537 афоризмов на тему «театр»

537 цитат про «театр»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Сатира, действительно, как известно всякому грамотному, бывает честная, но вряд ли найдется в мире хоть один человек, который бы предъявил властям образец сатиры дозволенной.

   Сатира, действительно, как известно всякому грамотному, бывает честная, но вряд ли найдется в мире хоть один человек, который бы предъявил властям образец сатиры дозволенной.

   — Михаил Булгаков · книга
2. «

   Он скучал по кино и театрам Лондона, по музыкальным магазинам, галереям, музеям. Он скучал по людям. Ему не хватало привычной лондонской речи, шума машин, запахов.

   Он скучал по кино и театрам Лондона, по музыкальным магазинам, галереям, музеям. Он скучал по людям. Ему не хватало привычной лондонской речи, шума машин, запахов.

   — Джоанн Харрис · книга
3. «

   То упадая, то взлетая, С Невы на целый мир кругом Сверкает Павлова 2-ая Алмазно-блещущим носком.

   То упадая, то взлетая, С Невы на целый мир кругом Сверкает Павлова 2-ая Алмазно-блещущим носком.

   — Николай Яковлевич Агнивцев
4. «

   С любой властью нужно идти и разговаривать. Ты говоришь: «Власть, я знаю, что ты лживая, корыстная, но по закону ты должна помогать театру, искусству, так что будь добра — выполни свои обязательства». Ради театра мне не стыдно это делать.

   С любой властью нужно идти и разговаривать. Ты говоришь: «Власть, я знаю, что ты лживая, корыстная, но по закону ты должна помогать театру, искусству, так что будь добра — выполни свои обязательства». Ради театра мне не стыдно это делать.

   — Кирилл Серебренников
5. «

   Премьера — это роковой момент, когда драматическое произведение становится реальностью. До самой последней репетиции еще можно было что-то исправлять и спасать. Спектакль был незавершенной работой, миром в становлении, звездой, родившейся из хаоса. Премьера — это выражение отчаянной решимости прдоставить наконец пьесу самой себе.

   Премьера — это роковой момент, когда драматическое произведение становится реальностью. До самой последней репетиции еще можно было что-то исправлять и спасать. Спектакль был незавершенной работой, миром в становлении, звездой, родившейся из хаоса. Премьера — это выражение отчаянной решимости прдоставить наконец пьесу самой себе.

   — Карел Чапек · книга
6. «

   Слыхал я, иногда преступники в театре Бывали под воздействием игры Так глубоко потрясены, что тут же Свои провозглашали злодеяния.

   Слыхал я, иногда преступники в театре Бывали под воздействием игры Так глубоко потрясены, что тут же Свои провозглашали злодеяния.

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   — Я играл Лейли. — Неправда! Лейли была без усов. — Бек, ты человек просвещенный и знаешь, конечно, что такое театр. Можно играть женщин и оставаться при этом настоящим мужчиной, а можно отрастить вот такие усы и быть трусливой бабой!

   — Я играл Лейли. — Неправда! Лейли была без усов. — Бек, ты человек просвещенный и знаешь, конечно, что такое театр. Можно играть женщин и оставаться при этом настоящим мужчиной, а можно отрастить вот такие усы и быть трусливой бабой!

   — Теймур Гаджиев · фильм
8. «

   — Я всю ночь читала Шекспира. — Оу, ты всё-таки будешь играть в спектакле? — Да, мне кажется, театральная студия помогает мне найти себя в эмоциональном плане... — Приходится пропускать уроки из-за репетиции? — Последний урок каждый день, включая геометрию. Обожаю театр.

   — Я всю ночь читала Шекспира. — Оу, ты всё-таки будешь играть в спектакле? — Да, мне кажется, театральная студия помогает мне найти себя в эмоциональном плане... — Приходится пропускать уроки из-за репетиции? — Последний урок каждый день, включая геометрию. Обожаю театр.

   — Шериф Джек Картер · сериал
9. «

   Им надо все время заниматься, это как кучка песка: ты ее ладонями со всех сторон сгребаешь, а она опять расползается.

   Им надо все время заниматься, это как кучка песка: ты ее ладонями со всех сторон сгребаешь, а она опять расползается.

   — Константин Аркадьевич Райкин
10. «

    В театре одну роль можно сыграть с блеском, а следующую — провалить. Уже потом, когда ты начинаешь владеть профессией, сцена принимает тебя, да и ты более правильно рассчитываешь свои силы.

    В театре одну роль можно сыграть с блеском, а следующую — провалить. Уже потом, когда ты начинаешь владеть профессией, сцена принимает тебя, да и ты более правильно рассчитываешь свои силы.

    — Андрей Мягков
11. «

    Последний акт никогда не удается на сцене. Можно только удивляться, что, невзирая на такой печальный опыт, драматурги продолжают упорно добиваться, чтобы у их пьес был последний акт.

    Последний акт никогда не удается на сцене. Можно только удивляться, что, невзирая на такой печальный опыт, драматурги продолжают упорно добиваться, чтобы у их пьес был последний акт.

    — Карел Чапек
12. «

    Вся жизнь — театр, и любимая наша роль — изображать, что и мы заняты на подмосках.

    Вся жизнь — театр, и любимая наша роль — изображать, что и мы заняты на подмосках.

    — Владимир Шойхер
13. «

    Если вас убивают в четвертом акте, то нельзя выходить в первом уже с убитым видом.

    Если вас убивают в четвертом акте, то нельзя выходить в первом уже с убитым видом.

    — Рина Зеленая · книга
14. «

    — Филиппыч, а это что? — Японский театр Кибуцу. Так называется, правда!

    — Филиппыч, а это что? — Японский театр Кибуцу. Так называется, правда!

