643 цитаты «предательство»: от классиков до современников

Тема «предательство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 643 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Что, в человеческих отношениях, оскорбляет больше и глубже всего на свете? Говорят: внезапное предательство со стороны друга. Когда-то я сам был того же мнения. Но дружеские предательства — такое обычное и частое зло, что, в конце концов, от них нарастает мозоль на сердце, и боль притупляет свою остроту. С годами я, по горькому опыту, убедился, что кое-что жалит и жжёт больнее. Например: Предательский удар врага, в котором ты имел глупость уважать честного человека, а потому и церемонился с ним, как с «рыцарем». Не верьте во врагов-рыцарей. Это — химера: зверь, который выставляет вперёд львиную голову, чтобы вы не заметили зажатого между ног хвоста со змеиным жалом на конце. Когда вас предаёт друг, вы, по крайней мере, имеете утешение сказать ему: — Иуда! Когда вас предаёт враг-»рыцарь», вам некому и нечего сказать, кроме, как самому себе: — Дурак!

   Что, в человеческих отношениях, оскорбляет больше и глубже всего на свете? Говорят: внезапное предательство со стороны друга. Когда-то я сам был того же мнения. Но дружеские предательства — такое обычное и частое зло, что, в конце концов, от них нарастает мозоль на сердце, и боль притупляет свою остроту. С годами я, по горькому опыту, убедился, что кое-что жалит и жжёт больнее. Например: Предательский удар врага, в котором ты имел глупость уважать честного человека, а потому и церемонился с ним, как с «рыцарем». Не верьте во врагов-рыцарей. Это — химера: зверь, который выставляет вперёд львиную голову, чтобы вы не заметили зажатого между ног хвоста со змеиным жалом на конце. Когда вас предаёт друг, вы, по крайней мере, имеете утешение сказать ему: — Иуда! Когда вас предаёт враг-»рыцарь», вам некому и нечего сказать, кроме, как самому себе: — Дурак!

   — Александр Амфитеатров
2. «

   — Будь ты проклят! Убийца! — Разве я не твой король? — Ты предал само право быть королем. Ты предал Господа! — Я Господа предал?! Моя корона перешла ко мне от моего брата, а к моему брату от моего отца. Я был рожден, чтобы стать королем, это мое право, дарованное мне Господом! Ты вступаешься за простого человека и в то же время проклинаешь королевкую власть, его оберегающую. Мое право на трон. И ставишь под сомнение права всех, кто правил до меня. Великих правителей, оборонявших эту страну от варварских орд, кто возвеличил ее, давал порядок, смысл и даже веру всем своим поданным в течение многих веков. И ты все это подвергаешь сомнению. Ты! И нам пришлось принять вашу заветную великую Хартию, навязанную тобой, торговцем шерстью! Я королевских кровей! Я правая рука Бога! И тебе не позволено указывать каким мне быть королем!

   — Будь ты проклят! Убийца! — Разве я не твой король? — Ты предал само право быть королем. Ты предал Господа! — Я Господа предал?! Моя корона перешла ко мне от моего брата, а к моему брату от моего отца. Я был рожден, чтобы стать королем, это мое право, дарованное мне Господом! Ты вступаешься за простого человека и в то же время проклинаешь королевкую власть, его оберегающую. Мое право на трон. И ставишь под сомнение права всех, кто правил до меня. Великих правителей, оборонявших эту страну от варварских орд, кто возвеличил ее, давал порядок, смысл и даже веру всем своим поданным в течение многих веков. И ты все это подвергаешь сомнению. Ты! И нам пришлось принять вашу заветную великую Хартию, навязанную тобой, торговцем шерстью! Я королевских кровей! Я правая рука Бога! И тебе не позволено указывать каким мне быть королем!

   — барон Уильям д’Обинье · фильм
3. «

   Вот и всё. Всё плохое закончилось. И хорошее закончилось. То, что будет дальше, — тоже будет плохим. Или хорошим… но другим. А главное, в моём будущем не будет Андрея. А что?... Будет кто-нибудь другой? Но у меня внутри навсегда останется пустота, которую никто не сможет заполнить. Сегодня я прощалась с ним навсегда. Только поэтому я позволила ему поцеловать себя. А он… он целовал не меня, а папку с фальшивым отчётом. Я — неприятное приложение к этому отчёту. Сегодня целовал меня. Меня. В последний раз. В последний. Странно, правда?..

   Вот и всё. Всё плохое закончилось. И хорошее закончилось. То, что будет дальше, — тоже будет плохим. Или хорошим… но другим. А главное, в моём будущем не будет Андрея. А что?... Будет кто-нибудь другой? Но у меня внутри навсегда останется пустота, которую никто не сможет заполнить. Сегодня я прощалась с ним навсегда. Только поэтому я позволила ему поцеловать себя. А он… он целовал не меня, а папку с фальшивым отчётом. Я — неприятное приложение к этому отчёту. Сегодня целовал меня. Меня. В последний раз. В последний. Странно, правда?..

