19 афоризмов на тему «мифология»

Тема «мифология» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 19 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Северяне рассказывают такую историю. Прежде чем была создана земля, был другой мир, называющийся Муспелль. Этот мир был на юге, потому там было светло и жарко, всё горело и полыхало. Искры из Муспелля стали звёздами. Другие искры растопили лёд из ледяного мира, Нифльхейма, и так появился великан Имир. Муспелль — один из девяти миров, теперь это страна огненных великанов, никакие другие создания не могут жить там.

   Северяне рассказывают такую историю. Прежде чем была создана земля, был другой мир, называющийся Муспелль. Этот мир был на юге, потому там было светло и жарко, всё горело и полыхало. Искры из Муспелля стали звёздами. Другие искры растопили лёд из ледяного мира, Нифльхейма, и так появился великан Имир. Муспелль — один из девяти миров, теперь это страна огненных великанов, никакие другие создания не могут жить там.
2. «

   — Ты же знаешь, что омела важна для друидов, а знаешь ли, почему люди целуются под ней? — Нет. — Это норвежский миф. Бальтер — сын Одина — был очень любим богами. Да так сильно, что они решили защитить его от всех возможных опасностей. Его мать — Фригг — заставила поклясться огонь, воду, металл, камни и каждое живое существо, что они никогда не навредят Бальтеру. Затем все собрались, чтобы проверить его. Камни, стрелы, пламя были обращены на него. Ничто его не брало, но был один Бог, который не был так очарован Бальтером. Бог хитрости и обмана — Локи. Локи узнал, что Фригг забыла попросить клятву у омелы. У такого крошечного, казалось бы безобидного растения, которое просто не взяли в расчет. Локи сделал дротик из омелы и убил Бальтера. Фригг была убита горем, она повелела, чтобы омела больше никогда не становилась оружием, а стояла местом для поцелуев для тех, кто прошел под ней. Поэтому во время праздников мы вешаем омелу на дверь. Так она всегда остается у нас на виду.

   — Ты же знаешь, что омела важна для друидов, а знаешь ли, почему люди целуются под ней? — Нет. — Это норвежский миф. Бальтер — сын Одина — был очень любим богами. Да так сильно, что они решили защитить его от всех возможных опасностей. Его мать — Фригг — заставила поклясться огонь, воду, металл, камни и каждое живое существо, что они никогда не навредят Бальтеру. Затем все собрались, чтобы проверить его. Камни, стрелы, пламя были обращены на него. Ничто его не брало, но был один Бог, который не был так очарован Бальтером. Бог хитрости и обмана — Локи. Локи узнал, что Фригг забыла попросить клятву у омелы. У такого крошечного, казалось бы безобидного растения, которое просто не взяли в расчет. Локи сделал дротик из омелы и убил Бальтера. Фригг была убита горем, она повелела, чтобы омела больше никогда не становилась оружием, а стояла местом для поцелуев для тех, кто прошел под ней. Поэтому во время праздников мы вешаем омелу на дверь. Так она всегда остается у нас на виду.

   — Дерек Хейл · сериал
3. «

   Возможно, некоторые истории были так интересны... так убедительны... так желанны... что вселенная поверила в них. Так сильно, что они обрели магию. Так сильно, что они ожили. Только представьте! Только послушайте их! Самые древние сказки! Перекликаются! Через воздух, через разум! Сквозь пространство и время! Возвращаясь к началу времен! Смешиваясь со всем, что уже существовало, и пробуждая что-то новое! Десять миров! Десять звонких сфер на великом Мировом Древе! Десять миров богов, демонов и оживших мифов! Разве это не прекрасно? Или, может, это просто бессмыслица.

   Возможно, некоторые истории были так интересны... так убедительны... так желанны... что вселенная поверила в них. Так сильно, что они обрели магию. Так сильно, что они ожили. Только представьте! Только послушайте их! Самые древние сказки! Перекликаются! Через воздух, через разум! Сквозь пространство и время! Возвращаясь к началу времен! Смешиваясь со всем, что уже существовало, и пробуждая что-то новое! Десять миров! Десять звонких сфер на великом Мировом Древе! Десять миров богов, демонов и оживших мифов! Разве это не прекрасно? Или, может, это просто бессмыслица.

   — Локи
4. «

   Мифология есть психология, ошибочно прочитанная как биография, история и космология. Современный психолог может восстановить её подлинные денотации, как бы вернувшись к языку оригинала, и таким образом спасти и сохранить для современного мира богатый и выразительный документ о глубинных силах человеческого характера.

