570 цитат про «Родина» от великих людей

Собрали 570 цитат на тему «Родина» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Любите нашу землю как родителей своих.

   Любите нашу землю как родителей своих.

   — Вардан Робертович Степанян
2. «

   Русский человек любит авось, небось да как-нибудь.

   Русский человек любит авось, небось да как-нибудь.

   — Русские пословицы и поговорки
3. «

   И всем армянам я того желаю, Вернуться к самому родному краю.

   И всем армянам я того желаю, Вернуться к самому родному краю.
4. «

   Мужик, я ненавижу этот город, но что поделаешь — Родина.

   Мужик, я ненавижу этот город, но что поделаешь — Родина.

   — Харли Дэвидсон · фильм
5. «

   — Никто из вас не скроется от народной мести! — Да я, собственно, и не скрываюсь. Моё место жительства можно узнать в любой адресной книге. Статский советник Фандорин! — Тот самый Фандорин? Раб лампы? — Какой ещё лампы? — Древней, из которой песок сыплется… Под названием «его сиятельство генерал-губернатор». Служите ему, как верный джинн. — Я, мадемуазель, служу вовсе не лампе, а Отечеству. — Да ну Вас!

   — Никто из вас не скроется от народной мести! — Да я, собственно, и не скрываюсь. Моё место жительства можно узнать в любой адресной книге. Статский советник Фандорин! — Тот самый Фандорин? Раб лампы? — Какой ещё лампы? — Древней, из которой песок сыплется… Под названием «его сиятельство генерал-губернатор». Служите ему, как верный джинн. — Я, мадемуазель, служу вовсе не лампе, а Отечеству. — Да ну Вас!

   — Эсфирь Литвинова · фильм
6. «

   С чего начинается Родина? С картинки в твоем букваре, С хороших и верных товарищей, Живущих в соседнем дворе.

   С чего начинается Родина? С картинки в твоем букваре, С хороших и верных товарищей, Живущих в соседнем дворе.
7. «

   Все это происходило в бедной, далёкой от цивилизации курдской деревушке, в которой не было ни электричества, ни дорог, ни врачей, ни школы. За плотную завесу изоляции не проникали никакие новости извне. Жители деревушки не слыхивали ни о последствиях Второй мировой войны, ни об атомной бомбе. Тем не менее они были убеждены, что в мире, раскинувшемся вдали от берегов Евфрата, творятся странные вещи. Желания познать этот неведомый мир у них не возникало, а дальние странствия представлялось им совершенно бессмысленным занятием. Все, что есть, было и будет в этом мире, человек видит вокруг себя, здесь и сейчас. Людям положено жить на одном месте, подобно деревьям и камням. Исключение составляют три категории: странствующие мистики, утратившие прошлое, глупцы, лишенные разума, и поэты, потерявшие своих возлюбленных. Все прочие жители деревни.

   Все это происходило в бедной, далёкой от цивилизации курдской деревушке, в которой не было ни электричества, ни дорог, ни врачей, ни школы. За плотную завесу изоляции не проникали никакие новости извне. Жители деревушки не слыхивали ни о последствиях Второй мировой войны, ни об атомной бомбе. Тем не менее они были убеждены, что в мире, раскинувшемся вдали от берегов Евфрата, творятся странные вещи. Желания познать этот неведомый мир у них не возникало, а дальние странствия представлялось им совершенно бессмысленным занятием. Все, что есть, было и будет в этом мире, человек видит вокруг себя, здесь и сейчас. Людям положено жить на одном месте, подобно деревьям и камням. Исключение составляют три категории: странствующие мистики, утратившие прошлое, глупцы, лишенные разума, и поэты, потерявшие своих возлюбленных. Все прочие жители деревни.

   — Элиф Шафак · книга
8. «

   Со мной бы попроще, а? Я же готов помочь. Пусть всем будет хорошо — и Родине, и Москве-столице, и всему прогрессивному человечеству. Только я тупой от рождения. Пока мне не объяснят, в чем дело, — не понимаю.

   Со мной бы попроще, а? Я же готов помочь. Пусть всем будет хорошо — и Родине, и Москве-столице, и всему прогрессивному человечеству. Только я тупой от рождения. Пока мне не объяснят, в чем дело, — не понимаю.

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   Сладостно-пьянящий дым Отечества родного, побуждает нас любить его ещё сильней намного.

   Сладостно-пьянящий дым Отечества родного, побуждает нас любить его ещё сильней намного.
10. «

    Мне говорят — у немцев автобаны, Во Франции — лазурны берега, А вот в Италии... пристали, как бараны. Мне только Родина мила и дорога.