    — начальник управления · фильм
15. «

    В реальной человеческой жизни на каждом шагу есть такие мгновения, такое напряжение чувств, куда невозможно вторгаться словами. Поскольку актеры играют людей и воспроизводят людские страсти, всё это не может быть пропущено, не может постоянно оставаться за кадром. Более того, все подспудное, наиболее трудно выразимое, то, что скрывается за словами, в конечном счёте определяя их окраску, и то, что свершается в паузах, — всё это и есть священная область собственно актерского творчества.

    В реальной человеческой жизни на каждом шагу есть такие мгновения, такое напряжение чувств, куда невозможно вторгаться словами. Поскольку актеры играют людей и воспроизводят людские страсти, всё это не может быть пропущено, не может постоянно оставаться за кадром. Более того, все подспудное, наиболее трудно выразимое, то, что скрывается за словами, в конечном счёте определяя их окраску, и то, что свершается в паузах, — всё это и есть священная область собственно актерского творчества.

    — Алексей Баталов · книга
16. «

    Опытным драматургам известно, что для того, чтобы определить, имеет ли их пьеса успех у публики или нет, не следует приставать к знакомым с расспросами, хороша ли их пьеса, или читать рецензии. Есть более простой путь: нужно отправиться в кассу и спросить, каков сбор.

    Опытным драматургам известно, что для того, чтобы определить, имеет ли их пьеса успех у публики или нет, не следует приставать к знакомым с расспросами, хороша ли их пьеса, или читать рецензии. Есть более простой путь: нужно отправиться в кассу и спросить, каков сбор.

    — Михаил Булгаков · книга
17. «

    Я думаю, что основная разница между телевидением и сценой заключается в получаемом зрительском отклике. И это относится не только к актеру, как к одной из сторон аудитории, в театре у вас появляется шанс получить двустороннюю реакцию, когда актер и публика одновременно испытывают схожие эмоции. На телевидении вам зачастую приходится месяцами ждать реакции зрителей, в то время как в театре это происходит немедленно.

    Я думаю, что основная разница между телевидением и сценой заключается в получаемом зрительском отклике. И это относится не только к актеру, как к одной из сторон аудитории, в театре у вас появляется шанс получить двустороннюю реакцию, когда актер и публика одновременно испытывают схожие эмоции. На телевидении вам зачастую приходится месяцами ждать реакции зрителей, в то время как в театре это происходит немедленно.

    — Колин Морган
18. «

    Что, молодой человек, клюнули на мою остроумную табличку, а? В этом подземелье каждый нашел себе место. Убийцы и шлюхи, тираны, воры, торгаши — все отлично себя чувствуют. Даже некоторые скверные актёры! А я оказался никому не нужен. Ни-ко-му! Все мы дышим трухой Большого. Это станция перенаселена призраками оперы! И что? Есть тут место лучшему критику сгинувшей страны? Черта-с-два. А почему? Никто не любит правды! Я говорю: «Вы позорите имя Большого театра!», а они мне: «Теперь Большой – это мы». Им не нужны критики! Им не нужно искусство, им нужны только бабки. А эти несчастные, которые едут со всего Метро — в Большой театр! — не понимают даже, как их обманывают... Искусство, молодой человек... Говорят, это удел сытых... Но нужно оно и голодным. Когда думаешь о возвышенном, голодные спазмы, немного отпускают... Правда, никакого искусства уже двадцать лет как нет. Поэтому проблема голода для меня актуальна как никогда. Подайте ещё один патрончик, а?

    Что, молодой человек, клюнули на мою остроумную табличку, а? В этом подземелье каждый нашел себе место. Убийцы и шлюхи, тираны, воры, торгаши — все отлично себя чувствуют. Даже некоторые скверные актёры! А я оказался никому не нужен. Ни-ко-му! Все мы дышим трухой Большого. Это станция перенаселена призраками оперы! И что? Есть тут место лучшему критику сгинувшей страны? Черта-с-два. А почему? Никто не любит правды! Я говорю: «Вы позорите имя Большого театра!», а они мне: «Теперь Большой – это мы». Им не нужны критики! Им не нужно искусство, им нужны только бабки. А эти несчастные, которые едут со всего Метро — в Большой театр! — не понимают даже, как их обманывают... Искусство, молодой человек... Говорят, это удел сытых... Но нужно оно и голодным. Когда думаешь о возвышенном, голодные спазмы, немного отпускают... Правда, никакого искусства уже двадцать лет как нет. Поэтому проблема голода для меня актуальна как никогда. Подайте ещё один патрончик, а?

    — Бывший театральный критик · игра
19. «

    Фарс составляет сущность театра. Рафинированный фарс становится высокой комедией, брутализированный фарс — трагедией.

    Фарс составляет сущность театра. Рафинированный фарс становится высокой комедией, брутализированный фарс — трагедией.

    — Эдвард Гордон Крэг
20. «

    В книге «Практика театра» рассматриваются важные вопросы: можно ли писать комедию стихами; не преступает ли трагедия своих границ, заимствуя фабулу из современной истории; должны ли герои быть добродетельны; какого рода негодяев она допускает; до каких пределов могут в ней доходить ужасы; подробности должны содействовать общей цели, интерес повышаться, а конец соответствовать началу.

    В книге «Практика театра» рассматриваются важные вопросы: можно ли писать комедию стихами; не преступает ли трагедия своих границ, заимствуя фабулу из современной истории; должны ли герои быть добродетельны; какого рода негодяев она допускает; до каких пределов могут в ней доходить ужасы; подробности должны содействовать общей цели, интерес повышаться, а конец соответствовать началу.

    — Гюстав Флобер · книга