70 фраз, которые всё говорят о «наследие»

70 цитат про «наследие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Талант, должно быть, содержится у человека в крови, и, вероятно, только с кровью можно перелить его в жилы другого человека.

   Талант, должно быть, содержится у человека в крови, и, вероятно, только с кровью можно перелить его в жилы другого человека.

   — Анатолий Калинин · книга
2. «

   Наследника ты породил на свет, А меня в глазах твоих давно уж нет. Я ненависть рождаю день и ночь, И слово «мы» из памяти уходит прочь...

   Наследника ты породил на свет, А меня в глазах твоих давно уж нет. Я ненависть рождаю день и ночь, И слово «мы» из памяти уходит прочь...
3. «

   После того, как разграбили замок моего отца, бесценное наследие, что веками хранилось в семье — пропало. Всему можно найти замену, кроме одного. Ренфилд, верни мне эту картину. Верни ее домой.

   После того, как разграбили замок моего отца, бесценное наследие, что веками хранилось в семье — пропало. Всему можно найти замену, кроме одного. Ренфилд, верни мне эту картину. Верни ее домой.

   — Александр Грейсон / Дракула · сериал
4. «

   Совместную деятельность всего племени медиков можно приблизительно оценить, основываясь на тех образчиках, которые доступны для наблюдения. То же верно в отношении сантехников, таксистов, проституток и представителей всех остальных профессий, в которых не бывает «суперзвезд». В силу «звездной» динамики то, что мы именуем «литературным наследием» и «литературными шедеврами», представляет собой лишь крохотную долю коллективно созданного. Вот в чем штука. Это-то и мешает нам выявлять таланты. Допустим, вы приписываете успех Оноре де Бальзака, французского романиста XIX столетия, его беспощадному «реализму», «прозрениям», «остроте чувств», «проработке характеров», «умению увлечь читателя» и так далее. Эти «превосходные» качества можно признать необходимой предпосылкой к созданию превосходного произведения при условии и только при условии, что те, кто не обладает так называемым «талантом», лишены этих качеств. А что, если существовали еще десятки столь же прекрасных литературных творений, которые до нас не дошли? Если и вправду были написаны и исчезли не менее ценные рукописи, то, как мне ни жаль, ваш кумир Бальзак отличается от своих безвестных соперников лишь тем, что ему невероятно повезло. Более того, преклоняясь перед Бальзаком, вы допускаете несправедливость по отношению к другим. Я вовсе не имею в виду, что Бальзак не был талантлив, я только хочу сказать, что талант его менее уникален, чем кажется.

   Совместную деятельность всего племени медиков можно приблизительно оценить, основываясь на тех образчиках, которые доступны для наблюдения. То же верно в отношении сантехников, таксистов, проституток и представителей всех остальных профессий, в которых не бывает «суперзвезд». В силу «звездной» динамики то, что мы именуем «литературным наследием» и «литературными шедеврами», представляет собой лишь крохотную долю коллективно созданного. Вот в чем штука. Это-то и мешает нам выявлять таланты. Допустим, вы приписываете успех Оноре де Бальзака, французского романиста XIX столетия, его беспощадному «реализму», «прозрениям», «остроте чувств», «проработке характеров», «умению увлечь читателя» и так далее. Эти «превосходные» качества можно признать необходимой предпосылкой к созданию превосходного произведения при условии и только при условии, что те, кто не обладает так называемым «талантом», лишены этих качеств. А что, если существовали еще десятки столь же прекрасных литературных творений, которые до нас не дошли? Если и вправду были написаны и исчезли не менее ценные рукописи, то, как мне ни жаль, ваш кумир Бальзак отличается от своих безвестных соперников лишь тем, что ему невероятно повезло. Более того, преклоняясь перед Бальзаком, вы допускаете несправедливость по отношению к другим. Я вовсе не имею в виду, что Бальзак не был талантлив, я только хочу сказать, что талант его менее уникален, чем кажется.