    Мне говорят — у немцев автобаны, Во Франции — лазурны берега, А вот в Италии... пристали, как бараны. Мне только Родина мила и дорога.

    — Александр Афанасьевич Кашин
11. «

    Мои глаза полны Любви, Любви лишь к Родине своей. Она сумела оживить, В моей судьбе остаток дней.

    Мои глаза полны Любви, Любви лишь к Родине своей. Она сумела оживить, В моей судьбе остаток дней.
12. «

    Когда я за границей, я скучаю по Родине, а возвращаюсь — я в ужасе от государства.

    Когда я за границей, я скучаю по Родине, а возвращаюсь — я в ужасе от государства.

    — Михаил Задорнов
13. «

    По высокой траве Сколько зим, сколько лет, Сколько вод утекло, Сколько жизни прошло без меня, Сколько жизни ушло от меня. Я вернулся домой, но виски сединой Припорошило в дальних краях, Да и грудь вся в сплошных орденах.

    По высокой траве Сколько зим, сколько лет, Сколько вод утекло, Сколько жизни прошло без меня, Сколько жизни ушло от меня. Я вернулся домой, но виски сединой Припорошило в дальних краях, Да и грудь вся в сплошных орденах.
14. «

    Идея отечества одинаково для всех плодотворна. Честным она внушает мысль о подвиге, бесчестных — предостерегает от множества гнусностей, которые без нее, несомненно, были бы совершены.

    Идея отечества одинаково для всех плодотворна. Честным она внушает мысль о подвиге, бесчестных — предостерегает от множества гнусностей, которые без нее, несомненно, были бы совершены.

    — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
15. «

    А я не понимаю, на что русским расширяться за пределы наших исконных земель? Зачем нам подгребать под себя инородцев и иноверцев? Чтоб они вредили нам, чувствуя себя людьми второго сорта? И главное, что за свет такой мы им несём? Можно подумать, что жизнь наша хорошо устроена, богата и привольна. Так вроде бы нет? Что ж мы тратим силы, жизнь самых здоровых наших мужчин не на укрепление своего ветхого дома, а на разрушение домов чужих? Если бы наша изба была красна, песни веселы, а мед сладок, соседи сами стали бы проситься под нашу руку.

    А я не понимаю, на что русским расширяться за пределы наших исконных земель? Зачем нам подгребать под себя инородцев и иноверцев? Чтоб они вредили нам, чувствуя себя людьми второго сорта? И главное, что за свет такой мы им несём? Можно подумать, что жизнь наша хорошо устроена, богата и привольна. Так вроде бы нет? Что ж мы тратим силы, жизнь самых здоровых наших мужчин не на укрепление своего ветхого дома, а на разрушение домов чужих? Если бы наша изба была красна, песни веселы, а мед сладок, соседи сами стали бы проситься под нашу руку.

    — Анатолий Брусникин · книга
16. «

    Мы поднимем первую, дай Бог, не последнюю, Чашу мёда дикого за Сибирь великую! И по кругу пустится братина-искусница, Со стола кедрового, чем ты хошь, закусится!

    Мы поднимем первую, дай Бог, не последнюю, Чашу мёда дикого за Сибирь великую! И по кругу пустится братина-искусница, Со стола кедрового, чем ты хошь, закусится!
17. «

    В горах моё сердце... Доныне я там. По следу оленя лечу по скалам. Гоню я оленя, пугаю козу. В горах моё сердце, а сам я внизу.

    В горах моё сердце... Доныне я там. По следу оленя лечу по скалам. Гоню я оленя, пугаю козу. В горах моё сердце, а сам я внизу.

    — Роберт Бёрнс
18. «

    Что влечёт наших северных птиц, Прорубая тоннели сквозь воздух, Возвращаться от южных границ На холодные старые гнёзда?

    Что влечёт наших северных птиц, Прорубая тоннели сквозь воздух, Возвращаться от южных границ На холодные старые гнёзда?
19. «

    Свежей берестой, сладкой смородиной, проводи меня домой, милая Родина!

    Свежей берестой, сладкой смородиной, проводи меня домой, милая Родина!
20. «

    Там зелень ярче изумруда, Нежнее шелковых ковров, И как серебряные блюда На ровной скатерти лугов Стоят озера...

    Там зелень ярче изумруда, Нежнее шелковых ковров, И как серебряные блюда На ровной скатерти лугов Стоят озера...

    — Николай Алексеевич Некрасов