   Мифология есть психология, ошибочно прочитанная как биография, история и космология. Современный психолог может восстановить её подлинные денотации, как бы вернувшись к языку оригинала, и таким образом спасти и сохранить для современного мира богатый и выразительный документ о глубинных силах человеческого характера.

   — Джозеф Кэмпбелл · книга
5. «

   Греческие Мойры, славянские Суженицы, скандинавские Норны, римские Парки — открой древнюю книгу любого народа и найдёшь их. Одна вытягивает из небытия нить человеческой жизни и крутит её, крутит. Другая наматывает нить на веретено судеб. Третья — режет, когда приходит время. Ножницы щёлкают, звезда падает. На месте, где погасла звезда, появится новая, чтобы однажды тоже упасть вслед за отрезанной нитью.

   Греческие Мойры, славянские Суженицы, скандинавские Норны, римские Парки — открой древнюю книгу любого народа и найдёшь их. Одна вытягивает из небытия нить человеческой жизни и крутит её, крутит. Другая наматывает нить на веретено судеб. Третья — режет, когда приходит время. Ножницы щёлкают, звезда падает. На месте, где погасла звезда, появится новая, чтобы однажды тоже упасть вслед за отрезанной нитью.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Единственный греческий бог, который хоть что-то делает, — это Гефест, да и тот — хромой рогоносец.

   Единственный греческий бог, который хоть что-то делает, — это Гефест, да и тот — хромой рогоносец.

   — Уистен Хью Оден
7. «

   Я: Зачем вы приходили в церковь? Он: Люблю. Церкви меня успокаивают. Дева Мария у вас замечательная. В некоторых соборах я б прямо жил. Знаете, вероятно, из меня вышел бы неплохой священник, есть у меня даже ощущение, что я им был. В детстве я, право, не знал, кого предпочесть – Медузу Горгону из павильона или Деву Марию из фамильной часовни. Это было огромной дилеммой, пока до меня не дошло, что можно любить обеих. И что обе по сути – одно лицо.

   Я: Зачем вы приходили в церковь? Он: Люблю. Церкви меня успокаивают. Дева Мария у вас замечательная. В некоторых соборах я б прямо жил. Знаете, вероятно, из меня вышел бы неплохой священник, есть у меня даже ощущение, что я им был. В детстве я, право, не знал, кого предпочесть – Медузу Горгону из павильона или Деву Марию из фамильной часовни. Это было огромной дилеммой, пока до меня не дошло, что можно любить обеих. И что обе по сути – одно лицо.

   — Франц Вертфоллен · книга
8. «

   Люди являются рассказчиками. За всё наше существование мы были авторами легенд и сказок: греки и их божественные существа, египтяне и их мифология целой вселенной... Так или иначе сказания оказали влияние на наше развитие. Но почему же мы столь отчаянно нуждаемся в героях и идолах? Являются ли они следствием наших потаённых чувств и желаний? Вероятно, они обнажают нашу внутреннюю тьму.

   Люди являются рассказчиками. За всё наше существование мы были авторами легенд и сказок: греки и их божественные существа, египтяне и их мифология целой вселенной... Так или иначе сказания оказали влияние на наше развитие. Но почему же мы столь отчаянно нуждаемся в героях и идолах? Являются ли они следствием наших потаённых чувств и желаний? Вероятно, они обнажают нашу внутреннюю тьму.

   — Макс Либерман · сериал
9. «

   Северяне говорят, что радуга, которую мы видим, на самом деле — мост между миром людей и миром богов. Пока, говорят они, ледяные великаны и горные великаны не могут взойти на него, но когда наступит Рагнарок, ничто в этом мире не спасётся. Мост-радуга рухнет, когда по нему проскачет войско огненных великанов на пламенных конях.

   Северяне говорят, что радуга, которую мы видим, на самом деле — мост между миром людей и миром богов. Пока, говорят они, ледяные великаны и горные великаны не могут взойти на него, но когда наступит Рагнарок, ничто в этом мире не спасётся. Мост-радуга рухнет, когда по нему проскачет войско огненных великанов на пламенных конях.
10. «

    Прядение и веретена ассоциируются с богиней. Во многих культурах есть богини, которые прядут и ткут людские судьбы. Как мы заметили при изучении сказки «Два ларца», в греческой мифологии есть три богини, управляющие судьбой. Одной из них является Клото, которую часто изображают с прялкой и веретеном. Таким образом, визит Спящей красавицы в башню — это не что иное, как встреча со своей судьбой. Как матери, мы должны быть готовы к тому дню, когда наши дети встретят свою судьбу, даже если это нас пугает.

