23 цитаты по теме «Красивые цитаты про лес 🌳» без воды

Тема «Красивые цитаты про лес 🌳» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 23 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я слышать не хочу печальной сказки слово, Которую рассказывает лес. Там вздох листвы И хвойный шепот снова, Там тени меж стволами бестолково Сбегаются стволам наперерез.

   Я слышать не хочу печальной сказки слово, Которую рассказывает лес. Там вздох листвы И хвойный шепот снова, Там тени меж стволами бестолково Сбегаются стволам наперерез.

   — Эдит Сёдергран
2. «

   Что такое быть лесом? Дышать миллионами листьев. Смотреть миллионами глаз. Ощущать миллионами рук. И петь. Петь бесконечно красивую и тягучую песню, в мелодию которой одинаково стройно ложатся и предсмертный хрип, и яростный клекот. И шелест травы, и плач. И тишина.

   Что такое быть лесом? Дышать миллионами листьев. Смотреть миллионами глаз. Ощущать миллионами рук. И петь. Петь бесконечно красивую и тягучую песню, в мелодию которой одинаково стройно ложатся и предсмертный хрип, и яростный клекот. И шелест травы, и плач. И тишина.

   — Тимофей Петрович Царенко · книга
3. «

   И деревья были такие необыкновенные — легкие, сквозящие, будто сиреневые, и полны такой внутренней тишиной и покоем, что Ёжик не узнавал знакомые с детства места.

   И деревья были такие необыкновенные — легкие, сквозящие, будто сиреневые, и полны такой внутренней тишиной и покоем, что Ёжик не узнавал знакомые с детства места.

   — Сергей Козлов · книга
4. «

   Леса в горах, напившись кристально чистой, пьянящей озерной воды, отражаются в ней, слегка покачиваясь, будто находятся под хмельком.

   Леса в горах, напившись кристально чистой, пьянящей озерной воды, отражаются в ней, слегка покачиваясь, будто находятся под хмельком.

   — Фэн Цзицай · книга
5. «

   Лес — живой, он все чувствует, все понимает. Как ты к нему относишься, так и он к тебе. Ты его любить будешь, и он тебя полюбит. Ты к нему с теплом относишься, и он тебя согреет. Ты его оберегать будешь, и он тебя сбережет и утешит в трудную минуту. А вот на зло злом отвечать Лес не может, не умеет просто. Самое плохое с его стороны — это равнодушие. Если лес к тебе равнодушен, значит не любишь ты его, не чувствуешь, и он никогда перед тобой своих тайн открывать не будет. Но если полюбишь его, то это навсегда. Не сможешь жить тогда без него, тоска заест. Это как тоска по очень близкому человеку или фантомная боль. Вроде и ушел ненадолго из леса и недалеко, в общем-то, но все равно уже чувствуешь, будто что-то не то, чего-то не хватает. Да, к этому можно привыкнуть и с этим даже можно как-то жить... Хотя, нет, не жить — существовать, тянуть лямку, но не жить. Жить уже не получится. Зато когда вернёшься, тогда поймешь — ты дома, и тебя здесь ждали, тебе рады, по тебе соскучились. И как же хорошо оказаться, наконец, дома!

   Лес — живой, он все чувствует, все понимает. Как ты к нему относишься, так и он к тебе. Ты его любить будешь, и он тебя полюбит. Ты к нему с теплом относишься, и он тебя согреет. Ты его оберегать будешь, и он тебя сбережет и утешит в трудную минуту. А вот на зло злом отвечать Лес не может, не умеет просто. Самое плохое с его стороны — это равнодушие. Если лес к тебе равнодушен, значит не любишь ты его, не чувствуешь, и он никогда перед тобой своих тайн открывать не будет. Но если полюбишь его, то это навсегда. Не сможешь жить тогда без него, тоска заест. Это как тоска по очень близкому человеку или фантомная боль. Вроде и ушел ненадолго из леса и недалеко, в общем-то, но все равно уже чувствуешь, будто что-то не то, чего-то не хватает. Да, к этому можно привыкнуть и с этим даже можно как-то жить... Хотя, нет, не жить — существовать, тянуть лямку, но не жить. Жить уже не получится. Зато когда вернёшься, тогда поймешь — ты дома, и тебя здесь ждали, тебе рады, по тебе соскучились. И как же хорошо оказаться, наконец, дома!

   — Евгений Старухин · книга
6. «

   От бальзамических запахов лесных цветов, трав, хвои и коры исчезает усталость. Великая сила жизни видна во всем: в колебании вершин, в пересвисте птиц, в мягком освещении.

