410 цитат «Жизненные цитаты про смерть»: от классиков до современников

Собрали 410 цитат на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   «Я ложился в «Острове» в гроб. Строгая вещь. Четыре стеночки и крышка – ни Евангелия, ни икон, ничего нет. С чем ляжем? Что я собрал? Записывать умею, водить машину умею, тем-то пользоваться умею. Прощать не умею, не раздражаться не умею, отдавать, чтобы не было жалко, не умею. Все, что в вечности пригодится, все, что потрогать нельзя – не умею. А я научился за эту жизнь тысяче ненужных там вещей.

   «Я ложился в «Острове» в гроб. Строгая вещь. Четыре стеночки и крышка – ни Евангелия, ни икон, ничего нет. С чем ляжем? Что я собрал? Записывать умею, водить машину умею, тем-то пользоваться умею. Прощать не умею, не раздражаться не умею, отдавать, чтобы не было жалко, не умею. Все, что в вечности пригодится, все, что потрогать нельзя – не умею. А я научился за эту жизнь тысяче ненужных там вещей.

   — Пётр Мамонов
2. «

   Я вижу пятно стремительно тускнеющего неба, я вижу растущие вверх леса, я вижу мерно дышащий океан, хрупкий узор инея на оконном стекле, торжественный силуэт водопада, просвет молний, фары машин, высвечивающие одиноких потерянных прохожих, царственно медлительное движение ледников, разноцветные зонты на улицах, мёртвую птицу на земле, каплю росы на лепестке розы, ветер в твоих волосах... И я соединяю всё в тугую вязь, в единый безусловный непререкаемый виток бытия, целостный, неделимый, который однажды я назову своей прожитой жизнью. В тот день, когда кто-то мне скажет, а я отчаянно, болезненно, безумно не захочу верить, что тот умирающий старик в постели — это я...

   Я вижу пятно стремительно тускнеющего неба, я вижу растущие вверх леса, я вижу мерно дышащий океан, хрупкий узор инея на оконном стекле, торжественный силуэт водопада, просвет молний, фары машин, высвечивающие одиноких потерянных прохожих, царственно медлительное движение ледников, разноцветные зонты на улицах, мёртвую птицу на земле, каплю росы на лепестке розы, ветер в твоих волосах... И я соединяю всё в тугую вязь, в единый безусловный непререкаемый виток бытия, целостный, неделимый, который однажды я назову своей прожитой жизнью. В тот день, когда кто-то мне скажет, а я отчаянно, болезненно, безумно не захочу верить, что тот умирающий старик в постели — это я...

   — Аль Квотион · книга
3. «

   Это был великий конь… И идеальная судьба: мы не любили бы его так, если бы он не умер.

   Это был великий конь… И идеальная судьба: мы не любили бы его так, если бы он не умер.

   — Маркус Зусак · книга
4. «

   Смерть — это самый важный жизненный опыт, но воспользоваться им, увы, нельзя.

   Смерть — это самый важный жизненный опыт, но воспользоваться им, увы, нельзя.

   — Юрий Поляков · книга
5. «

   Всякая форма жизни сохраняется ровно столько времени, сколько ей нужно, чтобы выразить себя.

   Всякая форма жизни сохраняется ровно столько времени, сколько ей нужно, чтобы выразить себя.

   — Андре Жид · книга
6. «

   Мы все принимаем жизнь не как дар, а как данность. А жаль, ведь в любую минуту жизнь может оборваться.

   Мы все принимаем жизнь не как дар, а как данность. А жаль, ведь в любую минуту жизнь может оборваться.

   — Мэри Элис Янг · сериал
7. «

   Смерть всегда рядом, и в то же время ее не существует.

   Смерть всегда рядом, и в то же время ее не существует.

   — Карлос Кастанеда · книга
8. «

   Не буду скупиться: ведь на тот свет денег с собой не взять.

   Не буду скупиться: ведь на тот свет денег с собой не взять.

   — Эбенизер Скрудж · мультфильм
9. «

   Размышления о смерти в духе Паскаля свойственны людям, которым не приходится бороться за выживание, за то, чтобы прокормиться и прокормить детей. Вечность занимает умы тех, у кого есть для этого время. Это своего рода развлечение.

   Размышления о смерти в духе Паскаля свойственны людям, которым не приходится бороться за выживание, за то, чтобы прокормиться и прокормить детей. Вечность занимает умы тех, у кого есть для этого время. Это своего рода развлечение.

   — Поль Валери
10. «

    ... Пусть в глубине души мы отлично сознаем, что рано или поздно, не спрашивая разрешения, придет смерть, так приятно притворяться, что сами управляем всем.

    ... Пусть в глубине души мы отлично сознаем, что рано или поздно, не спрашивая разрешения, придет смерть, так приятно притворяться, что сами управляем всем.

    — Пауло Коэльо · книга
11. «

    Смерть нам психологически необходима, потому что она создает стимулы. Нам есть что терять. Невозможно понять ценность чего-то, пока не ощутишь страх этого лишиться. Иначе не узнать, за что ты готов бороться, а чем можешь поступиться и пожертвовать. Боль – валютный курс наших ценностей. Без боли потери (или потенциальной потери) невозможно определить ценность чего-либо.

