Подборка «смертная казнь» — 80 цитат

80 цитат про «смертная казнь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Почему ты не присоединяешься к празднованию? — Не думаю, что чья-то отрубленная голова — повод для праздника.

   — Почему ты не присоединяешься к празднованию? — Не думаю, что чья-то отрубленная голова — повод для праздника.

   — Моргана · сериал
2. «

   ... Страшна не казнь, а ночь перед ней.

   ... Страшна не казнь, а ночь перед ней.

   — Ирина Молчанова · книга
3. «

   — Он, кажется, думает этой книгой способствовать отмене смертной казни. — Я же вам говорю, просто безобразие!

   — Он, кажется, думает этой книгой способствовать отмене смертной казни. — Я же вам говорю, просто безобразие!

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Рассуждения на тему «самой гуманной казни» так глупы. Ведь казнь – это уже казнь, иными словами, убийство, а убийство не может быть гуманным. Некоторые люди поражаются пытками, проводимыми в Средние века, но забывают о существовании смертельной инъекции, расстрела и электрического стула. Пожизненное заключение – не менее жестоко. Я не оправдываю преступников, я вообще считаю, что невозможно проявлять гуманность по отношению к человеку, убившему – не важно – одного, двух, трёх, десять или шестьдесят людей. И я не понимаю протестов, связанных с методами смертной казни в США, так как сам преступник не задумывался о том, «как бы гуманнее ему умертвить его жертву». С убийцами нужно поступать по всей серьёзности закона, без всех склонностей человека к «сердечности» и «милосердию».

   Рассуждения на тему «самой гуманной казни» так глупы. Ведь казнь – это уже казнь, иными словами, убийство, а убийство не может быть гуманным. Некоторые люди поражаются пытками, проводимыми в Средние века, но забывают о существовании смертельной инъекции, расстрела и электрического стула. Пожизненное заключение – не менее жестоко. Я не оправдываю преступников, я вообще считаю, что невозможно проявлять гуманность по отношению к человеку, убившему – не важно – одного, двух, трёх, десять или шестьдесят людей. И я не понимаю протестов, связанных с методами смертной казни в США, так как сам преступник не задумывался о том, «как бы гуманнее ему умертвить его жертву». С убийцами нужно поступать по всей серьёзности закона, без всех склонностей человека к «сердечности» и «милосердию».
5. «

   Верёвка на виселице — вдова всех повешенных.

   Верёвка на виселице — вдова всех повешенных.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   ... Наказание монетой иногда более действенно, чем обещание смертной казни.

   ... Наказание монетой иногда более действенно, чем обещание смертной казни.

   — Юлия Васильева · книга
7. «

   У моего опыта горький остаточный вкус. Высшая мера наказания, по моему мнению, не стала чем-то большим, нежели просто месть.

   У моего опыта горький остаточный вкус. Высшая мера наказания, по моему мнению, не стала чем-то большим, нежели просто месть.

   — Альберт Пьеррпойнт · фильм
8. «

   Свершением кровавых приговоров Не должно торопиться; можно слово Обратно взять, — жизнь возвратить нельзя.

   Свершением кровавых приговоров Не должно торопиться; можно слово Обратно взять, — жизнь возвратить нельзя.

   — Фридрих Шиллер · книга
9. «

   Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.

   Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.