   От бальзамических запахов лесных цветов, трав, хвои и коры исчезает усталость. Великая сила жизни видна во всем: в колебании вершин, в пересвисте птиц, в мягком освещении.

   — Константин Георгиевич Паустовский · книга
7. «

   Когда трудно засыпается, а с годами это становится навязчивой и почти больной привычкой, я воскрешаю в себе прошлые видения. Вот неторопливо иду я по лесу, чутко вслушиваясь и всматриваясь в глубь его, замечая всякое в нем движение, взлет, вскрик, наутре лесной птичий базар. Всякий выход в лес, есть погода или нету, праздник, ожидание чуда лесного, удачи, обновления души, которая только тут, в глуби, в отдалении от современного шума и гама, обретает полный, глубокий покой. Иду, иду — и сердце мое изношенное, больное тоже, успокаивается, гуще лес, тише даль, наплывает сон. О тайга, о вечный русский лес и все времена года, на земле русской происходящие, что может быть и есть прекрасней вас? Спасибо Господу, что пылинкой высеял меня на эту землю, спасибо судьбе за то, что она сделала меня лесным бродягой и подарила въяве столь чудес, которые краше всякой сказки.

   Когда трудно засыпается, а с годами это становится навязчивой и почти больной привычкой, я воскрешаю в себе прошлые видения. Вот неторопливо иду я по лесу, чутко вслушиваясь и всматриваясь в глубь его, замечая всякое в нем движение, взлет, вскрик, наутре лесной птичий базар. Всякий выход в лес, есть погода или нету, праздник, ожидание чуда лесного, удачи, обновления души, которая только тут, в глуби, в отдалении от современного шума и гама, обретает полный, глубокий покой. Иду, иду — и сердце мое изношенное, больное тоже, успокаивается, гуще лес, тише даль, наплывает сон. О тайга, о вечный русский лес и все времена года, на земле русской происходящие, что может быть и есть прекрасней вас? Спасибо Господу, что пылинкой высеял меня на эту землю, спасибо судьбе за то, что она сделала меня лесным бродягой и подарила въяве столь чудес, которые краше всякой сказки.

   — Виктор Астафьев · книга
8. «

   Я слышать не хочу печальной сказки слово, Которую рассказывает лес. Там вздох листвы И хвойный шепот снова, Там тени меж стволами бестолково Сбегаются стволам наперерез.

   Я слышать не хочу печальной сказки слово, Которую рассказывает лес. Там вздох листвы И хвойный шепот снова, Там тени меж стволами бестолково Сбегаются стволам наперерез.

   — Эдит Сёдергран
9. «

   Как же изменился лес! Только несколько нарядно одетых деревьев ещё напоминали о недавнем осеннем великолепии. Многие дубы, лиственницы и берёзы уже сбросили листья и казались замёрзшими и одинокими. Последние жёлтые листочки сиротливо дрожали на ветру.

   Как же изменился лес! Только несколько нарядно одетых деревьев ещё напоминали о недавнем осеннем великолепии. Многие дубы, лиственницы и берёзы уже сбросили листья и казались замёрзшими и одинокими. Последние жёлтые листочки сиротливо дрожали на ветру.

   — Ульяна Сергеева · книга
10. «

    В сосновом бору, окружившем подножье вулкана, всю ночь напролет в серебристом лунном сиянье неумолчно поет кукушка…

    В сосновом бору, окружившем подножье вулкана, всю ночь напролет в серебристом лунном сиянье неумолчно поет кукушка…

    — Вакаяма Бокусуй
11. «

    Мерседес осматривала деревья, но ни одно не походило на то, которое дона Жозинья показала ей в книге. Рабыня углублялась в лес, трава распрямлялась за её шагами, исчезала тропинка. Когда ночь потушила последний свет, служанка улеглась на мешок из-под фасоли, накрылась листвой, уснула. Такой, вздрагивающей и сопящей, под пожухлой веткой лесного ореха её и нашло счастье.

    Мерседес осматривала деревья, но ни одно не походило на то, которое дона Жозинья показала ей в книге. Рабыня углублялась в лес, трава распрямлялась за её шагами, исчезала тропинка. Когда ночь потушила последний свет, служанка улеглась на мешок из-под фасоли, накрылась листвой, уснула. Такой, вздрагивающей и сопящей, под пожухлой веткой лесного ореха её и нашло счастье.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Чёрные сказки белой зимы На ночь поют нам большие деревья. Чёрные сказки про розовый снег, Розовый снег даже во сне. А ночью по лесу идёт Сатана И собирает свежие души, Новую кровь получила зима. И тебя она получит, и тебя она получит.