    Смерть нам психологически необходима, потому что она создает стимулы. Нам есть что терять. Невозможно понять ценность чего-то, пока не ощутишь страх этого лишиться. Иначе не узнать, за что ты готов бороться, а чем можешь поступиться и пожертвовать. Боль – валютный курс наших ценностей. Без боли потери (или потенциальной потери) невозможно определить ценность чего-либо.

    — Марк Мэнсон · книга
12. «

    По трезвости смерть слишком непостижима. Она, как и любовь, только пьяным настоящей кажется.

    По трезвости смерть слишком непостижима. Она, как и любовь, только пьяным настоящей кажется.

    — Дмитрий Глуховский · книга
13. «

    Странно, думаю я, сколько убитых видели мы во время войны — всем известно, что два миллиона пали без смысла и пользы, — так почему же мы так взволнованы одной смертью, а о тех двух миллионах забыли? Но, видно, всегда так бывает...

    Странно, думаю я, сколько убитых видели мы во время войны — всем известно, что два миллиона пали без смысла и пользы, — так почему же мы так взволнованы одной смертью, а о тех двух миллионах забыли? Но, видно, всегда так бывает...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    А что бояться-то мертвых? Живых надо бояться.

    А что бояться-то мертвых? Живых надо бояться.

    — Александр Владимирович Бычков
15. «

    Где, на каком этапе жизни должно что-то сломаться в человеке, чтобы он пошел убивать своих? Действия грабителя иногда можно объяснить — грабители одержимы бесом наживы и убивают из самосохранения. А зачем убивать беззащитных людей, с которых нечего взять? Причём убивать десятками, сотнями, тысячами: стариков, женщин, почти детей?

    Где, на каком этапе жизни должно что-то сломаться в человеке, чтобы он пошел убивать своих? Действия грабителя иногда можно объяснить — грабители одержимы бесом наживы и убивают из самосохранения. А зачем убивать беззащитных людей, с которых нечего взять? Причём убивать десятками, сотнями, тысячами: стариков, женщин, почти детей?

    — Ирина Богданова · книга
16. «

    Даже самый неверующий из нас в глубине души верит в то, что Там, за гранью, что-то есть.

    Даже самый неверующий из нас в глубине души верит в то, что Там, за гранью, что-то есть.

    — Сергей Садов · книга
17. «

    Я оглядела ее всю и вдруг поняла: не смерть убивает человека. Это делает жизнь. Смерть всего лишь ставит точку в конце предложения, показывает, что возврата уже быть не может. Она закрывает дверь перед живым миром, в то время как жизнь не спеша подводит нас к этой дверь и снимает с нее замки. И неважно, насколько дорогое вино, и насколько красивый бокал — все мы достигаем дна, и у всех губы узнают привкус осадка, привкус смерти.

    Я оглядела ее всю и вдруг поняла: не смерть убивает человека. Это делает жизнь. Смерть всего лишь ставит точку в конце предложения, показывает, что возврата уже быть не может. Она закрывает дверь перед живым миром, в то время как жизнь не спеша подводит нас к этой дверь и снимает с нее замки. И неважно, насколько дорогое вино, и насколько красивый бокал — все мы достигаем дна, и у всех губы узнают привкус осадка, привкус смерти.

    — Алиса Чопчик · книга
18. «

    ...покой порождает скуку, а скука есть преддверие самой смерти. Ведь мы измеряем свою жизнь переменами и необычными моментами. Они могут проявиться во взгляде на незнакомый город, или в первом глотке свежего ветра на вершине высокой горы, в заплыве через реку у еще не освободившуюся ото льда, или в ожесточенной схватке у подножия Пирамиды Келвина. Необычные переживания оставляют после себя воспоминания, а достойные воспоминаний десять дней стоят целого года рутинного существования.

    ...покой порождает скуку, а скука есть преддверие самой смерти. Ведь мы измеряем свою жизнь переменами и необычными моментами. Они могут проявиться во взгляде на незнакомый город, или в первом глотке свежего ветра на вершине высокой горы, в заплыве через реку у еще не освободившуюся ото льда, или в ожесточенной схватке у подножия Пирамиды Келвина. Необычные переживания оставляют после себя воспоминания, а достойные воспоминаний десять дней стоят целого года рутинного существования.

    — Роберт Сальваторе · книга
19. «

    Говорят: «Если хочешь рассмешить Бога, тогда расскажи ему о своих планах». Люди строят планы так, будто намерены жить вечно. Больше половины своей жизни они отдают работе, а вторую половину посвящают ссорам и обидам. И часто делая неправильный выбор, обделяют своим вниманием близких, думая, что успеют сделать это позже, а пока надо делать карьеру. Но жизнь любит преподносить сюрпризы.

    Говорят: «Если хочешь рассмешить Бога, тогда расскажи ему о своих планах». Люди строят планы так, будто намерены жить вечно. Больше половины своей жизни они отдают работе, а вторую половину посвящают ссорам и обидам. И часто делая неправильный выбор, обделяют своим вниманием близких, думая, что успеют сделать это позже, а пока надо делать карьеру. Но жизнь любит преподносить сюрпризы.

    — Аристарх Ромашин · книга
20. «

    Рассудок видит в могиле ворота в мир покоя, но инстинкт отрицает это.

    Рассудок видит в могиле ворота в мир покоя, но инстинкт отрицает это.

    — Томас Эдвард Лоуренс (Лоуренс Аравийский)