   — Екатерина Пушкарева · сериал
4. «

   Как отсечённая рука Болит и ноет в месте жеста, В душе моей саднит пока Твоё пустующее место.

   Как отсечённая рука Болит и ноет в месте жеста, В душе моей саднит пока Твоё пустующее место.
5. «

   Да, вы со мною были нечестны. Вы предали меня. И, может статься, Не стоило бы долго разбираться, Нужны вы мне теперь иль не нужны?

   Да, вы со мною были нечестны. Вы предали меня. И, может статься, Не стоило бы долго разбираться, Нужны вы мне теперь иль не нужны?

   — Эдуард Аркадьевич Асадов
6. «

   Мы простые смертные временные люди на этой Земле но у каждого из нас есть земля, есть кладбище, есть родильный дом, есть мать, отец, есть корни, есть исход... Не побег, не исчезновение... Я уже подкрадываюсь к слову «предательство». Мне кажется, самое великое преступление и самый тяжёлый поступок или проступок — это предать, предать близкого человека, предать свою землю, предать свой дом, родных, близких, предать себя. <...> В последние годы я живу по принципу трёх понятий. Знаете, это как говорят, Земля на трёх китах... У каждого из нас есть некоторые правила, которым мы хотим соответствовать. Терпение, жертвенность и непредательство. Под этими тремя понятиями я сегодня себя и сохраняю, тружусь, и хочу оставить всего себя самого своей многострадальной, многовековой, уставшей, но очень мечтающей моей Родине, чего и вам желаю.

   Мы простые смертные временные люди на этой Земле но у каждого из нас есть земля, есть кладбище, есть родильный дом, есть мать, отец, есть корни, есть исход... Не побег, не исчезновение... Я уже подкрадываюсь к слову «предательство». Мне кажется, самое великое преступление и самый тяжёлый поступок или проступок — это предать, предать близкого человека, предать свою землю, предать свой дом, родных, близких, предать себя. <...> В последние годы я живу по принципу трёх понятий. Знаете, это как говорят, Земля на трёх китах... У каждого из нас есть некоторые правила, которым мы хотим соответствовать. Терпение, жертвенность и непредательство. Под этими тремя понятиями я сегодня себя и сохраняю, тружусь, и хочу оставить всего себя самого своей многострадальной, многовековой, уставшей, но очень мечтающей моей Родине, чего и вам желаю.

   — Виктор Сухоруков
7. «

   По-настоящему любить — это быть верным. По-настоящему любить — это не предавать. По-настоящему любить — это когда веришь. Когда с ней делишь свою жизнь, а не кровать.

   По-настоящему любить — это быть верным. По-настоящему любить — это не предавать. По-настоящему любить — это когда веришь. Когда с ней делишь свою жизнь, а не кровать.
8. «

   Давным-давно...люди были окутаны тьмой. Поэтому мы, создания тьмы, всегда жили бок о бок с людьми... Но люди не способны жить красиво. Рано или поздно их истинная уродливая сущность берет верх в их жалких душонках. Сотни и сотни лет, раз за разом они предавали тех, кто доверял им и любил их.

   Давным-давно...люди были окутаны тьмой. Поэтому мы, создания тьмы, всегда жили бок о бок с людьми... Но люди не способны жить красиво. Рано или поздно их истинная уродливая сущность берет верх в их жалких душонках. Сотни и сотни лет, раз за разом они предавали тех, кто доверял им и любил их.

   — Хагоромо Кицуне · аниме
9. «

   — Он вас, можно сказать, пригрел у себя на груди, а вы воспользовались этим, чтобы его ужалить. — Ужалить-то я его действительно ужалил, — сказал Дельмон, — но, с другой стороны, грудь его была не слишком уж горяча.

   — Он вас, можно сказать, пригрел у себя на груди, а вы воспользовались этим, чтобы его ужалить. — Ужалить-то я его действительно ужалил, — сказал Дельмон, — но, с другой стороны, грудь его была не слишком уж горяча.

   — Робер Мерль · книга
10. «

    Лучше я предам весь мир, чем буду смотреть, как мир предает меня.

    Лучше я предам весь мир, чем буду смотреть, как мир предает меня.

    — Цао Цао
11. «

    — Ты просто герой. Очень жаль Мэйса. И жаль, что ты так и не нашёл, что хотел. — Ну почему, нашел. — Нет, я про чемодан. — Ну да. И я про чемодан. — Ты нашел чемодан? — Да. — А я думал, что... — Он тут со мной. — Он с тобой? — Хочешь, покажу? — Да. — Чарли, тащи! Фрэнк был под прикрытием, когда его убили, он не продавал секреты, а возвращал. — [открывает пустой чемодан] Я не понимаю? — А я другого не понимаю, откуда ты знаешь код? Вот это мне не понятно. — Действительно, как-то вышло неловко. — Хорошо тебе платят? — Вообще-то неплохо платят. И даже очень неплохо. — И сколько именно? Интересно, сколько стоит жизнь Фрэнка? — Какая разница? Причём здесь цифры? — Надеюсь, тебя засадят очень надолго. — Знаешь, я так не думаю. Тебе же известно, как они все любят держать такие истории в секрете. Думаю, влепят максимум три года общего режима... И знаешь почему? Потому что такие, как я, им очень нужны. Я же знаю все их грязные секретики. Правда же? Конечно, Фрэнка очень жаль, но в общей картине мира он всего лишь винтик малюсенький. Его потери никто не заметит. Как и твоей, вы — динозавры. Да ты посмотри на себя, никто уже давно не курит, Сноу. При всех твоих немерянных понтах, ты просто пушечное мясо! Пушечное мясо! И ты не нужен им так, как нужен им я. — Я принёс огонь. Привет от Фрэнка!