    Чёрные сказки белой зимы На ночь поют нам большие деревья. Чёрные сказки про розовый снег, Розовый снег даже во сне. А ночью по лесу идёт Сатана И собирает свежие души, Новую кровь получила зима. И тебя она получит, и тебя она получит.
13. «

    Весеннего леса каприччо, капризы весеннего сна, и ночь за окошком, как притча, чья тайная суть неясна.

    Весеннего леса каприччо, капризы весеннего сна, и ночь за окошком, как притча, чья тайная суть неясна.

    — Юрий Левитанский
14. «

    Каждый шаг ускорял биение его сердца и все больше волновал кровь. Величественный, словно Бог, вырастал перед ним лес. Последний отрезок пути он преодолел бегом, будто боялся опоздать. Раскинув руки, словно бегун на финише, вошел он в лес.

    Каждый шаг ускорял биение его сердца и все больше волновал кровь. Величественный, словно Бог, вырастал перед ним лес. Последний отрезок пути он преодолел бегом, будто боялся опоздать. Раскинув руки, словно бегун на финише, вошел он в лес.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Пеной черемух леса зацвели, Пахнет настоем смолы и цветений. А надо всем журавли, журавли... Синее небо и ветер весенний!

    Пеной черемух леса зацвели, Пахнет настоем смолы и цветений. А надо всем журавли, журавли... Синее небо и ветер весенний!

    — Эдуард Аркадьевич Асадов
16. «

    А деревья шумят и шепчут о зеленой воле, о неоглядном раздолье. А с дерева на дерево птицы перелетают, и любятся птицы, любят друг друга, и свою песню, и свою нелюдскую зеленую волю. Зовет лесная опушка все глубже и глубже, в лес. И чем глубже уходишь в лес, тем светлее горят в глубинном молчанье и шепоте леса любимые черные глаза. Чем глубже уходишь в лес, тем глубже и вольнее душа, тем меньше у нее желанья и способности принять человеческое рабство, дозволить своей доле быть игрушкой в чужой холодной расчисленной игре.

    А деревья шумят и шепчут о зеленой воле, о неоглядном раздолье. А с дерева на дерево птицы перелетают, и любятся птицы, любят друг друга, и свою песню, и свою нелюдскую зеленую волю. Зовет лесная опушка все глубже и глубже, в лес. И чем глубже уходишь в лес, тем светлее горят в глубинном молчанье и шепоте леса любимые черные глаза. Чем глубже уходишь в лес, тем глубже и вольнее душа, тем меньше у нее желанья и способности принять человеческое рабство, дозволить своей доле быть игрушкой в чужой холодной расчисленной игре.

    — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
17. «

    Revoici dans l'ombre du soir, La cloche du cloître qui tinte. Tu as chanté dans le bois noir Comme devait chanter les saintes. Tu rentres pareil au berger Qui se hâte vers son étable Et ne sait pourquoi cette étoile Tremble si fort sur le verger.

    Revoici dans l'ombre du soir, La cloche du cloître qui tinte. Tu as chanté dans le bois noir Comme devait chanter les saintes. Tu rentres pareil au berger Qui se hâte vers son étable Et ne sait pourquoi cette étoile Tremble si fort sur le verger.

    — Морис Карем
18. «

    Петух запевает, светает, пора! В лесу под ногами гора серебра. Там черных деревьев стоят батальоны, Там елки как пики, как выстрелы — клены, <...> Рожденный пустыней, Колеблется звук, Колеблется синий На нитке паук. Колеблется воздух, Прозрачен и чист, В сияющих звездах Колеблется лист.

    Петух запевает, светает, пора! В лесу под ногами гора серебра. Там черных деревьев стоят батальоны, Там елки как пики, как выстрелы — клены, <...> Рожденный пустыней, Колеблется звук, Колеблется синий На нитке паук. Колеблется воздух, Прозрачен и чист, В сияющих звездах Колеблется лист.

    — Николай Алексеевич Заболоцкий
19. «

    На белый бал берез не соберу. Холодный хор хвои хранит молчанье. Кукушки крик, как камешек отчаянья, все катится и катится в бору.

    На белый бал берез не соберу. Холодный хор хвои хранит молчанье. Кукушки крик, как камешек отчаянья, все катится и катится в бору.

    — Булат Окуджава
20. «

    Как лепестки весеннего цветка В глуши лесов таинственно тенистой, Дрожать, при первой ласке ветерка, Улыбкою загадочно душистой...

    Как лепестки весеннего цветка В глуши лесов таинственно тенистой, Дрожать, при первой ласке ветерка, Улыбкою загадочно душистой...

    — Альфред де Мюссе