   — Нассим Николас Талеб · книга
5. «

   — Я хочу, чтобы меня запомнили, как лучшего игрока в вышибалы. И поэтому я собираюсь выиграть олимпийские игры. От этого наш мир станет лучше, потому что другие дети тоже захотят стать чемпионами. И это станет моим наследием Миру. — Мы все хотим оставить свой след в жизни, но не для того, чтобы преодолеть экзистенциальный кризис. Рано или поздно, Томи, ты узнаешь, что вышибалы, не олимпийский вид спорта. Наше наследие, это не то, что написано в нашем резюме, не количество нулей в банковских счетах. Это люди, которые вошли в нашу жизнь, и то, с чем мы их оставим. Мы можем знать лишь одно, сейчас мы здесь. Будем стараться изо всех сил пока мы на этой Земле. Вот, что я думаю о наследии.

   — Я хочу, чтобы меня запомнили, как лучшего игрока в вышибалы. И поэтому я собираюсь выиграть олимпийские игры. От этого наш мир станет лучше, потому что другие дети тоже захотят стать чемпионами. И это станет моим наследием Миру. — Мы все хотим оставить свой след в жизни, но не для того, чтобы преодолеть экзистенциальный кризис. Рано или поздно, Томи, ты узнаешь, что вышибалы, не олимпийский вид спорта. Наше наследие, это не то, что написано в нашем резюме, не количество нулей в банковских счетах. Это люди, которые вошли в нашу жизнь, и то, с чем мы их оставим. Мы можем знать лишь одно, сейчас мы здесь. Будем стараться изо всех сил пока мы на этой Земле. Вот, что я думаю о наследии.

   — Генри · фильм
6. «

   Неминуемо явится в мир иное зло, может статься, ещё больше: ведь Саурон всего лишь прислужник предуготовитель. Но это уже не наша забота: мы не призваны улучшать мир и в ответе лишь за то время, в которое нам довелось жить — нам должно выпалывать зловредные сорняки и оставить потомкам чистые пахотные поля. Оставить им в наследство хорошую погоду мы не можем.

   Неминуемо явится в мир иное зло, может статься, ещё больше: ведь Саурон всего лишь прислужник предуготовитель. Но это уже не наша забота: мы не призваны улучшать мир и в ответе лишь за то время, в которое нам довелось жить — нам должно выпалывать зловредные сорняки и оставить потомкам чистые пахотные поля. Оставить им в наследство хорошую погоду мы не можем.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
7. «

   Бог дарует больше, чем мы просим. Мытарь просил отпущение, а получил оправдание. Разбойник просил Господа помянуть его в Царствии, но первый наследовал рай.

   Бог дарует больше, чем мы просим. Мытарь просил отпущение, а получил оправдание. Разбойник просил Господа помянуть его в Царствии, но первый наследовал рай.

   — Иоанн Лествичник
8. «

   « …все эти разные люди, кто жил на земле однажды, должно быть, они где-то внутри нас». «Готовые выскочить! Но возможно мы просто не замечаем их в такие моменты», — сказала Дороти. «Потому что мы не хотим», — сказала Харриет.

   « …все эти разные люди, кто жил на земле однажды, должно быть, они где-то внутри нас». «Готовые выскочить! Но возможно мы просто не замечаем их в такие моменты», — сказала Дороти. «Потому что мы не хотим», — сказала Харриет.

   — Дорис Лессинг · книга
9. «

   И счастье личное ты в десять раз умножишь, Коль, вместо одного, создашь десятерых: От смерти понести какой ущерб ты можешь, Продолжив бытие в наследниках своих?

   И счастье личное ты в десять раз умножишь, Коль, вместо одного, создашь десятерых: От смерти понести какой ущерб ты можешь, Продолжив бытие в наследниках своих?

   — Уильям Шекспир
10. «

    Зробити щось, лишити по собі, а ми, нічого, – пройдемо, як тіні, щоб тільки неба очі голубі цю землю завжди бачили в цвітінні. Щоб ці ліси не вимерли, як тур, щоб ці слова не вичахли, як руди.

    Зробити щось, лишити по собі, а ми, нічого, – пройдемо, як тіні, щоб тільки неба очі голубі цю землю завжди бачили в цвітінні. Щоб ці ліси не вимерли, як тур, щоб ці слова не вичахли, як руди.

    — Лина Васильевна Костенко
11. «

    Да и что, в сущности, не получено нами от покойников? Наш язык, наши привычки, наши познания, наше отчаянье – все!