    — Ты просто герой. Очень жаль Мэйса. И жаль, что ты так и не нашёл, что хотел. — Ну почему, нашел. — Нет, я про чемодан. — Ну да. И я про чемодан. — Ты нашел чемодан? — Да. — А я думал, что... — Он тут со мной. — Он с тобой? — Хочешь, покажу? — Да. — Чарли, тащи! Фрэнк был под прикрытием, когда его убили, он не продавал секреты, а возвращал. — [открывает пустой чемодан] Я не понимаю? — А я другого не понимаю, откуда ты знаешь код? Вот это мне не понятно. — Действительно, как-то вышло неловко. — Хорошо тебе платят? — Вообще-то неплохо платят. И даже очень неплохо. — И сколько именно? Интересно, сколько стоит жизнь Фрэнка? — Какая разница? Причём здесь цифры? — Надеюсь, тебя засадят очень надолго. — Знаешь, я так не думаю. Тебе же известно, как они все любят держать такие истории в секрете. Думаю, влепят максимум три года общего режима... И знаешь почему? Потому что такие, как я, им очень нужны. Я же знаю все их грязные секретики. Правда же? Конечно, Фрэнка очень жаль, но в общей картине мира он всего лишь винтик малюсенький. Его потери никто не заметит. Как и твоей, вы — динозавры. Да ты посмотри на себя, никто уже давно не курит, Сноу. При всех твоих немерянных понтах, ты просто пушечное мясо! Пушечное мясо! И ты не нужен им так, как нужен им я. — Я принёс огонь. Привет от Фрэнка!

    — Гарри Шоу · фильм
12. «

    Я бы мог предать своего короля, но не сына.

    Я бы мог предать своего короля, но не сына.

    — Д'Артаньян · фильм
13. «

    Я жизнь свою провел в бою, Умру не от меча. Изменник предал жизнь мою Веревке палача.

    Я жизнь свою провел в бою, Умру не от меча. Изменник предал жизнь мою Веревке палача.

    — Самуил Маршак
14. «

    Наивность — лучшая подруга! Она не знает перемен. И никогда не приоткроет Завесу дружеских измен...

    Наивность — лучшая подруга! Она не знает перемен. И никогда не приоткроет Завесу дружеских измен...
15. «

    — Довольна? Всадила ему кинжал в сердце, а теперь решила пару раз провернуть? Может быть, потом вдолбишь внутрь с рукоятью?

    — Довольна? Всадила ему кинжал в сердце, а теперь решила пару раз провернуть? Может быть, потом вдолбишь внутрь с рукоятью?

    — Файр Рет · книга
16. «

    Часто изменник сам себя губит и против воли служит добру.

    Часто изменник сам себя губит и против воли служит добру.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
17. «

    — Сейчас 22:25 и терять мне уже нечего. Если тебя предал друг, ты должен ответить. Давай же. — У меня тоже есть своя история. Она попроще. Много лет назад у меня был друг, я сдал его властям, чтобы уберечь от смерти. Его убили, но он сам этого хотел. Это была великая дружба... Для него все закончилось плохо. Для меня — еще хуже.

    — Сейчас 22:25 и терять мне уже нечего. Если тебя предал друг, ты должен ответить. Давай же. — У меня тоже есть своя история. Она попроще. Много лет назад у меня был друг, я сдал его властям, чтобы уберечь от смерти. Его убили, но он сам этого хотел. Это была великая дружба... Для него все закончилось плохо. Для меня — еще хуже.

    — Максимилиан «Макс» Беркович · фильм
18. «

    Нельзя предавать женщин. Они мстительные и буйные в своей мести.

    Нельзя предавать женщин. Они мстительные и буйные в своей мести.

    — Елена Лобанова · книга
19. «

    Предателей презирают даже те, кому они сослужили службу.

    Предателей презирают даже те, кому они сослужили службу.

    — Публий Корнелий Тацит
20. «

    — Мое сердце верит, что он меня не предаст, на то нет причины. — Разве для предательства нужна причина? Всегда надо быть готовым к худшему, даже от своих близких, тогда ты сможешь избежать многих разочарований.

    — Мое сердце верит, что он меня не предаст, на то нет причины. — Разве для предательства нужна причина? Всегда надо быть готовым к худшему, даже от своих близких, тогда ты сможешь избежать многих разочарований.

    — Рагнар Лодброк · сериал