128 фраз, которые всё говорят о «эмиграция»

Тема «эмиграция» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 128 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Это не наш грёбаный район — это поле битвы! Сегодня вечером мы все на поле боя! Решение: мы будем стоять в стороне и спокойно смотреть, как нашу страну насилуют, или же мы отправимся туда и сделаем что-нибудь против этого?

   Это не наш грёбаный район — это поле битвы! Сегодня вечером мы все на поле боя! Решение: мы будем стоять в стороне и спокойно смотреть, как нашу страну насилуют, или же мы отправимся туда и сделаем что-нибудь против этого?

   — Дерек Виньярд · фильм
2. «

   Не обольщусь и языком родным, Его призывом млечным. Мне безразлично, на каком, Непонимаемой быть, встречным! (Читателем газетных тонн, Глотателем, доильцем сплетен…) Двадцатого столетья — он, А я — до всякого столетья!

   Не обольщусь и языком родным, Его призывом млечным. Мне безразлично, на каком, Непонимаемой быть, встречным! (Читателем газетных тонн, Глотателем, доильцем сплетен…) Двадцатого столетья — он, А я — до всякого столетья!

   — Марина Цветаева
3. «

   Судьбы России важнее судеб эмиграции.

   Судьбы России важнее судеб эмиграции.

   — Антон Иванович Деникин
4. «

   Именно в месте, которое пугает, из которого хочется умотать, и спрятана возможность перерасти свои ограничения. Это как жуткая избушка Бабы-яги, где может твориться настоящее волшебство. Для тех, кто выдержит проверку, конечно.

   Именно в месте, которое пугает, из которого хочется умотать, и спрятана возможность перерасти свои ограничения. Это как жуткая избушка Бабы-яги, где может твориться настоящее волшебство. Для тех, кто выдержит проверку, конечно.

   — Мария Фариса
5. «

   Эмиграция — капля крови нации, взятая на анализ.

   Эмиграция — капля крови нации, взятая на анализ.

   — Мария Розанова
6. «

   Что делать, если победа сердца над разумом? И всё — надоело среди туземцев быть пасынком! Позади рай, но раз, увы, камикадзе мы — впереди Мир камер газовых, армий Власова, казней массовых, но

   Что делать, если победа сердца над разумом? И всё — надоело среди туземцев быть пасынком! Позади рай, но раз, увы, камикадзе мы — впереди Мир камер газовых, армий Власова, казней массовых, но
7. «

   Бывают ночи: только лягу, в Россию поплывет кровать, и вот ведут меня к оврагу, ведут к оврагу убивать.

   Бывают ночи: только лягу, в Россию поплывет кровать, и вот ведут меня к оврагу, ведут к оврагу убивать.

   — Владимир Набоков
8. «

   У молодежи это проблема вхождения во взрослую жизнь. И они наивно бегут от себя, думая, что в другой стране их найдут. А там обратная проблема. В той же И. очень большой процент безработицы среди молодых людей. В той же А., если ты родился не в той семье, очень трудно... Молодежь всегда бежит от себя. Молодежь приезжает, не зная реалий. И очень часто получается, что для одного таланта, за которого бьются, создают уникальные условия, а все наивно думают, что эти условия будут для всех.

   У молодежи это проблема вхождения во взрослую жизнь. И они наивно бегут от себя, думая, что в другой стране их найдут. А там обратная проблема. В той же И. очень большой процент безработицы среди молодых людей. В той же А., если ты родился не в той семье, очень трудно... Молодежь всегда бежит от себя. Молодежь приезжает, не зная реалий. И очень часто получается, что для одного таланта, за которого бьются, создают уникальные условия, а все наивно думают, что эти условия будут для всех.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
9. «

   Российские же мигранты — помыкавшись в свободе, пройдя через неспособность продать себя на западном рынке, — вернутся на родину другими. Изжив мифы. Познав вкус и рынка, и закона, и свободы. Поняв, чем плоха шпана.

   Российские же мигранты — помыкавшись в свободе, пройдя через неспособность продать себя на западном рынке, — вернутся на родину другими. Изжив мифы. Познав вкус и рынка, и закона, и свободы. Поняв, чем плоха шпана.

   — Елена Котова
10. «

    Эмигрируют не для того, чтоб убежать от домашних проблем, а для того, чтобы добраться до глубин своей души.

    Эмигрируют не для того, чтоб убежать от домашних проблем, а для того, чтобы добраться до глубин своей души.

