключице, хватается за плечо, мягко толкает тебя спиной назад и ты... ты летишь. В облаке танцующего снега, упираясь лопатками в невесомость... А с ее горького горячего тела медленно скользит в вечность шелк белья. И в дрожащем пространстве между желанием и тишиной, между вашими телами, ты лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Но что такое жизнь без любви...

   — Аль Квотион · книга
10. «

    Когда мысль приходит, ее лучше записать. Запечатлеть. Сохранить. С чувствами иначе. Они впечатаны в душу независимо от сподручных средств. Чувства имеют свойство расцветать, словно райские сады. И петь песню блаженства...

    Когда мысль приходит, ее лучше записать. Запечатлеть. Сохранить. С чувствами иначе. Они впечатаны в душу независимо от сподручных средств. Чувства имеют свойство расцветать, словно райские сады. И петь песню блаженства...
11. «

    Сказать, почему я тебя желаю? — страдальчески произнес он. — Я не знал, что потерялся, пока ты не нашла меня. Не знал, что такое одиночество, пока впервые не остался в постели без тебя. Ты мой единственный правильный выбор. Голубка, ты именно та, кого я ждал всю жизнь.

    Сказать, почему я тебя желаю? — страдальчески произнес он. — Я не знал, что потерялся, пока ты не нашла меня. Не знал, что такое одиночество, пока впервые не остался в постели без тебя. Ты мой единственный правильный выбор. Голубка, ты именно та, кого я ждал всю жизнь.

    — Джейми Макгвайр · книга
12. «

    Но, разлученные, мы с нею слиты все же: Она во мне жива, а я почти мертвец.

    Но, разлученные, мы с нею слиты все же: Она во мне жива, а я почти мертвец.

    — Виктор Гюго
13. «

    Когда б не знала я, что искра Прометея В душе огонь священный распалила, Я б не шептала, пламенно краснея О том, что сердцу твоему так мило.

    Когда б не знала я, что искра Прометея В душе огонь священный распалила, Я б не шептала, пламенно краснея О том, что сердцу твоему так мило.
14. «

    Как только она прикоснулась к его ладони, у неё сердце замерло в груди. У неё вдруг закружилась голова... вернее, всё тело закружилось и стало лёгким-лёгким, словно спальня превратилась в кабинку скоростного лифта и поехала с верхних этажей вниз.

    Как только она прикоснулась к его ладони, у неё сердце замерло в груди. У неё вдруг закружилась голова... вернее, всё тело закружилось и стало лёгким-лёгким, словно спальня превратилась в кабинку скоростного лифта и поехала с верхних этажей вниз.

    — Скотт Вестерфельд · книга
15. «

    Глаза твои как свечи: ни темени, ни тени... Когда Ночь обнимает Вечер нежно-нежно за плечи - щекочет — в сплетении...

    Глаза твои как свечи: ни темени, ни тени... Когда Ночь обнимает Вечер нежно-нежно за плечи - щекочет — в сплетении...
16. «

    Чувства все прибывали и прибывали в нем, словно вода в покрытом рябью бассейне, в который со всех сторон бегут ручейки. Пение птиц заставило его застыть и обратиться в слух; появление белки вызвало головокружение восторга; устремленные вверх стволы влекли его за собой; он поднял руки.

    Чувства все прибывали и прибывали в нем, словно вода в покрытом рябью бассейне, в который со всех сторон бегут ручейки. Пение птиц заставило его застыть и обратиться в слух; появление белки вызвало головокружение восторга; устремленные вверх стволы влекли его за собой; он поднял руки.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Дело в том, что есть ты. И эта простая данность, уютно и тепло спрятавшаяся где-то то ли в левой стороне груди, то ли на изнанке век закрытых глаз, то ли где-то ещё, где отступает тело и царствует душа, эта смешная данность будит во мне самом нелепое межсезонье, заставляя отчетливо видеть вокруг на первый взгляд неприметное, скрытое от глаз скорее привычкой к зиме, чем природным климатом. Январь. А я собираю летящие на рваном ветру алые листья, беременные новой жизнью почки деревьев, я собираю их, как собирают цветы, чтобы подарить любимому человеку, ставшему для художника той неотъемлемой жаждой творчества, которая открывает новый потенциал стареющего искусства.

    Дело в том, что есть ты. И эта простая данность, уютно и тепло спрятавшаяся где-то то ли в левой стороне груди, то ли на изнанке век закрытых глаз, то ли где-то ещё, где отступает тело и царствует душа, эта смешная данность будит во мне самом нелепое межсезонье, заставляя отчетливо видеть вокруг на первый взгляд неприметное, скрытое от глаз скорее привычкой к зиме, чем природным климатом. Январь. А я собираю летящие на рваном ветру алые листья, беременные новой жизнью почки деревьев, я собираю их, как собирают цветы, чтобы подарить любимому человеку, ставшему для художника той неотъемлемой жаждой творчества, которая открывает новый потенциал стареющего искусства.

    — Аль Квотион · книга
18. «

    Я люблю тебя, всегда. Время – ничто.

    Я люблю тебя, всегда. Время – ничто.

    — Одри Ниффенеггер · книга
19. «

    Моя надежда — это...ммм... Если даже мир исчезнет, мы все равно найдем друг друга... Если даже исчезнут ночи, мы будем светиться звездами в дневное время... Вот такая моя надежда.

    Моя надежда — это...ммм... Если даже мир исчезнет, мы все равно найдем друг друга... Если даже исчезнут ночи, мы будем светиться звездами в дневное время... Вот такая моя надежда.

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Когда строку диктует чувство, Оно на сцену шлет раба, И тут кончается искусство, И дышат почва и судьба.

    Когда строку диктует чувство, Оно на сцену шлет раба, И тут кончается искусство, И дышат почва и судьба.

    — Борис Леонидович Пастернак