    Да и что, в сущности, не получено нами от покойников? Наш язык, наши привычки, наши познания, наше отчаянье – все!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    В каждом наброске, в каждом черновике - Учитель продолжается в своем ученике.

    В каждом наброске, в каждом черновике - Учитель продолжается в своем ученике.
13. «

    Джорджи, они издевались не над твоим дедом, а над твоими жалкими попытками от него откреститься. Вот чего ты никогда не понимал.

    Джорджи, они издевались не над твоим дедом, а над твоими жалкими попытками от него откреститься. Вот чего ты никогда не понимал.

    — Агата Полдарк · сериал
14. «

    Когда меня не станет — я буду петь голосами Моих детей и голосами их детей.

    Когда меня не станет — я буду петь голосами Моих детей и голосами их детей.
15. «

    Когда меня не станет и опустеет зал, Чернильными листами на устах я все сказал: Что будет дальше с нами, кто здесь смотрящий. Клеем стихи как оригами и кидаем в ящик.

    Когда меня не станет и опустеет зал, Чернильными листами на устах я все сказал: Что будет дальше с нами, кто здесь смотрящий. Клеем стихи как оригами и кидаем в ящик.
16. «

    Мои издатели, HBO и читатели хотят следующую книгу. Но никто не хочет ее сильнее, чем я. Когда я сгибаюсь под этим давлением, я напоминаю себе, что судить обо мне будут по книгам. Если их будут читать через лет 50, никто не будет говорить, что достоинством книги является то, что она вышла в срок. Будут оценивать содержание.

    Мои издатели, HBO и читатели хотят следующую книгу. Но никто не хочет ее сильнее, чем я. Когда я сгибаюсь под этим давлением, я напоминаю себе, что судить обо мне будут по книгам. Если их будут читать через лет 50, никто не будет говорить, что достоинством книги является то, что она вышла в срок. Будут оценивать содержание.

    — Джордж Мартин
17. «

    У другого лекаря был сын — тупица, которому совсем не давалось учение. И сказала жена этого лекаря своему супругу: — Как же так? Почему это твой родной сын совсем не в отца и ничего не соображает? Он ответил: — Способности не наследуются; душа-то у него своя, а не моя.

    У другого лекаря был сын — тупица, которому совсем не давалось учение. И сказала жена этого лекаря своему супругу: — Как же так? Почему это твой родной сын совсем не в отца и ничего не соображает? Он ответил: — Способности не наследуются; душа-то у него своя, а не моя.

    — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
18. «

    Общество становится великим, когда старики сажают деревья, зная, что в их тени им никогда не доведётся посидеть.

    Общество становится великим, когда старики сажают деревья, зная, что в их тени им никогда не доведётся посидеть.

    — Греческие пословицы и поговорки
19. «

    Нам отказано в долгой жизни; оставим труды, которые докажут, что мы жили!

    Нам отказано в долгой жизни; оставим труды, которые докажут, что мы жили!

    — Плиний Старший
20. «

    — Молодец, Джек... — Твоя мечта умрёт вместе с тобой. — Может быть, и нет. Ты — гарантия того, что статус-кво сохранится ещё какое-то время. Война продолжится уже как социальный институт, как промышленность. Люди будут бороться за то, чего они сами не понимают. За идеалы, в которые не верят... Но, по крайней мере, я оставлю достойного приемника — тебя, Джек. Ты проложил себе дорогу, используя любые средства, что попадались под руку, не позволяя грёбаным законам встать у себя на пути. Если требовалось отнять несколько жизней, ты так и поступал. Глубоко внутри мы родственные души. Ты и я...

    — Молодец, Джек... — Твоя мечта умрёт вместе с тобой. — Может быть, и нет. Ты — гарантия того, что статус-кво сохранится ещё какое-то время. Война продолжится уже как социальный институт, как промышленность. Люди будут бороться за то, чего они сами не понимают. За идеалы, в которые не верят... Но, по крайней мере, я оставлю достойного приемника — тебя, Джек. Ты проложил себе дорогу, используя любые средства, что попадались под руку, не позволяя грёбаным законам встать у себя на пути. Если требовалось отнять несколько жизней, ты так и поступал. Глубоко внутри мы родственные души. Ты и я...

    — Стивен Армстронг · игра