    Прядение и веретена ассоциируются с богиней. Во многих культурах есть богини, которые прядут и ткут людские судьбы. Как мы заметили при изучении сказки «Два ларца», в греческой мифологии есть три богини, управляющие судьбой. Одной из них является Клото, которую часто изображают с прялкой и веретеном. Таким образом, визит Спящей красавицы в башню — это не что иное, как встреча со своей судьбой. Как матери, мы должны быть готовы к тому дню, когда наши дети встретят свою судьбу, даже если это нас пугает.

    — Лиза Марчиано · книга
11. «

    Я бы не стал смеяться над мифами. Большинство мифов – правда, покрытая хитросплетенной паутиной времени.

    Я бы не стал смеяться над мифами. Большинство мифов – правда, покрытая хитросплетенной паутиной времени.

    — Рошани Чокши · книга
12. «

    Вначале существовал лишь вечный, безграничный, тёмный Хаос. В нём заключался источник жизни.

    Вначале существовал лишь вечный, безграничный, тёмный Хаос. В нём заключался источник жизни.

    — Николай Кун · книга
13. «

    Северяне говорят, что когда придёт Рагнарок, дети Муспелля отправятся на битву на корабле, называемом Нагльфар, корабль мёртвых. И когда дети Муспелля покинут корабль и ринутся в битву, будет казаться, что разверзлось небо, и Сурт поведёт их. Куда бы он ни направился, перед ним будет вздыматься пламя, и позади него будет реветь огонь.

    Северяне говорят, что когда придёт Рагнарок, дети Муспелля отправятся на битву на корабле, называемом Нагльфар, корабль мёртвых. И когда дети Муспелля покинут корабль и ринутся в битву, будет казаться, что разверзлось небо, и Сурт поведёт их. Куда бы он ни направился, перед ним будет вздыматься пламя, и позади него будет реветь огонь.
14. «

    Мифология — то, что мы знали тогда. Наука — то, что мы знаем сейчас.

    Мифология — то, что мы знали тогда. Наука — то, что мы знаем сейчас.

    — Три тысячи лет желаний (Three thousand Years of Longing) · фильм
15. «

    Чтение как таковое выполняет важную религиозную или мифическую функцию.

    Чтение как таковое выполняет важную религиозную или мифическую функцию.

    — Джон Грейнджер · книга
16. «

    Медуза выросла среди монстров, но не родилась одной из них.

    Медуза выросла среди монстров, но не родилась одной из них.

    — Ханна Линн · книга
17. «

    — ...потом Сет стал завидовать своему брату Осирису и убил его. — Прямо как Каин и Авель. — Да, удивительно, как многие сюжеты совпадают.

    — ...потом Сет стал завидовать своему брату Осирису и убил его. — Прямо как Каин и Авель. — Да, удивительно, как многие сюжеты совпадают.

    — Говард Картер · сериал
18. «

    Пока Сигмунда и Синфьотли хоронят заживо, сестра Сигмунда бросает в курган пучок соломы. А в соломе спрятан меч Сигмунда, дар Одина! С его помощью они выбираются из кургана и поджигают залы Сиггейра. Там король и сгорает. Сигмунд призывает сестру выйти, чтобы она жила и была почетаема. Та выходит, но только чтобы рассказать правду: что она возлегла с ним, своим братом, чтобы родить сильного мстителя. «Я недостойна жить», — говорит она и возвращается в горящий зал. Изгони из сердца желание мстить, Сенуа. Ибо плата за месть всегда высока.

    Пока Сигмунда и Синфьотли хоронят заживо, сестра Сигмунда бросает в курган пучок соломы. А в соломе спрятан меч Сигмунда, дар Одина! С его помощью они выбираются из кургана и поджигают залы Сиггейра. Там король и сгорает. Сигмунд призывает сестру выйти, чтобы она жила и была почетаема. Та выходит, но только чтобы рассказать правду: что она возлегла с ним, своим братом, чтобы родить сильного мстителя. «Я недостойна жить», — говорит она и возвращается в горящий зал. Изгони из сердца желание мстить, Сенуа. Ибо плата за месть всегда высока.

    — Друт · игра
19. «

    В мифологии люди выдали свои мысли о том, что бы они делали, будь они боги.

    В мифологии люди выдали свои мысли о том, что бы они делали, будь они боги.

    — Станислав Ежи Лец