   — Джон Гришэм · книга
10. «

    Один раз он высказался в защиту смертной казни. Указал, что на любом общенациональном референдуме за смертную казнь высказалось бы абсолютное большинство населения. А против выступил бы только элитарный слой общества, вроде читателей книжного обозрения, которому и удалось кое-где отменить смертную казнь. Он заявлял, что это деяние — заговор власть имущих. Он заявлял, что это государственная политика — выдать преступникам и беднякам лицензию на грабеж, нападение, изнасилование и убийство среднего класса. Что именно так государство позволяет своим гражданам, стоящим на нижних ступеньках социально-экономической лестницы, стравливать пар и не превращаться в революционеров. В высших государственных эшелонах подсчитали, что для общества это меньшая цена. Элита живет в безопасных районах, посылает детей в частные школы, нанимает частных охранников, а потому может не опасаться мести обманутого пролетариата. Он высмеивал либералов, утверждающих, что человеческая жизнь священна и государственная политика смертной казни является нарушением права человека на жизнь. Мы — те же животные, писал он, и относиться к нам надо, как к слонам, которых в Индии казнили, если те убивали людей. Он полагал, что слон в гораздо большей степени достоин снисхождения, чем наркоманы-убийцы, которым на пять-шесть лет обеспечивали комфортные тюремные условия, прежде чем выпускали на улицы, чтобы они вновь убивали средний класс. <...> И делал вывод, что такие жесткие меры, искоренив преступность и защитив собственность, привели к созданию политически активного рабочего класса и установлению социализма. Одним своим предложением Озано особенно разъярил читателей: «Мы не знаем, является ли смертная казнь эффективным средством устрашения, но мы можем утверждать, что казненный человек больше убивать не будет».

    Один раз он высказался в защиту смертной казни. Указал, что на любом общенациональном референдуме за смертную казнь высказалось бы абсолютное большинство населения. А против выступил бы только элитарный слой общества, вроде читателей книжного обозрения, которому и удалось кое-где отменить смертную казнь. Он заявлял, что это деяние — заговор власть имущих. Он заявлял, что это государственная политика — выдать преступникам и беднякам лицензию на грабеж, нападение, изнасилование и убийство среднего класса. Что именно так государство позволяет своим гражданам, стоящим на нижних ступеньках социально-экономической лестницы, стравливать пар и не превращаться в революционеров. В высших государственных эшелонах подсчитали, что для общества это меньшая цена. Элита живет в безопасных районах, посылает детей в частные школы, нанимает частных охранников, а потому может не опасаться мести обманутого пролетариата. Он высмеивал либералов, утверждающих, что человеческая жизнь священна и государственная политика смертной казни является нарушением права человека на жизнь. Мы — те же животные, писал он, и относиться к нам надо, как к слонам, которых в Индии казнили, если те убивали людей. Он полагал, что слон в гораздо большей степени достоин снисхождения, чем наркоманы-убийцы, которым на пять-шесть лет обеспечивали комфортные тюремные условия, прежде чем выпускали на улицы, чтобы они вновь убивали средний класс. <...> И делал вывод, что такие жесткие меры, искоренив преступность и защитив собственность, привели к созданию политически активного рабочего класса и установлению социализма. Одним своим предложением Озано особенно разъярил читателей: «Мы не знаем, является ли смертная казнь эффективным средством устрашения, но мы можем утверждать, что казненный человек больше убивать не будет».

    — Марио Пьюзо · книга
11. «

    — Артур, вы должны остановить казнь. — Я не могу, Гвен, ты знаешь. — У Мерлина есть доказательства, что Гаюс невиновен. — Отец вынес приговор, я ничего не могу поделать. — Вы можете поступить правильно. Вы можете поверить верному другу. Или будете смотреть, как казнят невиновного? С моим отцом так и было, вы хотите, чтобы это произошло снова? И не смотрите на меня так, я не забыла, что я всего лишь служанка, но я думала, что вы настоящий принц!

    — Артур, вы должны остановить казнь. — Я не могу, Гвен, ты знаешь. — У Мерлина есть доказательства, что Гаюс невиновен. — Отец вынес приговор, я ничего не могу поделать. — Вы можете поступить правильно. Вы можете поверить верному другу. Или будете смотреть, как казнят невиновного? С моим отцом так и было, вы хотите, чтобы это произошло снова? И не смотрите на меня так, я не забыла, что я всего лишь служанка, но я думала, что вы настоящий принц!

    — Гвиневра (Гвен) · сериал
12. «

    Привяжи меня к кометам, как к хвостам лошадиным, и вымчи, рвя о звездные зубья.

    Привяжи меня к кометам, как к хвостам лошадиным, и вымчи, рвя о звездные зубья.

    — Владимир Маяковский
13. «

    Когда ему сказали: «Афиняне осудили тебя на смерть», Сократ ответил: «А природа осудила их самих».