    — Орхан Памук · книга
11. «

    Эмиграция как любой кризис – не только испытание на прочность, но еще и открывающееся пространство новых возможностей.

    Эмиграция как любой кризис – не только испытание на прочность, но еще и открывающееся пространство новых возможностей.

    — Борис Акунин
12. «

    ...научится, поганец, родину любить — не как гость, а как положено нормальным людям: со страстью, с преданностью, с ненавистью, с отвращением.

    ...научится, поганец, родину любить — не как гость, а как положено нормальным людям: со страстью, с преданностью, с ненавистью, с отвращением.

    — Линор Горалик · книга
13. «

    Как меня достали эти долбаные иммигранты! Узкоглазые, черномазые, латиносы, черт знает, кто еще! Мало я насмотрелся на этих драных кошкоедов во время войны, на тебе, — пожаловали!

    Как меня достали эти долбаные иммигранты! Узкоглазые, черномазые, латиносы, черт знает, кто еще! Мало я насмотрелся на этих драных кошкоедов во время войны, на тебе, — пожаловали!

    — Уолт Ковальски · фильм
14. «

    В Лондоне больше наших, чем во Владивостоке.

    В Лондоне больше наших, чем во Владивостоке.
15. «

    Cнова куда-то бежим. Где же ты очутится? Это, наверно, режим Сна и работы сбился.

    Cнова куда-то бежим. Где же ты очутится? Это, наверно, режим Сна и работы сбился.
16. «

    До сих пор не понимаю, откуда у меня набралось столько смелости, чтобы, не зная толком ни одного языка, будучи капризным, избалованным русским актером, неврастеником, совершенно не приспособленным к жизни, без всякого жизненного опыта, без денег и даже без веры в себя, так необдуманно покинуть родину. Сесть на пароход и уехать в чужую страну.

    До сих пор не понимаю, откуда у меня набралось столько смелости, чтобы, не зная толком ни одного языка, будучи капризным, избалованным русским актером, неврастеником, совершенно не приспособленным к жизни, без всякого жизненного опыта, без денег и даже без веры в себя, так необдуманно покинуть родину. Сесть на пароход и уехать в чужую страну.

    — Александр Вертинский
17. «

    Слушая жалобы моих друзей с Уолл-стрит, чей доход сократился из-за Великой депрессии, я часто гадаю, как бы вели себя они сами, их жены и дети, если бы им пришлось бежать из страны в чем есть, лишь с одной сменой белья. Сумели бы они найти для себя место в чужой стране, выучить язык, смириться с насмешками и унижением и начать жизнь заново?

    Слушая жалобы моих друзей с Уолл-стрит, чей доход сократился из-за Великой депрессии, я часто гадаю, как бы вели себя они сами, их жены и дети, если бы им пришлось бежать из страны в чем есть, лишь с одной сменой белья. Сумели бы они найти для себя место в чужой стране, выучить язык, смириться с насмешками и унижением и начать жизнь заново?

    — Великий князь Александр Михайлович · книга
18. «

    Они, конечно, предали страну. Но они, я боюсь, этого не понимают. Для того, чтобы что-то предать, нужно быть этому верным и это любить. Невозможно предать то, что ты не любишь. Они никогда эту страну не любили. Она была для них «этой страной». Они всегда ее ненавидели за то, что их ненавидели там. Потому что они всегда там будут вторым сортом.

    Они, конечно, предали страну. Но они, я боюсь, этого не понимают. Для того, чтобы что-то предать, нужно быть этому верным и это любить. Невозможно предать то, что ты не любишь. Они никогда эту страну не любили. Она была для них «этой страной». Они всегда ее ненавидели за то, что их ненавидели там. Потому что они всегда там будут вторым сортом.

    — Ольга Кормухина
19. «

    Протестовать было довольно трудно: у страны, которая сражалась не на жизнь, а на смерть, были более важные дела, чем забота о справедливом отношении к каждому эмигранту. Нас не пытали, не душили газами, не расстреливали, нас только держали в заключении — на что же нам было жаловаться?

    Протестовать было довольно трудно: у страны, которая сражалась не на жизнь, а на смерть, были более важные дела, чем забота о справедливом отношении к каждому эмигранту. Нас не пытали, не душили газами, не расстреливали, нас только держали в заключении — на что же нам было жаловаться?

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Слушать наше радио и смотреть наш телевизор надо, чтобы знать, когда убегать!

    Слушать наше радио и смотреть наш телевизор надо, чтобы знать, когда убегать!

    — Роман Андреевич Карцев