    Когда ему сказали: «Афиняне осудили тебя на смерть», Сократ ответил: «А природа осудила их самих».

    — Диоген Лаэртский
14. «

    Нет слов таких, чтоб ими описать Всю нетерпимость горя и печали. Нет слов таких, чтоб ими рассказать, Как мы скорбим по Вас, товарищ Сталин…

    Нет слов таких, чтоб ими описать Всю нетерпимость горя и печали. Нет слов таких, чтоб ими рассказать, Как мы скорбим по Вас, товарищ Сталин…

    — Константин Симонов
15. «

    Цель казни – показать, что кошмар окончен.

    Цель казни – показать, что кошмар окончен.

    — Стивен Кинг · книга
16. «

    Вы совершенное дитя, <...> как это видно из ваших слов; иначе вы знали бы, что отменить смертную казнь — значит, разнуздать всякую непокорность и всевозможные беспорядки.

    Вы совершенное дитя, <...> как это видно из ваших слов; иначе вы знали бы, что отменить смертную казнь — значит, разнуздать всякую непокорность и всевозможные беспорядки.

    — Екатерина Дашкова · книга
17. «

    Когда-то профессор Грушин проводил такие социологические исследования через письма в газеты и, кстати, ещё в глухие советские времена, обсуждал проблемы смертной казни. Ну, одна часть пишет — «за», другая — «против». И одна дама, такая старушка видимо, написала: «Я такая противница смертной казни, такая противница, что всех сторонников расстреляла бы сама из автомата». Вот когда мы подбрасываем какую-то идею и её пытаемся продавить, надо всё время думать о том, как сторонники этой идеи будут расстреливать противников.

    Когда-то профессор Грушин проводил такие социологические исследования через письма в газеты и, кстати, ещё в глухие советские времена, обсуждал проблемы смертной казни. Ну, одна часть пишет — «за», другая — «против». И одна дама, такая старушка видимо, написала: «Я такая противница смертной казни, такая противница, что всех сторонников расстреляла бы сама из автомата». Вот когда мы подбрасываем какую-то идею и её пытаемся продавить, надо всё время думать о том, как сторонники этой идеи будут расстреливать противников.

    — Сергей Николаевич Ениколопов
18. «

    Я корил себя за то, что не обращал прежде внимания на рассказы о казнях. Следовало интересоваться этим вопросом. Никогда не знаешь, что может с тобой случиться.

    Я корил себя за то, что не обращал прежде внимания на рассказы о казнях. Следовало интересоваться этим вопросом. Никогда не знаешь, что может с тобой случиться.

    — Альбер Камю · книга
19. «

    Прошло первое утро, первый день, затем первая смена. Время вбирает в себя всё, время уносит прошлое всё дальше, и наконец остается только темнота. Тьма. Иногда мы кого-то находим во тьме, иногда снова теряем. Вот всё, что я знаю, и случилось это в 1932 году, когда тюрьма, находившаяся в ведении штата, ещё располагалась в Холодной горе. И электрический стул, естественно, тоже.

    Прошло первое утро, первый день, затем первая смена. Время вбирает в себя всё, время уносит прошлое всё дальше, и наконец остается только темнота. Тьма. Иногда мы кого-то находим во тьме, иногда снова теряем. Вот всё, что я знаю, и случилось это в 1932 году, когда тюрьма, находившаяся в ведении штата, ещё располагалась в Холодной горе. И электрический стул, естественно, тоже.

    — Стивен Кинг · книга
20. «

    Как же я не знал, что нет ничего важнее смертной казни и что, в общем, это единственно интересное для человека зрелище. Если я когда-нибудь выйду из тюрьмы, то непременно буду ходить смотреть, как отрубают людям головы.

    Как же я не знал, что нет ничего важнее смертной казни и что, в общем, это единственно интересное для человека зрелище. Если я когда-нибудь выйду из тюрьмы, то непременно буду ходить смотреть, как отрубают людям головы.

    — Альбер Камю · книга